Страница 24 из 27
Она усмехнулась, достала из рукава белоснежную пилюлю и протолкнула ее в рот Мин Ханя. Тот попытался выплюнуть, но Цзюньфэнь так сильно сжала его челюсти, что он не смог открыть рот. Ему оставалось только давиться, чувствуя, как пилюля сладостью рассасывается на языке и стекает в горло. Убедившись, что он ее проглотил, Ма Лян отпустила его и поднялась.
– Я думала, с тобой удастся договориться. Увы, ты не хочешь видеть истинную сущность этой демоницы. Видишь ли, пока я занимаю пост владыки, мои руки не должны быть в крови, такое условие мне поставило Цышань.
Мин Хань закашлял, пытаясь отплеваться, но пилюля уже проникла внутрь и холодом разливалась в желудке.
– Что ты мне скормила?
– Всего лишь пилюлю, которая подавит чары этой демоницы и обезопасит тебя.
– Зачем? – хрипло спросил он.
Взглянув на него, Ма Лян улыбнулась и протянула руку со сжатыми пальцами. Повинуясь неведомой силе, Мин Хань поднялся, тяжело дыша и исподлобья смотря на верховную богиню. Не спеша подойдя к нему, она поправила его воротник и растрепавшиеся волосы.
– Ты окажешь мне услугу, благодаря которой возвысишься в глазах людей. Ты станешь тем, кто убьет Хуанъянь.
– Нет, – прошептал Мин Хань, и его сердце болезненно сжалось. – Никогда.
– Это трудно, я знаю. Ее колокольчик слишком сильно околдовал тебя, и ты не первый, с кем она так играет. Но ты можешь стать последним, тем, кто закончит ее игру.
– Я не стану этого делать, – прохрипел Мин Хань.
– Станешь, – спокойно ответила Ма Лян, коснувшись пальцем его метки бога между бровями. Ту пронзила яркая нестерпимая боль, и небожитель закричал. – Слушай меня, Мин Хань. Твои чувства – обман, ты мой меч, который встанет на защиту своего хозяина. Хуанъянь играла с тобой, заставляя поверить себе. Повтори!
– Она… не играла со мной! – прошипел Мин Хань, и боль наполнила все его тело.
– Повтори, что я сказала. – В голове небожителя раздался голос Цзюньфэнь, столь могущественный, что подавил его волю. – Повтори!
– Она… играла… со мной, – словно издалека услышал Мин Хань свой голос.
– Ты не любишь ее.
– Я… не люблю ее, – повторил он, и боль ослабла.
– Ты убьешь Хуанъянь.
– Я убью Хуанъянь.
Метку перестало жечь, и, довольно улыбнувшись, Цзюньфэнь отступила на пару шагов назад.
Мин Хань сидел на полу, и его дыхание постепенно выравнивалось. Мысли успокоились, и он не мог понять, почему был так встревожен пару секунд назад. Что заставило его волноваться?
– Ты устал, Мин Хань, – раздался заботливый голос Ма Лян. – Иди к себе и отдохни.
– Да, прошу прощения, что причинил вам неудобство, – пробормотал он.
Покинув дворец, небожитель неторопливо зашагал к себе, пытаясь разобраться с новым странным чувством. Он словно что-то забыл, но не знал, что именно. Это вещь? Или человек? Стоило напрячь память, как метка между бровями начинала болеть.
Дойдя до дома, Мин Хань неуверенно замер, словно ждал кого-то. Он перешагнул порог и занялся тем, что у него получалось лучше всего, – рисованием. Стоило взять кисть, как на душе стало спокойнее и тревога ушла. Он рисовал несколько дней, забывшись в красках и фантазии, пока его не отвлек голос над ухом:
– До чего же мой А-Хань талантлив.
Кисть дрогнула в руке, оставив кляксу, и Мин Хань резко обернулся. Рядом с ним, подперев ладонью подбородок, сидела Хуанъянь. Она не заметила его взгляда, полного взявшихся из ниоткуда ужаса и ненависти, и с интересом рассматривала картину.
Чувства наполнили Мин Ханя. Он смотрел на демоницу и не понимал, как мог хоть что-то испытывать к ней. Как мог дарить любовь и ласку, как мог шептать признания и распивать вместе вино. Перед ним сидело чудовище в человеческом облике, коварное и жаждущее крови. Сколько жизней она отняла? И сколько еще отнимет? Как долго Небеса должны бояться ее?
– А-Хань? – подняв на него глаза, спросила демоница. – Что с тобой? Ты побледнел.
Протянув ладонь, она коснулась его лба, отчего Мин Хань вздрогнул, почувствовав отвращение.
– Все в порядке, – покачал он головой, отвернувшись и взглянув на рисунок. – Просто… задумался.
– И о чем же? – с улыбкой поинтересовалась Хуанъянь, наматывая прядь его волос на палец.
Слова слетели раньше, чем Мин Хань успел их обдумать.
– Может, пригласим на чай главу Ян и тетушку Ло?
Услышав его слова, демоница замерла, а небожитель внутренне сжался. Он помнил, какими острыми могут быть ее когти и сколько вреда они могут причинить.
– Звучит неплохо, – наконец произнесла Хуанъянь и улыбнулась, отчего все внутри Мин Ханя сжалось. – Думаю, глава Ян будет не против.
– Тогда я все подготовлю. А ты… предупреди его.