Страница 372 из 708
Глава 9 Бездорожье
Искать Горынина не пришлось. Он поймал меня в коридоре, едва я вышел от Оползнева.
– Идём, Михаил, – махнул он рукой. – Чай будешь с баранками? А я пока твои документы соберу.
Он привёл меня в свой кабинет и стал собирать в папку бумаги. Что‑то проверял в них, в некоторых дописывал. Пару листов отложил, поморщившись, и прокомментировал:
– Фёдор Змеянович не подписал, сейчас сбегаю к нему.
Я не торопил его. Сидел на диванчике и пил чай. Баранки, кстати, оказались каменными и лежали, наверное, для декорации.
Горынин сбегал к Оползневу, поставил недостающие подписи и вручил мне папку.
– Держи, Михаил. Аттестация по высшему баллу, поздравляю. Считай, с отличием прошёл испытания.
– Благодарю, – я пожал ему руку. – А можешь рассказать, что за испытания‑то были? Вроде как я их прошёл, а сам не понял когда.
– На рабочие качества, – начал он загибать пальцы.
«Дай догадаюсь, – усмехнулся Захребетник., – Это когда тебя в документах заставили неделями ковыряться».
– На устойчивость к магии. На обучаемость. На боевые навыки.
«Это он про те тренировки, которые с тобой проводил, – прокомментировал Захребетник. – Вот ведь жук хитрый! Вроде помочь вызвался, а сам оценки в журнал писал».
– Ах, чуть не забыл – на жадность ещё.
«Синюшкин колодец, да? Вот так и знал, что он не случайно появился».
– Сегодня собирайся, а завтра тебя в Екатеринбург отвезут. Вот, держи билет на поезд.
Уже перед тем как попрощаться, я не удержался и спросил:
– Никита, прости, пожалуйста, за бестактный вопрос. Никак не могу понять: сколько тебе лет? По виду вроде молодой, но иногда у тебя в разговоре прорывается что‑то, и кажется, что ты намного старше.
– Ну, – он замялся, – я по сравнению с тем же Оползневым действительно молодой. В ноябре только восемьдесят стукнет.
Я постарался сдержаться от нервного смеха. И не стал спрашивать, сколько лет Оползневу, – а то окажется, что тому лет двести, и буду чувствовать себя после этого младенцем.
Вещей у меня было вроде немного, но собирался я со всей тщательностью. Первым делом упаковал шкатулку с подарком Хозяйки медной горы – маленьким каменным цветком. Такую ценность надо везти очень аккуратно! Даже Захребетник не выдержал и стал советовать, как его лучше обернуть и чем мягким обложить. И отдельно мы положили нефрит, найденный в колодце Хозяйки, в свинцовом футляре.
Кроме цветка я увозил с собой увесистый мешочек с самоцветами. И с теми, что я подобрал на месте, где золотой олень бил копытом. И с теми, что Захребетник прихватил из колодца Хозяйки. Вместе набралось приличное количество камешков, которых бы хватило на украшение царской короны. Да, необработанных, но ярких и чистых, как родниковая вода.
«Хорошо, – довольно потирал руки Захребетник. – Нам с тобой эти драгоценности ох как пригодятся. Столько трат предстоит, что твоим счётом в банке не обойдёшься».
– Это какие траты ещё?
«Для начала автомобиль купим. А он, чувствую, игрушка не из дешёвых. Опять же, особняк в Москве купить требуется».
– Погоди‑ка! Никакого особняка я не планировал. Мне, вообще‑то, и с Зубовым отлично живётся.
«А будет ещё лучше. Только представь: спальня с видом на сад, кабинет, миленькие горничные и пафосный дворецкий, подающий тебе кофе».
– Если ты не заметил, я дома бываю исключительно редко, почти всё время проводя на службе. Между прочим, по твоей милости. И вот скажи: зачем мне особняк, если я в нём появляться не буду? Чтобы твой дворецкий с горничными шуры‑муры крутил, пока меня нет? Так что даже не проси – никакого особняка не будет, останусь жить там же, где и сейчас.
«А когда женишься, ты молодую жену в вашу холостяцкую берлогу приведёшь?»
– Вот когда соберусь жениться, тогда и поговорим. А сейчас – никаких особняков.
Последний пассаж Захребетника вызвал у меня глухое раздражение. С учётом того, кем оказалась Елизавета, со свадьбой вообще может не получиться.
«Ладно, не буду пока настаивать. Но машину мы купим сразу, как вернёмся. И это не обсуждается!»
– Зачем она нам?
«Затем. Во‑первых, тебе не надоело ходить пешком и ловить извозчиков? Нет? Во‑вторых, разъездов тебе предстоит всё больше и больше, а чин позволяет уже завести собственный транспорт. Ну и за преступниками на автомобиле гоняться гораздо удобнее, хочу заметить. Любого догнать можно!»
– А ещё у тебя в‑третьих есть. Тебе просто понравилось на машине гонять. Так?
«Не буду скрывать, есть такое дело. И уверяю, тебе тоже понравится, когда я тебя прокачу с ветерком».
– Нет.
«Да! Понравится, точно говорю. Знаешь поговорку: какой русский не любит быстрой езды? Вот и ты любишь, только пока не подозреваешь об этом».
Наш увлекательный диалог прервала Принцесса. Она подошла к двери и принялась скрести её лапой, жалобно глядя на меня.
– Пойдём, – вздохнул я, одеваясь. – Выведу тебя.
На улице уже стемнело. Воздух был тёплый, снега практически не осталось – отличная погода для вечерней прогулки. Пожалуй, уезжать с рудника мне было немного жаль. Хорошо тут, интересно. В столице хтонических существ не встретишь, всё больше с преступниками приходится разбираться. С другой стороны, я порядочно соскучился по дому, Зубову и работе. К тому же в Москве имелся и кое‑кто ещё, кого я бы хотел увидеть.
– Здравствуй, друг дорогой!
Из темноты вынырнула огромная фигура и сграбастала меня в медвежьи объятия. Не узнать Великого Полоза было невозможно – такой же здоровенный, с золотой бородой и янтарными горящими глазами. Только шубу он сменил на зелёный кафтан, расшитый золотой канителью.
– Не попрощавшись уехать хотел? – Он выпустил меня из своих лапищ, погрозил пальцем и расхохотался. – От Полоза так просто ещё никто не уходил!
Захребетник перехватил управление и хлопнул Полоза по плечу.
– Что, сладилось у тебя с Хозяйкой?
Полоз смутился и угукнул. Отступил на шаг и поклонился в пояс.
– Спасибо, друже! Обещал помочь – сделал. Слову ты своему верен, а Полоз всегда по долгам платит чистым златом. Прими же в благодарность от меня дары!
Он сунул руку в карман, вытащил что‑то и протянул мне. Это оказался широкий ремешок из странной чешуйчатой кожи, прошитый золотыми нитями и украшенный золотыми же накладками. А ещё от него несло старой магией, непонятной и странной.