Страница 308 из 708
Глава 17 Моголь
Меньше года прошло с того момента, как я ехал в Тулу. А случилось столько всего, что иному обычному человеку и за десять лет не пережить. Один стремительный взлёт в чинах чего стоит. И вот я снова еду в поезде, но на этот раз не в третьем классе, а в первом, заняв целое купе. Не то чтобы я не желал видеть попутчиков, скорее опасался, что с ними может сделать Принцесса. Она девочка умная, конечно, и с первого раза поняла, что проводника трогать не следует. Но всё равно лучше уж не травмировать соседством случайных людей.
Наш поезд никуда не торопился и, по моим ощущениям, останавливался у каждого столба. Чем и пользовалась Принцесса – на каждой станции она принималась жалобно смотреть на меня и всеми силами изображала, что ей очень надо выйти. Впрочем, я не возражал и пользовался возможностью подышать свежим воздухом.
Так мы и ползли неспешно по маршруту. Александров, Ярославль, Вологда, Вятка. Но на полпути к Перми случилось непредвиденное происшествие. Поезд остановился на станции в маленьком городе, который даже не значился в расписании стоянок. По вагону кто‑то забегал, захлопали двери в купе, а затем ко мне заглянул проводник.
– Прошу простить, ваше благородие. Поезд дальше не идёт.
– В смысле?
Усатый проводник в форменной фуражке виновато развёл руками.
– Снегопады, ваше благородие, пути замело. Пока их расчистят, может пройти несколько дней. Начальник поезда просит пассажиров поселиться на это время в городе. Для тех, кому это не по средствам, будет выделено место на вокзале.
Принцесса обернулась ко мне, будто поняла сказанное, и заворчала. И я был с ней полностью согласен – ютиться на вокзале совершенно нам не подходит. Да и по тону проводника было понятно: там разместят пассажиров третьего класса.
Так что я не стал задерживаться. Оделся, взял чемодан и поспешил к выходу. Лучше первым добраться до гостиницы, пока туда не набежали другие пассажиры и не заняли лучшие номера.
Я вышел на перрон, и первым, что бросилось в глаза, было название станции и городка на здании вокзала.
«Моголь! – Захребетник заржал. – Очень оригинально. И как жительниц этого городишки называют? Могольки? Могольчихи? Ой, не могу! Придумают же! А любимое блюдо у них гоголь‑моголь?»
«Нашёл над чем смеяться. Может, тут река с таким старинным названием течёт, или город основал человек с такой фамилией».
Но Захребетник продолжал хихикать и упражняться в остроумии. Не обращая внимания на его смешки, я прошёл через вокзал и выбрался на привокзальную площадь.
Оказалось, что не один я такой умный, – там уже стояло несколько пассажиров с багажом, ожидая извозчика. Шумная семейка с хулиганистыми мальчишками‑погодками. Дама в огромной шубе, спорящая с высоким худым мужчиной: мол, она была первая, и его здесь не стояло. Хмурый офицер, явно с похмелья. Мужчина в очках, по виду университетский профессор. И две строгие дамы, поджимавшие губы и недовольно смотревшие на остальных.
– Кто последний?
Пассажиры обернулись и посмотрели на меня, будто на врага народа.
– За мной ещё пятеро занимали, – сквозь зубы прошипела одна из строгих дам и скривилась, кинув взгляд на Принцессу. – Можете даже не ждать.
Я пожал плечами и не стал лезть в эту очередь. Подошёл к дворнику, чистящему снег возле входа в вокзал, и спросил, где находится гостиница.
– Так вон, барин, с красной крышей, – указал он рукой. – Через площадь перейти, и она стоит.
Не став мелочиться, я дал ему полтину, перехватил чемодан поудобнее и пошёл к указанному зданию. Толпа пассажиров не слышала наш разговор и проводила меня насмешливыми взглядами.
«Давай для смеха все номера в гостинице снимем? – продолжил веселиться Захребетник. – И посмотрим, как они тогда будут с тобой разговаривать?»
– Уймись, не стоит оно того. Идём, Принцесса, нас ждёт обед и тёплый номер.
В гостинице за стойкой скучала миленькая барышня с носиком‑кнопкой. Увидев меня, она заученно улыбнулась и подслеповато прищурилась. Открыла рот, чтобы поприветствовать, но в этот момент заметила Принцессу.
– С собаками нельзя! – Тут же возмутилась она. – У нас только для людей!
– Сударыня, что же вы кричите? – я старался оставаться любезным. – Любой вопрос можно решить, не повышая тон.
Взгляд её стал сердитым, она осмотрела меня с ног до головы и скорчила недовольную мину.
– Немедленно уходите! У нас заведение только для благородной публики!
Не знаю, за кого она меня приняла, но казалось, что девица сейчас накинется на меня и будет выгонять веником. Её что, смутила моя доха? Ну да, она не по парижской моде, зато тёплая и для дороги отлично подходит.
«Это мы, значит, неблагородные? – неожиданно вылез Захребетник. – Ну‑ка, подвинься! Ух, сейчас повеселимся!»
Он перехватил управление, и Принцесса тихо рыкнула. За время пути я старался приучать её к Захребетнику, и она теперь только недовольно ворчала, когда он появлялся.
– Уходите, или я хозяина позову! – девица распалялась всё больше.
– Хозяина? – Захребетник широко улыбнулся. – А давай его сюда, милая моя. Я с ним с удовольствием побеседую.
Он развернул плечи и встряхнулся. Пуговицы на дохе сами собой расстегнулись, и полы разошлись в сторону, открывая мундир Государевой Коллегии. Но барышня за стойкой этого не заметила и принялась махать на меня рукой.
– Кыш отсюда! В трактир идите со своей псиной! А здесь порядочная гостиница, а не…
– Что за шум я слышу? – Из боковой двери выкатился низенький полненький господин со смешливым лицом и улыбкой на круглом лице. – Что случилось? Скандал? Ха‑ха! А из‑за чего? Мне интересно!
– Вот!
Девица указала на меня пальцем, кипя от возмущения.
– Вот, Пётр Иванович, полюбуйтесь! Пришёл какой‑то… Какой‑то… Мужик! Да ещё и с собакой, и хочет у нас поселиться! А на мои возражения, что у нас заведение приличное, ругается матом и уходить не хочет! Он даже рукой на меня замахивался, чтобы ударить!
На её лице появилось едкое выражение, и она бросила на меня мстительный взгляд. А Пётр Иванович увидел мой мундир, перестал улыбаться и закашлялся.
– Матом, значит, ругался и замахивался.
Захребетник неспешно вытащил из кармана красные корочки. Взмахнул ими в воздухе, наблюдая, как бледнеет смешливый господин, и спросил у него:
– Не помните, что там по Уложению полагается за оскорбление государева чиновника?