Страница 35 из 36
– Ещё какая, – соглашается Маша.
И как меня вообще угораздило столкнуться с такси, на котором ехала Олеся? Почему я настолько невезучая? И машин в этот момент рядом не было. Как будто всё, сговорившись, решили переждать метель по домам. И только меня не остановила непогода. Ну и Олесю, которая ехала в наш дом, с намерением меня убить…
– Мам, ты отдыхай, а я пойду возьму себе кофе, – предупреждает дочь.
Я киваю и откидываюсь на подушку. Ключица ноет. Тянет тупой болью, отдающей в руку. Прикрываю глаза. Нужно свыкнуться с неприятными ощущениями. Я не стану просить обезболивающее. Это может навредить ребёнку. Значит, придётся терпеть.
Пока жду возвращение Маши, чувствую себя немного не в своей тарелке. Заходит врач, что-то спрашивает. Улыбается. Подбадривает. А я не могу отделаться от мысли, что Николаю всё известно. Как он отреагировал? Злится? Или, наоборот, рад?
Маша возвращается не одна. Вместе с ней в палату входит Катя. Старшая дочь старается не смотреть на меня. Виновато прячет взгляд, сосредоточившись на своих, сцепленных в замок, руках.
– Еле уговорила её зайти, – признаётся Маша. – Она собиралась и дальше прятаться от тебя в коридоре.
– Почему? – спрашиваю я.
– Я думала, что ты теперь не захочешь меня видеть, – признаётся Катя, не поднимая взгляда. – Это ведь я виновата в случившемся.
– В этом виновата Олеся, – напоминаю я.
– Но это я её тогда позвала, – всхлипывает она. – Мне хотелось, чтобы тебе было больно. И вот чем это обернулось.
– Ты не могла заранее знать, что Олеся так поступит, – вздыхаю я. – Она просто сумасшедшая. И, даже если бы ты её не позвала, Олеся нашла бы способ до меня добраться.
Катя осторожно поднимает взгляд и делает неуверенный шаг вперёд. Потом ещё один. И ещё… Приблизившись, она берёт в руки мою ладонь и снова всхлипывает.
– Прости меня, – шепчет она, задыхаясь от слёз. – Я так виновата перед тобой. Мне было больно. И я хотела, чтобы все вокруг страдали. Особенно ты. Потому что я думала, что ты сделала меня слабой.
– Не извиняйся, милая, – улыбаюсь я. Не выдерживаю, и сама начинаю плакать. Вместе со слезами с души сваливается огромный груз. – Я ни в чём тебя не виню.
К тому времени, когда приходит Николай, мы успеваем успокоиться. Я рада, что нам с Катей удалось уладить недопонимания. Я ведь с самого начала понимала, что моя девочка просто запуталась. Её обидели, и она, словно раненый зверёк, стала бросаться на всех подряд.
Дочери быстро прощаются. Целуют меня и уходят. Муж остаётся. Стоит у дверей. Выглядит осунувшимся и провинившимся. Но он и правда во многом виноват передо мной. Но мне всё равно его жаль…
Он запутался. Изменил. А потом узнал о будущем наследнике… И ему просто снесло крышу от всего того. И да, нужно учитывать кризис среднего возраста… Он оступился. Но Коля не похож на того, кто мог изменять регулярно. Может, мне стоило не мямлить о том, что я не хочу видеть в своём доме ребёнка от любовницы? Возможно, мне стоило прямо сказать о том, что я не стану этого терпеть? Хоть раз проявить стойкость.
– Я не знаю, что сказать, – разводит он руками и криво улыбается. – Если бы я узнал раньше…
– Ничего бы не изменилось, – произношу я с горечью в голосе. – Когда я сама узнала, ты уже успел сообщить мне о скором появлении твоего наследника…
– Мне так жаль, – опускает он взгляд. – Я не видел, что твориться у меня перед носом. Вынуждал тебя поступить по-моему. И ни разу не поставил себя на твоё место.
– Значит, теперь ты не станешь настаивать на том, чтобы я приняла ребёнка Олеси? – уточняю я.
– Об этом и речи быть не может, – качает он головой. – Сам не понимаю, что на меня нашло. Надеюсь, ты найдёшь в себе силы простить меня?
– Время покажет, – вздыхаю и прикрываю глаза. – Спасибо, за то, что спас меня.
– Это меньшее, что я мог сделать, после всего, что успел натворить…