Страница 2 из 3
Амазонки стали гладить тело Хулио. Стали томно его касаться. Стали целовать его. Женщины знали, как доставить мужчине удовольствие.
– Я так больше не могу… – снова простонал мужчина.
Хулио прикрыл глаза и наконец-то сдался.
Амазонки сразу почувствовали, когда власть перешла в их руки. И тогда в пещеру зашли новые девушки и выстроились в очередь. Они тоже были все воинственно настроены – то есть полностью обнажены и готовы к соитию.
И настало время для настоящей вакханалии!
Амазонки сами решили между собой, кто будет первой, кто следующей. Они только успевали вставать в разнообразные позы, чтобы Хулио смог их покрыть. Одну он взял стоя, вторую лёжа, третью так вообще скрутил невообразимым образом.
Амазонкам нравился настрой Хулио. Он выделывал такие выкрутасы, что у женщин даже слов не было. Были слышны одни лишь стоны да крики удовольствия.
И пока Хулио не перетрахал всю очередь из амазонок, он не успокоился.
Он, наконец, понял своё призвание. Он получил просветление, когда его главная чакра раскрылась. Всё это случилось с одной из амазонок в позе лотоса. Да. Хулио и на такое, оказывается, был способен. Ну не зря же он медитировал целый год. Это определённо пошло ему на пользу.
И мужчина решил, что больше никогда не будет уходить от самого себя. От своих потребностей и естественных мужских желаний. Никогда.
Тем временем амазонки по одной еле-еле уползали из пещеры. Кто-то стойко шёл, но всё равно покачивался. У кого-то ноги дрожали. Но ни одна амазонка не сбежала. Ни одна не струсила. Все выстояли очередь и получили свою порцию внимания от Хулио. Они ведь этого хотели. Хотели, чтобы он их трахнул. Дикарки! Что с них взять?!
И вот когда Хулио прижал к стене пещеры последнюю амазонку, и как только та чуть в обморок не упала от неистового траха, он немного пришёл в себя. Вытер пот со лба. Он, конечно, немного устал, но больше некого было трахать. Последняя амазонка уползла и даже спасибо не сказала.
Но не успел Хулио расстроиться, как у входа в пещеру увидел ещё одну женщину.
Это было невероятно! Там стояла его любимая Эльвира! Его брошенная жена. Но что она здесь делала? Как смогла найти его в диких непроходимых джунглях? Но как же Хулио по ней соскучился… Его член приветственно дёрнулся!
Женщина укоризненно покачала головой и вошла в пещеру.
– Хулио, ну и мерзавец же ты! Ты сказал, что уехал, чтобы быть скитальцем, чтобы стать просветлённым без плотских утех, без женщин! И что я вижу?!
– Эльвира! Ты всё видела?
– Я всё видела, Хулио. Всё.
– Эльвира! Жена моя единственная… Это не то, о чём ты подумала… Эти амазонки – они сами!
– Сами сели на твой член?
И Хулио Дону нечего было ответить. Ну потому что да. Сами и сели, и дали отыметь, как он того сам хотел. А он просто пытался медитировать. Он даже ушёл в астрал! А потом всё. Всё пропало, и он сдался. Он больше не мог сопротивляться.
– Прости меня, Эльвира… Я целый год терпел! Не быть мне просветлённым и святым. Останусь я грешником до конца своих дней. Ты представляешь, эти амазонки мужчин совсем не любят! И от меня им нужен только секс! Представляешь??? Ты видела, как они ушли от меня, только лишь получив удовлетворение?! Они бессовестно все меня использовали. Даже спасибо не сказали! Прости меня, Эльвира! Одна ты меня всегда любила такого, какой я есть. Всегда принимала любого и никогда не использовала! Никогда не бросала. Прости! – горячо всё это сказал Хулио на одном дыхании.
Мужчина упал на колени и стал ползти к Эльвире. Стал целовать её ноги. Её руки. Он со всем раскаянием посмотрел в такие любимые глаза. Как же прекрасна была Эльвира! Не то что эти амазонки…
– Вот дурной. – ответила снисходительно женщина. – А кто тебя просил меняться? Ты сам ушёл и сказал, что больше не можешь так жить. Но ты по-другому не можешь жить, Хулио! Будь собой.
– Правда? – Хулио не мог поверить своим ушам.
– Конечно, правда. А я, так и быть, погощу у тебя в джунглях. Вон смотрю фруктов у тебя много. Мяса тоже много: и по деревьям лазает, и в воде плавает. Ты, надеюсь, научился охотиться?
– Нет, Эльвира. Не научился. Меня кормят амазонки. Они постоянно приносят мне еду, задабривают мясом и балуют фруктами. А я всё нос от них воротил. Дураком был.
– О как. А ты хорошо тут устроился без меня, Хулио. И не стыдно тебе?
– Совсем не стыдно, любимая. Так ты прощаешь меня?
– Я подумаю.
Эльвира стала раздеваться. А то все здесь голые, а она в платье. Неправильно это. Ой, как неправильно это было! Неприлично даже было быть одетой, когда все раздеты.
– Эльвира? Ты что это делаешь? – спросил мужчина.
– Готовлюсь, Хулио. Готовлюсь. Я сказала твоим девочкам-амазонкам через пару часиков возвращаться и прихватить с собой пару их мужчин-аборигенов.
– Эльвира?! – у Хулио аж челюсть отвисла. Он за год уже позабыл какой может Эльвира быть оригинальной и предприимчивой.
– Ну а что, мой супруг пропащий, тебе можно, а мне нет?
Всё. На этом сомнения Хулио точно закончились.
– Можно, Эльвира, можно! Иди же ко мне!
Больше Хулио Дон не хотел быть ни безгрешным, ни монахом. К нему приехала его любимая куртизанка! Долой все предрассудки и желание стать святым! Долой все запреты!
Хулио встал.
И его чёрный змей тоже встал и голову вверх задрал. Они оба были рады видеть Эльвиру.
– Тебе всё можно, Эльвира! – снова сказал мужчина.
– Прекрасно, Хулио. Прекрасно. – женщина схватила мужчину за его чёрный загорелый член. – А теперь трахни меня как следует! Мне было невыносимо смотреть, как ты трахаешь всех этих амазонок и не можешь сам кончить. Опустоши свои яйца, Хулио! Сделай это, мой любимый мерзавец!
Хулио так дико зарычал, как никто не рычал в диких джунглях. Даже звери. Мужчина поставил Эльвиру на колени, шлёпнул по бледной розовой заднице и вошёл членом в лоно женщины на всю свою немаленькую длину. Он погрузил своего змея в такое родное и такое долгожданное истекающее влагой тепло.
В джунглях даже все звери затихли от страха. Из пещеры доносились нечеловеческие крики и громкие стоны. Казалось, что даже земля дрожит от их бурного воссоединения.
А это просто Хулио соскучился по Эльвире.
Когда он кончал, сперма разбрызгивалась во все стороны. Но мужчина всё продолжал и продолжал погружать чёрный член в розовое мягкое отверстие, из которого выплёскивалась белая сперма. О боги всемогущие, кажется, Хулио ещё никогда в жизни так ярко не кончал!