Страница 31 из 90
— Есть вещи, о которых лучше никому не знать, – спокойно отозвался парень. – Не стесняйся, я не жадный.
Я закусила губу, неожиданно смутившись, и потянулась за очками, перегнувшись через его ноги.
— И как, мне идет? – я вернулась на свой шезлонг и нацепила очки. Адам взглянул на меня, прикрыл губы книгой, но мимические морщинки около глаз выдавали его. – Почему ты смеешься?! – лжеобиженно спросила я, сложив руки на груди.
Адам уже в открытую смеялся, и это было так странно, что я задержала дыхание, наблюдая за ним. Я никогда не видела, как он смеялся. Впрочем, мы не так уж и хорошо общались, чтобы делиться такими эмоциями.
Я шуточно шлепнула его по ноге.
— Ты выглядишь как маньяк, – сквозь смех проговорил парень, прикрыв глаза.
— Тогда я буду действовать как маньяк, – заявила я, потянувшись его пощекотать. Чистое ребячество, но почему-то мы звонко смеялись и смущались, и в этом не виделось ничего неправильного. Будто мы обычные люди, не хранящие в сердцах семейные тайны и груз проблем на плечах.
Адам вдруг схватил меня за руку, я, не удержавшись, рухнула прямо на него, а завязки на купальнике не выдержали, оставляя меня почти с голой грудью.
Я прижала красную ткань, Адам тут же успокоился, посадив меня. Мои щеки залила краска, а сердце ухнуло. Стало неловко. Все вдруг показалось неправильным, странным и чужеродным.
Пальцы Адама пробежались по моим позвонкам, а затем нащупали завязки. Я вздрогнула – его кожа была намного холоднее моей.
— Я сама, – голос оказался тихим, едва различимым, но Адам все равно убрал руки от моих плеч, позволяя мне самой вернуть купальник на место. Как раз в тот момент, когда на заднем дворе показался Лукас. Мой муж.
Черт возьми!
Мне не особо нравилось то, что он увидел нас. Может быть, я и хотела позлить его, но почему-то этот момент хотелось сохранить при себе, оставить где-то внутри и не пускать туда мрак. Но было поздно. Адам ушел, оставляя нас наедине, пока Лукас распинался о моем поведении, будто мне было до этого дело.
Я не собиралась отчитываться перед ним, как и он передо мной, не собиралась играть по его правилам и вестись на манипуляции. И я не придумала ничего лучше, чем толкнуть его в бассейн, не учтя, что все это время он крепко держал мою руку. Я полетела следом.
Холодная вода окутала каждую клеточку тела, заставляя задохнуться от испуга и шока. Я ведь не умела плавать! Страх не успел завладеть моим телом. Лукас поднялся на ноги, буквально вытащив меня за руку из воды. Я чувствовала себя облезлой собакой и выглядела наверняка так же.
— Я не умею плавать, – пискнула я, обхватив его за шею.
— Я помню, – тихо отозвался Лукас, выбираясь из бассейна. По телу побежали мурашки, то ли от его пробирающего шепота, то ли от холода. Честно, я не ожидала услышать от него подобное. Не думала, что он мог запомнить обо мне что-то настолько личное. О том, что я не умела плавать, знали всего несколько человек: мои родители, Моника и Лукас. И то он узнал совершенно случайно, когда на одной из светских вечеринок все полезли в бассейн, а я осталась в доме, наблюдая за всем из окна. Меня тогда хотели запихнуть в воду насильно, а Лукас вырос настоящей стеной передо мной, послав тех парней к черту. После этого мы переспали первый раз. Уж не знаю, была это задуманная акция или случайность. Лукас так и не признался.
Он осторожно опустил меня на ступеньки, и я выбралась из бассейна, дрожа от холода так сильно, что слышала, как зубы стучали друг об друга. Плед, который принес Адам, оказался спасением. Я закуталась в него с головой, направившись в дом. Лукас шел следом, оставляя мокрые следы за собой.
На талии все еще ощущались крепкие руки Лукаса, когда он держал меня в бассейне. Я боялась воды после того, как чуть не утонула, а рядом с ним было спокойно. Почему-то я знала, что он не даст мне пойти ко дну. По крайней мере, в прямом смысле.
Мы вместе прошли путь до спальни, я сбросила плед и полезла в комод за сухой одеждой. Лукас скрылся в ванной и проторчал там довольно долго. Так долго, что я успела замерзнуть еще сильнее, стянуть с себя купальник и завернуться в плед.
Когда Лукас вернулся в спальню, он казался еще более мрачным, чем до этого. Я поджала губы и направилась в ванную, чувствую его внимательный взгляд на спине, заставивший остановиться у самой двери и повернуться к нему.
Лукас правда смотрел на меня.
— Что? – я вопросительно выгнула бровь, он достал из шкафа белую футболку.
— Это плед Адама? – поинтересовался он, я сжала край теплой ткани на груди, дернула вниз, скидывая его на пол и оставаясь обнаженной.
— Да, – и скрылась за дверью, оставляя его в пустой комнате. Маленькая глупость, но согревающая душу. Не знаю, что на него нашло возле бассейна и какого черта он так себя вел, но я не позволю ему играть на моих нервах, не позволю ограничивать меня и указывать, что делать. Лукас Санчес не будет распоряжаться моей жизнью так, как отец распоряжался жизнью моей матери. Эта стратегия заранее проигрышная. У Лукаса никогда не будет власти надо мной. Пусть не ждет, что я буду покорной овечкой только потому, что он не дал мне утонуть. И я вышла из ванной с огромным желанием сказать это все ему, но его уже не было. Что ж, это и к лучшему.
Я закрыла дверь на замок, развалилась на кровати прямо в полотенце и позвонила Монике. Признаться, от желания выйти из дома уже начинала кружиться голова.
— У тебя должна быть уважительная причина, чтобы будить меня так рано, – пробубнила девушка.
— Уже обед.
— Для меня это раннее утро, – буркнула Моника, заставляя меня рассмеяться.
— Хотела предложить тебе сходить в торговый центр или, может, в клуб, кафе и еще сотню мест, где можно отдохнуть.
— Уже устала от своего замка?
— Дракон, охраняющий башню, надоел рычать.
— Ладно.
— Отлично, как насчет сегодня? – спросила я, закусив губу и болтая ногами в воздухе. Моника простонала, кажется, шлепнула себя по лбу.
— Завтра, Лола, завтра. Сегодня в мои планы входит лежание в кровати и дом. Я работала несколько ночей подряд.
Я потупила взгляд. Иногда мне становилось жаль Монику. Особенно когда я смотрела на ее рабочий график в клубе. Она совсем не жалела себя, буквально собирая собственную жизнь по осколкам былого счастья и успеха. И ради этого ей приходилось стирать ноги в кровь, проводить по несколько дней в постели после стольких часов физических нагрузок.