Страница 431 из 708
– Ну, здрасьте. Это его епархия, учёт артефактов и магических приборов. Отдадим, – я потряс распечаткой, – пусть разбирается.
«Ни в коем случае. Не будет он тебя слушать. Сам подумай: приходит тип из другого отдела и начинает ему упущением его людей тыкать. Я бы на его месте распечатку у тебя забрал и положил подальше. Скажем, в мусорную корзину».
– И что, предлагаешь так это оставить?
«К Коршу надо идти. Он здесь главный, вот пусть и разбирается, кому втык делать. Слушай, но звучит прямо как анекдот: самоварная афера! Попади история в газету, над Коллегией вся столица потешаться будет».
– Не попадёт. Мы твоей любимой Норд ничего рассказывать не будем.
«Ловчинскому тоже не говори, чтобы не проболтался».
К Коршу я попал через полчаса, дождавшись, когда он освободится. Иван Карлович долго вчитывался в распечатку, затем хмыкнул и покачал головой.
– Разберёмся. Оставляй мне бумагу, я сам проверю, что вы насчитали.
Я кивнул и вышел от Корша в приподнятом настроении. С него бы сталось повесить это дело на меня и отправить искать умельцев, штампующих поддельные самовары.
– Ну что, не сработала твоя идея. Другие есть? – спросил я у Захребетника.
Он ничего не ответил, лишь сделал вид, что отвернулся и не слышит вопроса. Ну и ладно, у меня, кроме амулетов, и других дел полно. Надо же кому‑то разбирать всяческие мелкие дела и оформлять документы положенным образом.
– Уходите!
Дверь в кабинет, мимо которого я проходил, распахнулась. Оттуда выскочил чиновник Коллегии с погонами титулярного советника, красный как помидор, и размашисто указал кому‑то внутри, чтобы тот вышел.
– Немедленно покиньте мой кабинет!
– И не подумаю! – раздался сварливый голос. – Я вам сколько уже жалоб отправил? А⁈ Три штуки! У меня всё записано, между прочим, и квитанции с почты есть. И ни на одну вы не дали ответ в установленный Уложением срок. Ни на одну! Как это называется? Саботаж и наплевательское отношение к своим обязанностям! Вы думаете, я это так оставлю? Ни за что! Я на вас жалобу напишу в надзорное ведомство. Я до государя дойду, если потребуется!
Голос скандалиста показался мне знакомым, и я заглянул в кабинет. Точно посередине комнаты стоял невысокий упитанный господин с блестящей лысиной, яркими голубыми глазами и торчащими ушами. Эдакий карикатурный колобок, да простит меня наш Колобков за сравнение. И что самое забавное, я был с этим господином знаком.
– Доримедонт Васильевич? А вы здесь какими судьбами?
Кузовок прекратил верещать и уставился на меня удивлённым взглядом. Несколько раз моргнул, словно не верил увиденному. А затем расставил руки в стороны, заулыбался и пошёл ко мне.
– Михаил Дмитриевич! Как я рад вас видеть!
– Вы его знаете? – с ужасом спросил меня хозяин кабинета.
– Конечно, знает! – возмутился Кузовок, протягивая мне руку для рукопожатия. – Мы с Михаилом Дмитриевичем давно и плодотворно сотрудничаем. Знали бы вы, какую банду мы задержали в Туле! А всё благодаря моей бдительности и стараниям Михаила Дмитриевича.
«Мы пахали! – Захребетник заржал. – Нет, вы посмотрите на него. Ох, артист!»
– Прошу, – титулярный советник умоляюще посмотрел на меня. – Заберите его! Он меня второй день осаждает, совершенно работать не даёт.
– Ваша работа, – сурово посмотрел на него Кузовок, – разбираться с жалобами граждан. А вы ими манкируете! Где ответы на мои запросы? Обязаны дать ответ в установленный срок.
«Давай поможем человеку, – отсмеявшись, предложил Захребетник. – Заодно и я развлекусь, послушаю этого чудика».
Кивнув титулярному советнику, я ухватил Кузовка и потащил его по коридору. Каким бы навязчивым и странным он ни был, но в прошлый раз он действительно вывел меня на след преступников. Может, и сейчас он нашёл что‑то противозаконное.
– Идёмте, Доримедонт Васильич. Расскажете мне, что у вас случилось. И как вы вообще попали в управление?
– Обычно, – пожал он плечами. – Я доходчиво объяснил вашим вахтёрам, по какому я вопросу, и они почти сразу выписали мне пропуск.
– Кстати, а что вы в Москве делаете? Тула надоела, или там порядок уже навели?
– Увы, – Кузовок тяжело вздохнул, – до порядка там весьма далеко. А как вы уехали, так совсем плохо стало. Сплошные отписки и никакого дела.
– Тогда почему вы здесь?
– К детям перебрался. Внуков нянчу и всё такое.
– И заваливаете жалобами управление, да?
– Да где же заваливаю⁈ – возмутился Кузовок. – Всего‑то три штуки написал за неделю! И в ответ даже жалкой отписки не получил. Это как вообще называется⁈
В голосе у него было столько обиды, будто его оскорбили в лучших чувствах.
– Вот сюда, пожалуйста, – я завёл его в переговорную комнату. – Садитесь и рассказывайте, что у вас произошло. Опять ящероиды беспокоят? И где ваш жестяной тюбетей?
Кузовок печально вздохнул.
– Сыновья тюбетей попросили не носить вне дома. Говорят, вы, папенька, в нём странно выглядите, не дай бог соседи вас в сумасшедший дом сдадут, так позору не оберёмся. Представляете? Сплошное расстройство получается. Хорошо хоть я не с ними живу, а себе отдельную квартиру купил.
– Сочувствую.
Я налил из графина воды в стакан и подал Кузовку. Тот благодарно кивнул и выпил залпом.
– Так что у вас за проблема?
Кузовок поставил стакан, подался вперёд и громким шёпотом сообщил:
– Ведьма, Михаил Дмитриевич. Самая настоящая!
– Ведьма?
– Она, точно вам говорю. Прямо по соседству со мной живёт.
– И как вы её определили?
– Элементарно, Михаил Дмитриевич! Во‑первых, – Кузовок начал загибать пальцы, – к ней постоянно ходят другие женщины. Судя по виду – вдовы и незамужние девицы. А, как вам? Во‑вторых, она на балконе у себя выращивает какие‑то травы. В‑третьих, у неё живёт чёрный кот. Я специально проверял – ни одного белого пятна!
– Вы что, украли у соседки кота? – Я грозно сдвинул брови.
– Как вы могли подумать, Михаил Дмитриевич? Подманил на варёную печёнку, погладил и произвёл осмотр.
– Держать чёрного кота не преступление.
– Это ещё не всё! В‑четвёртых, она в полнолуние сидит ночью у себя на балконе и что‑то делает. И в‑пятых, – доморощенный детектив посмотрел на меня с торжеством, – я проверил её «регентом» и увидел, что она светится магией! Да‑с, знаете ли, осваиваю новейшую технику. Ну что, вы верите мне? Необходимо её задержать и выяснить, какой запрещённой волшбой она занимается.