Страница 317 из 708
Глава 20 Проклятый старый том
Тряпичкин оказался худощавым молодым человеком, примерно моего возраста. Вот только выглядел он не слишком представительно. Постоянно горбился, смотрел из‑под бровей и двигался, словно кукла на шарнирах. Черты лица у него были острые, а кожа болезненно‑бледная. Сальные тёмные волосы падали ему на глаза с чёрной радужкой и покрасневшими белками. И никаких дополнительных проверок не требовалось, чтобы понять, что колдун именно он. Запах чёрной магии от него шибал в нос даже на расстоянии.
– Что вам угодно?
Он остановился напротив и уставился на меня тяжёлым сверлящим взглядом.
«Ну, Миша, давай. Оружие у тебя есть, союзник тоже. Действуй‑злодействуй!»
Захребетник мысленно потёр ладони, хихикнул и исчез из моей головы, оставляя в одиночку разбираться с колдуном.
– По какому праву вы врываетесь в мой дом, сударь? Без приглашения, в такой наглой манере?
Взгляд Тряпичкина с каждой секундой становился всё подозрительней и злей. Длинные, похожие на ноги паука пальцы нервно двигались, а вокруг головы сгущалась призрачная чёрная дымка. Нет, сейчас, когда он на взводе, нельзя с ним устраивать магическую дуэль. Я встал и учтиво поклонился.
– Добрый день, Иван Васильевич! – решил я немного сбить его с толку. – Прошу простить за внезапное вторжение. Но я не мог не зайти к вам, раз уж судьба занесла меня в этот городишко.
– Ч‑что вы имеете в виду?
Его слегка перекосило, и он раздражённо дёрнул себя за мочку уха.
– Разве я мог не нанести визит вежливости одному из немногих в этих краях образованному человеку? Да к тому же получившему блестящее образование в столице!
– Ммм…
Судя по виду, колдун опешил и растерялся. Если минуту назад он собирался меня вышвырнуть, то теперь не понимал, что делать.
– Д‑да, – Тряпичкин кивнул, – я п‑получил, если можно так сказать.
– Не скромничайте, Иван Васильевич! Если уж до меня, приезжего, дошли разговоры о вашем уме и образовании.
– Р‑разговоры? – Он напрягся и опять уставился на меня с подозрением. – Кто обо мне разговаривает?
– Да все вокруг! Сегодня Марья, девушка из гостиницы, мне все уши про вас прожужжала. Какой вы образованный и умный человек.
Тряпичкин скривился.
– Ах, Марья. Ну да, эта может. С малых лет по мне сохнет, дурочка.
– А слышали бы вы, как о вас отзывается Пётр Иванович!
– Который? Бобчинский или Добчинский?
– Оба! Буквально превозносят вас до небес. Говорят, какой человек! Какой человек! Человечище! Не остался в столице, а вернулся в родной город.
Я угадал верно. Студент‑недоучка, став тёмным колдуном, обладал болезненным самомнением и жаждал признания. От моих слов его повело, будто от стакана крепкой выпивки. Глаза заблестели, он гордо вздёрнул голову и выпятил грудь.
– Да‑с, вернулся. Думаете, университет – храм науки? Как бы не так! То же захолустное училище, единственно студенты в мундирах щеголяют. Профессора – ну вылитые уездные смотрители: те же сплетни, та же картёжная игра по углам, но вместо в «дурака» – преферанс на интерес. Тьфу! Хотя меня уважали, я вам скажу. Бывало, профессор Мейер читает лекцию по римскому праву, а я только рукой махну: «Э, полноте, Фёдор Иванович, не до пандектов сегодня!» И уезжаю в ресторацию. Приеду, а меня всё общество встречает. Дамы так и вьются, так и вьются! Одна графиня, помню, писала мне записочки с фиалками. А ректор, бывало, встретит в коридоре и говорит: «Тряпичкин, голубчик, может, вам не так прилежно учиться? А то у нас скоро похвальные грамоты закончатся».
Мне оставалось лишь кивать и поддакивать. Тряпичкин же распалялся всё больше и больше.
– Что та столица? Та же деревня, только вывески другие. Что в ней хорошего? Те же чиновники, те же взяточники. Идёшь по Тверской, кругом фонари, магазины, бабы в шляпках… а на душе пусто. Я как это понял, так сразу и решил: брошу всё к чёрту! Мне один важный генерал, знакомец мой, прямо сказал: «Тряпичкин, дружище, говорят, вы в провинцию собираетесь? Ох и завидую я вам! Там и женщины натуральнее, и выпивка крепче, и начальство добрее. А здесь мы все как в тюрьме сидим».
– Говорят, – я сделал серьёзное лицо, стараясь не показывать улыбку, – вы от больших чинов в столице отказались?
– Отказался. – Тряпичкин ещё больше надулся и топнул ногой. – Мне даже департаментом управлять предлагали! Многие из генералов находились охотники и брались, но подойдут, бывало, – нет, мудрено. Вроде и легко на вид, а рассмотришь – просто чёрт возьми! После видят, нечего делать, – ко мне. И в ту же минуту по улицам курьеры, курьеры, курьеры… Можете представить себе, тридцать пять тысяч одних курьеров! Каково положение? – я спрашиваю.
– Как же я рад с вами познакомиться, Иван Васильевич. С таким замечательным человеком.
Даже Захребетник не выдержал и фыркнул, глядя, как Тряпичкин едва не лопается от довольства.
– Но, признаюсь, у меня была ещё одна причина искать встречи с вами.
– Да‑да? Желаете получить мой совет? Что же, я легко дам его вам, мне ничего не стоит.
– Дело в том, что по всем признакам в городе появился тёмный колдун.
– Вот как? – Тряпичкин удивлённо моргнул. – Может быть, ведьма?
– Нет, именно колдун. Причём, как я успел выяснить, очень могущественный.
Тряпичкин облизал губы.
– Может быть, может быть. И что же, вы хотите найти его?
– Думаю, мне не стоит этого делать. Скорее, я бы хотел договориться с ним.
– Договориться? И о чём же?
– Он расскажет мне, кто обучал его тёмной магии. А я буду ходатайствовать о смягчении наказания для него.
– Ха‑ха‑ха! – Тряпичкин рассмеялся. – А вы шутник, господин хороший. Это про какое же наказание вы говорите?
– Про каторгу. На которую его отправят после того, как я его арестую.
– Арестуете?
– Конечно.
– Могущественного колдуна? Вы⁈
Тряпичкин захохотал в голос. Стал хлопать себя ладонями по бокам и мотать головой.
– Вот уж насмешили так насмешили! Умора! Какой‑то мелкий чиновник решил изобразить из себя великого мага! Не могу, прямо анекдот!
– Во‑первых, не какой‑то, а титулярный советник Коллегии Государевой Магической Безопасности Скуратов. А во‑вторых, вы совершенно зря смеётесь, Иван Васильевич. У меня есть средства, чтобы заставить колдуна пожалеть о своём поведении.
Губы Тряпичкина скривились в презрительной усмешке.