Страница 36 из 708
— Не погуби, батюшка! Завистники извести хотят! Невиноватая я…
— Прекратить безобразие! — гаркнул Захребетник.
Знахарка прекратила завывать и выпучилась на меня.
— Встать! — приказал Захребетник и указал на стул. — Сесть!
Охая, тётка поднялась с колен и с опаской опустилась на краешек стула. Я же сел с другой стороны стола и выставил на стол бутылку с «любовным напитком».
— Ваша продукция?
Под пристальным взглядом Захребетника тётка икнула и часто закивала.
— Моя, батюшка. У меня лицензия есть на продажу снадобий, всё честь по чести, как положено.
— Лицензию к осмотру, — Захребетник хлопнул по столу ладонью.
Знахарка вскочила и заметалась по комнате. Рванула к одному шкафчику, потом к другому, вернулась к первому. С верхней полки вытащила стопку бумажек и стала их перебирать, слюнявя палец. Вытащила один листок, сунула остальные обратно и метнулась обратно к столу. Положила передо мной лицензию с выцветшими печатями и уселась на своё место, сложив руки на коленях.
— Так-так. — Захребетник пробежался по бумаге взглядом. — Варвара Ильинична, потомственная знахарка. Разрешена продажа эликсиров седьмой плотности.
— Всё верно, ваше благородие.
— Седьмой плотности, — повторил Захребетник, вытащил детектор и приложил к бутылке, не нажимая кнопку. — А здесь сколько?
— Ой, батюшка, пожалей меня бедную! — снова завыла тётка. — Бес попутал! Замоталась я, забегалась, вот и забыла добавить, как положено. Все только и давят меня, сироту несчастную! Проверками замучили, пожарные багор требуют, чтобы висел. Говорят, мол, коли лавка у меня, тут багор должон быть. А его каждую неделю ворують!
— Тихо! — Захребетник медленно закипал от её криков. — Название такое зачем написала? В заблуждение вводишь? Чтобы думали, что приворотное берут?
— Отец родной, — совсем тихо запричитала тётка, на глазах которой выступили слёзы, — не погуби! Исправлю, всё исправлю, как сказал. И название, и плотность сделаю. А я уж в долгу не останусь, как положено отплачу.
Её рука метнулась к столу и пододвинула ко мне несколько ассигнаций.
Первой мыслью у меня было взять их. Там рублей двадцать было, как раз чтобы поправить моё финансовое положение. Но в следующий момент я устыдился этого порыва. Чтобы я, боярин Скуратов польстился на взятку? Я дал клятву государю служить верой и правдой. Невместно мне унижать своё достоинство и брать поборы, тем более с какой-то знахарки.
Захребетник одобрительно ухнул.
«Правильно решил. Возьмёшь сейчас, потом потеряешь больше. А деньги будут, обязательно».
Он брезгливо потыкал деньги пальцем и строго посмотрел на знахарку моими глазами.
— Это что?
— Благодарность, батюшка. От чистого сердца.
— Уберите деньги, Варвара Ильинична. Я человек государев, не оскорбляйте меня этим.
— Так… — В глазах тётки мелькнул страх. — Сколько могу. Нету у меня больше…
— Цыц!
Она захлопнула рот и жалостливо посмотрела на меня. Дрожащие губы выдавали, что знахарка готова разрыдаться.
Мы коротко посовещались с Захребетником и вынесли решение. Я выдернул из блокнота лист и стал записывать, проговаривая вслух. Текст мне диктовал Захребетник, посмеиваясь и довольно ухмыляясь.
— Выношу вам строгое предупреждение, Варвара Ильинична. За торговлю некачественными эликсирами и за недостоверные надписи на них. С обязательством исправить в трёхдневный срок. В случае повторного нарушения будет назначен штраф. Всё понятно?
Я положил листок на стол, и знахарка впилась в него глазами.
— А как…. Понятно, ваше благородие. Не сомневайтесь, всё сделаю, прямо сегодня же. Больше ни одной жалобы на меня не получите!
— Вот и хорошо. — Захребетник так улыбнулся, что женщина вздрогнула и перекрестилась. — До свидания, Варвара Ильинична.
Оставив ошарашенную знахарку, я вышел из её дома и только на улице позволил себя рассмеяться. Ну и интересная же у меня служба!