Страница 29 из 36
– Нет, – качаю головой. – Просто давление скачет. Нет причин для беспокойства. Порекомендовали не нервничать.
– Хорошо, – поспешно произносит он. – Я хотел поговорить о клининге. Сегодня приедут две женщины, чтобы убрать гостевую комнату. Проследи за ними. Как только они все сделают, сможешь освободить спальню Маши. Но я вижу, что вы снова ладите… Может быть, хотите пожить вдвоём?
– Нет, не хотим, – качаю я головой. – Маше нужно личное пространство. И в её возрасте не особо правильно жить с мамой.
– Да, ты права, – кивает он. – Но раз с тобой всё в порядке и у тебя нет серьёзных заболеваний. Я бы хотел вернуться к вопросу… – он отводит взгляд, будто ему неприятен этот разговор.
– К какому вопросу, Коль? – тороплю я, замирая напротив.
– К тому, с которого всё началось, – уклончиво отвечает он. – Нам бы про Олесю поговорить… Ты ведь помнишь о ней?
– Помню, – киваю я. – О таком сложно забыть. Готова уступить ей и тебя, и этот дом, если ты купишь мне обещанную квартиру. Ты ведь меня не обманул? Я к тому, что ты ведь и правда готов купить мне угол, который будет только моим?
– Ну да, – кивает он головой, но потом словно спохватывается и замирает. Морщит лоб, явно подбирая слова. – Но я думал, что ты останешься здесь. У нас ведь семья. Это ведь наш общий дом… И скоро у нас появится малыш…
Вскидываю взгляд и медленно выдыхаю. Неужели он всё знает? Но быстро понимаю, что он говорит не о нашем ребёнке…
– Я не хочу, – тут же произношу я, качая головой. – Прости. Но я правда не могу…
– Марин, но я ведь уже всё тебе объяснил. К тому же развод в мои планы не входит, – сосредоточенно тянет он, а потом смотрит на свой звякнувший телефон и хмурится. – Давай поговорим об этом позже? Вечером. Хорошо?
– Да, – растерянно отвечаю я. – Наверное… Только не зови её в гости. Пожалуйста.
– Хорошо, – кивает он, прежде чем выйти. – Придумаю что-нибудь. Ну по крайней мере подумаю, что можно сделать. Так чтобы всех всё устраивало.
Мне смешно. Что можно сделать? Ну может, можно и нужно не спать с посторонними бабами, когда у тебя есть жена? Или, может быть, стоило просто развестись и строить своё счастливое будущее, подальше от меня? Ну серьёзно!
Когда за мужем захлопывается дверь, ко мне подбегает младшая дочь. Маша хватает меня за руку и тащит к дивану, вынуждая сесть.
– Мам, ты должна подыграть ему, – торопливо произносит она. – Ты должна убедить его в том, что ты на его стороне!
– Как? – с усмешкой уточняю я.
– Да я понятия не имею, – шепчет она, потирая пальцами лоб. – Но ты должна выпросить у него квартиру. Соглашайся на всё! Вообще, на всё! Это твоя гарантия счастливой жизни.
– Маш, ты о чём?
– Да всё о том же! Просто подыграй! Я помогу! – сбивчиво шепчет она. – Ну я просто подумала, что так будет лучше. Тебе не стоит с ним ссориться.
– Я и не ссорюсь, – хмуро отвечаю я. – Просто отстаиваю свои границы. Не настолько я хорошая актриса. Уж извини.
– Но нужно потерпеть, – настаивает дочь. – Сделай вид, что смирилась с беременностью этой его бабы. Скажи, что ты согласна растить его ребёнка как своего! А если боишься произносить это вслух, просто кивай в ответ на все его предложения.
– Не могу, – качаю головой и поднимаюсь.
Одна мысль о том, что Олеся появится в этом доме, вызывает приступ тошноты. Я не смогу жить здесь, видя её довольное лицо.
– А ты сделай через не могу, – строго произносит Маша. – Я понимаю, ты сейчас в раздрае. Но прекрати уже себя жалеть. Ты сама виновата в том, что оказалась в подобной ситуации.
– В чём моя вина? – тихо спрашиваю я, не глядя на дочь.
– В том, что ты позволила отцу превратить себя в бесправную домохозяйку. Другие женщины не сидят в декрете двадцать лет. Они понимают, что нужно состояться в жизни не только как бесплатное приложение к мужу, – выговаривает она. – И я тебе всегда об этом говорила. Нельзя перекладывать ответственность за свою жизнь на чужие плечи. Предать может кто угодно… Нужно надеяться только на себя.
– И зачем такая жизнь? – произношу я упавшим голосом. – Жить и каждую минуту ждать удара в спину от близких людей? В каждом видеть врага?
– Если бы ты была папе ровней, он не смог бы диктовать тебе свои условия. И не пришлось бы сейчас страдать из-за его предательства.
– Изменить могут кому угодно, – поджимаю я губы.
– Конечно, – соглашается Маша. – Но другие могут собрать чемодан и уйти с гордо поднятой головой. А ты загнала себя в тупик.
– Даже если так, у меня ещё остались силы для борьбы…
– Главное, чтобы тебе эта борьба боком не вышла, – замечает дочь.