Страница 79 из 708
К счастью, я успел добежать до выхода. Выскочил наружу, захлопнул двери и подпёр их валяющимся на земле берёзовым поленом. Долго это их не удержит, но хоть чуть-чуть времени я выиграю.
Задача у меня была одна: не выпустить преступников со склада до того, как приедет полиция. Если уйдут, то вряд ли их поймают в ближайшее время. Так что я укрылся за телегой напротив дверей, вытащил револьвер и взял выход из склада под прицел.
Преступники не заставили себя долго ждать. Двери сотряс тяжёлый удар. Один, другой, третий. Полено отскочило, и наружу выскочил «мастеровой».
Бах!
Целился я ему в грудь, но в последний момент дёрнул стволом и попал в ногу. «Мастеровой» заорал дурным голосом и рухнул на землю, схватившись за бедро.
Бах! Бах! Бах!
Горец не остался в долгу и выпалил из-за двери в мою сторону.
Бах!
Я ответил ему, но лишь выбил облако мелкой щепы из толстого дерева.
Между створок мелькнуло перекошенное лицо «студента», и в телегу полетела шаровая молния. По счастью, меня взрывом не задело, и я снова выстрелил, пытаясь не выпустить противников из склада.
Щёлк!
Барабан в моём револьвере провернулся, сухо ударил курок. Но патроны закончились, и оружие превратилось в бесполезный кусок металла.
Горец будто почувствовал это и, не таясь, выскочил наружу. С револьвером в каждой руке он нашёл меня взглядом и открыл стрельбу из обоих стволов.
Телега содрогалась от попаданий тяжёлых пуль. Я метнулся вдоль неё, уходя от бешеного огня.
Бумс!
Один выстрел чуть не достал меня, но разбился о первый щит.
Бах! Бах! Бах!
Мимо.
Бумс!
Лопнул второй щит, задержав ещё одну пулю.
Я рыбкой прыгнул из-за телеги и кувырком ушёл за здоровенную бочку.
— Всем стоять! Опустить оружие и поднять руки!
А вот и кавалерия. Вынеся ворота, во двор ворвались полицейские.
Но впавший в боевой раж Горец не собирался сдаваться. Он развернулся и открыл огонь по новым целям. Вот только это были не обычные увальни-городовые, привыкшие таскать пьяных в околоток и гонять шпану. На мой вызов прибыли матёрые волчары, сначала стреляющие, а уже потом спрашивающие имя-отчество.
Горец успел дважды нажать на курок, а затем его черкеска стала тёмной от крови, и он рухнул на землю как подкошенный. Больше сопротивления никто не оказывал.
«Студент» впал в меланхолию и позволил себя скрутить, а «мастеровой» умолял отвезти его в больницу и смотрел на полицейских как на спасителей.
Красные корочки удостоверения стали мне щитом, не позволив полицейским арестовать меня за компанию с остальными. И я даже слегка покомандовал ими, указывая, что именно надо собрать в качестве улик. Но всё же мне пришлось ехать в участок, чтобы оформить бумаги по незаконным артефактам.
Я не успел заполнить и четверть формуляров, как в участок прибыл Мухин. Ворвался в кабинет, где я корпел над документами, и принялся орать. Да так, что в дверь несколько раз заглядывали полицейские, чтобы узнать причину шума. И тут же исчезали, чтобы не связываться с гневающимся начальником другого ведомства.
— Вы нарушили прямой приказ! Мой приказ! Если вы думаете, что это вам сойдёт с рук, господин Скуратов, то вы ошибаетесь! Я приложу все усилия, чтобы выгнать вас со службы с позором!
Лицо Мухина стало красным, и он всё больше и больше распалялся. Вращал глазами, размахивал руками и даже топал ногой. Честно говоря, мне стало казаться, что его прямо здесь хватит удар.
— Нет, это будет слишком просто! Я отправлю вас в Сибирь! Будете там рассказывать, что действовали в интересах службы!
— Кхм. Не помешаю?
Мухин обернулся и осёкся, увидев на пороге Корша.
— Добрый вечер, Иван Карлович. Вот, видите, что происходит?
— Вижу, — Корш кивнул, — уже доложили. Я забираю у вас это дело в губернское управление.
— Как⁈ Что⁈ — Мухин потряс головой.
— Серьёзную банду взяли. Мы её почти год пытались выследить.
Корш подошёл ближе, пожал руку Мухину, а затем мне.
— Благодарю, отличная работа проделана. Не ожидал, Сильвестр Аполлонович, что вы проявите такое рвение.
Мухин, надо отдать ему должное, сориентировался мгновенно.
— Работа такая, Иван Карлович. Стараемся.
— Замечательно. Тогда заканчивайте с бумагами, и я их заберу.
— Сейчас всё доделаем, — Мухин выразительно посмотрел на меня.
Следующие полчаса он стоял у меня над душой, требуя быстрее всё оформить. Больше он на меня голос не повышал и, к его чести, даже несколько раз подсказал, как правильно заполнять документы.
— Всё, идите, Михаил. — Мухин собрал все бумаги, чтобы лично отдать Коршу. — Можете завтра явиться на службу позже, раз так допоздна засиделись.
Я кивнул, попрощался и двинулся к выходу из участка. Спать хотелось неимоверно, а сил не осталось даже на донышке. Извозчика в такое время было не найти, но, на моё счастье, полицейские согласились подбросить меня домой. То ли эдакая межведомственная солидарность, то ли они меня пожалели, послушав, как орал Мухин.
Когда я добрался до своей квартирки, наскоро ополоснулся над тазиком и собирался лечь в постель, неожиданно явился Захребетник.
«Что я пропустил?»
— Мелочи, — хмыкнул я, — погром на складе, стрельбу и ведомственные интриги.
«Подробнее!»
— Завтра, всё завтра. Нечего было уходить перед самым интересным.
«Эй, не спать!»
Но как он меня ни тормошил, я отмахнулся и почти мгновенно вырубился. И последняя мысль была самая что ни на есть приятная: чего-то стою я и без поддержки Захребетника.