Страница 91 из 94
За долю секунды сообразил, с завистью подумала Наташа. Ей самой потребовалось больше минуты: сидела, таращилась на фамилию «Борисоглебский», пока не сложила два и два.
— Тренирует, – безрадостно подтвердила она. – У Борисоглебского и Головнякова адреса отличаются на одну цифру. Первый живет в квартире тридцать четыре, а второй – тридцать пять. Они соседи по лестничной клетке. Должно быть, Борисоглебский зашел проведать соседа и попросил Жанну сопровождать его. Может быть, это они и обнаружили тело. При желании, наверное, нетрудно найти эту информацию. Или спросить самого Борисоглебского.. Жанна украла карточку Головнякова – вот почему я думаю, что старик был уже мертв, когда они вошли в его квартиру. В этом случае она могла взять карту, не опасаясь, что он поднимет шум из-за ее исчезновения. Или он тяжело болел, и она не сомневалась, что в ближайшее время ему будет не до карты. ПИН-код, наверное, был написан с обратной стороны. Или где-то поблизости валялась бумажка с цифрами. Знаете, старики часто так делают. Ей было несложно его обворовать. А потом, когда карта оказалась в ее руках, она сама позвонила Федосеевой – изменила голос, конечно, – и выманила у нее деньги. Не знаю только, где Жанна отыскала мальчишку, который обналичил счет.. Но это, собственно, не имеет значения. Ей повезло – она успела использовать карту раньше, чем банк ее заблокировал.
— Потрясающе, – сказал Макар. – Наталья Леонидовна, вы большая молодец.
Поначалу Наташа решила, что над ней смеются. Хотела обидеться – но вгляделась в Илюшина внимательнее и поняла, что он и не думает шутить.
Она приободрилась. Мало кто за последние годы называл ее молодцом. Говоря по правде, никто.
— А потом, вы знаете, я увидела у нее сумку, – доверчиво сказала Наташа, уже не боясь, что ее высмеют за дилетантское расследование. – Яркая оранжевая сумка с плетением, кожаная.. Жанне она очень шла. Я погуглила, пока вас ждала, – это «Боттега Венета», она стоит как четыре моих зарплаты. Жанна не удержалась и купила ее из этих шальных денег. Это вполне в ее духе. Она такая, позитивная. Деньги должны приносить радость – вот ей и принесли.
— Согласен с коллегой: блестящее расследование, – сказал Сергей. – А мы вам теперь зачем? Расскажите все старухе, пусть обращается к следователю, объясняет ему вашу логику.. Дальше установить связь между тренершей и покойным – проще простого. Следак будет вам крайне признателен. Сейчас это висяк, а так он еще и премию получит.
— Не могли бы вы сами позвонить следователю? – умоляюще сказала Наташа.
— Почему мы? – коротко спросил Макар.
Наташа потерла лоб в затруднении. Ничего не оставалось, как выложить правду:
— Жанна на хорошем счету в нашем центре. А у меня.. у меня есть некоторые разногласия с замдиректора. Я боюсь, как только станет известно, какую роль я играла в расследовании, меня попросту вышибут вслед за Гаркалиной.
— Ничего себе нравы в вашем «Атланте», – удивленно заметил Илюшин. – Она – воровка. А вы – тот, кто вывел ее на чистую воду.
Наташа невесело улыбнулась:
— Это в идеальном мире. А в нашем я буду тем человеком, который лишил «Атлант» ценной сотрудницы. Поверьте, мне этого не простят. Коростылева добьется, чтобы меня уволили.
— Ну и что? – спросил Макар.
— То есть как это..
— Ну уволят – и в чем трагедия?
Наташа опешила.
— Вы шутите? Я – мать-одиночка, у меня двое детей.. Кто меня возьмет с моим дипломом педвуза? Я не смогу найти работу.
— Почему вы так решили? – нахмурился Илюшин.
— То есть как.. Это очевидно!
Бабкин хмыкнул, непонятно с кем соглашаясь.
— Очевидно другое, – сообщил Макар, задрав подбородок и высокомерно глядя на Наташу сверху вниз. – Очевидно, что у вас в наличии скиллы, или, проще говоря, те качества, которые сделают вас желанным сотрудником для работодателей, будь у вас хоть пятеро детей. Вы быстро схватываете.. – Он начал загибать пальцы. – Вы энергичны. Вы интересуетесь людьми. Вы добры, в конце концов, а люди любят, когда к ним добры. В одиночку вы провели полноценное расследование. Да человек с такими качествами везде будет востребован! К тому же вас обожают ваши старушенции, что прямо вытекает из того, что вас даже на праздники приглашают, как члена семьи.
— Старухи меня все время сватают, – пробормотала Наташа, пунцовая от смущения.
— Вот и прекрасно, – твердо сказал Илюшин. – Они и должны вас сватать. Сколько вам лет?
— Тридцать шесть..
— Идеальный возраст для второго брака. Что вам, мучиться с сайтами знакомств, выискивать среди навоза жемчужное зерно? Слушайте старух. У них широкая сеть общения и толпы разведенных сыновей и племянников, которые мечтают о хорошей женщине вроде вас.
Наташа хотела рассмеяться ему в лицо. Хотела сказать, что он не понимает, о чем говорит. Что она не хорошая женщина, а разведенка с прицепом – с двумя прицепами, если быть точной, без своего угла, с невысокой зарплатой, с лишним весом, с лишним возрастом, и никому в этом весе и возрасте она, разумеется, не нужна – ни работодателям, ни женихам..
Но Илюшин все так же удивленно взирал на нее, как будто не понимал, о чем вообще может идти спор, и с Наташей вдруг случилось кое-что странное.
Она ему поверила.
Он был мужчина – молодой, умный и очень привлекательный. И он не врал. Такие люди ей прежде не встречались, это Наташа осознавала вполне ясно, и она сразу отбросила мысль, что он с ней заигрывает или пытается приободрить после всего, что она перенесла; это объяснение годилось бы для кого угодно, кроме Илюшина. Он был с ней искренен – и он пытался объяснить, что она хороша, что она еще может быть счастлива..
Наташу словно окатили ведром солнечного света.
— А я, может, если б не был женат, сам бы на вас женился, – пробурчал Сергей. – Вы веселая, трудолюбивая. Характер легкий, опять же. Ну, и это.. – он изобразил возле головы такой жест, будто накручивал вермишель на вилку. – Волосы кудрявые.. Красиво!