Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 67 из 70

Рэм подал знак, Улиткина поставили на колени.

— Ты сдашь мне Ульяну?

— Она работает на меня!

— И что?

— Теперь она может работать на тебя. Что хочешь с ней делай!

Рэм качнул головой. Не смог Улиткин заслужить прощения, напротив, только усугубил свою вину.

— Прощай! — Он приставил пистолет к голове банкира. Сейчас он на самом деле готов был его убить.

— Ну не надо, ну пожалуйста! — зарыдал Улиткин.

И слезы хлынули из глаз, и моча разлилась под брюками. Рэм с отвращением смотрел на него. Ну как такого чмошника убивать?

— Где Артамон?

— Артамон?! Артамон у меня!

— Сам на тебя вышел?

— На Викентия выходил через Ульяну. А Ульяна мне сказала.

Рэм подал знак, и его бойцы скрылись в машине: нечего им уши греть. И Ульяну он выставил сегодня за дверь, чтобы она не слушала их разговор с Викентием. Не знал, что Ульяна работает на Улиткина, просто с недавних пор перестал доверять женщинам. И правильно сделал, что выдворил ее. Иначе бы Улиткин не растекался бы сейчас соплей перед ним.. Нельзя верить бабам.. Да и мужикам тоже..

— С Ульяной спал? — спросил Рэм.

— Нет, что ты! — Улиткин закрыл лицо ладонями, сквозь узкую щелочку между ними глядя на пистолет.

Рэм почему-то не поверил ему. Страшно Улиткину, за каждым словом следит. Скажет, что спал с Ульяной, и получит пулю в лоб. И не исправить уже ошибку.

— На чем Ульяну поймал?

— Да крутила она раньше с одним, он ее ударил, а она его бутылкой по голове, насмерть, бытовуха, короче. Ну там другой появился, сказал, что ментам ее сдаст, шантажировал, заставил работать на себя. Проституцией заниматься. Ну а Викентий ее выкупил.

— Теперь ты ее шантажируешь?

— Ну да, она реально может сесть, если этот ее бывший показания даст. Он труп закопал, там бутылка, на ней ее пальчики. Ну, если ему верить, я не проверял. Но Ульяна верит!

— Кто такой?

— Игнатом зовут, фамилия Крохов.. Ты же меня не убьешь?

— Ну, если мы найдем этого Крохова. И Артамона.

— Да найдете! Точно найдете!

— Ульяна на тебя больше не работает.

— Само собой!

— А банк мне твой не нужен.. Ну, если там вдруг деньги нужны будут..

— Всегда пожалуйста! — Улиткин смотрел на Рэма так, как будто собирался слизывать пыль с его обуви.

— Возможности мои ты знаешь, я действительно могу решить вопрос с Викентием. И с тобой. В следующий раз бодягу разводить не стану, тебя просто пристрелят.

Рэм загрузил Улиткина под завязку, нагнал страху и отвез домой. И почему-то совершенно спокойно лег спать. Точно знал, что ответки не будет. Но заснуть не успел. Подъехали пацаны и привезли на разбор Артамона. Не обманул Улиткин, сдал этого придурка с потрохами.

— Это все Викентий, он тебя заказал!

Артамона не держали за руки, он стоял на коленях по своей воле.

— А вчера кто в меня стрелял?

— Вчера?

— Из «драгунки».

— А-а! А я еще думаю, зачем им это нужно! Винтовку принесли, посмотри, говорят. Потом забрали.

— С твоими пальчиками.

— Из этого винта в тебя стреляли?

— Ты?

— Нет!.. Подставили меня!

— Кто?

— Да не знаю! Подошли какие-то, в машину запихнули, на квартиру отвезли. Будешь, говорят, на нас работать, денег дали, на квартире оставили. Я согласился..

— Викентия зачем искал?

— Он мне денег должен!

— Не будет тебе денег.

Рэм повернулся к Артамону, сделал шаг и остановился. Сучонка этого нужно кончать, иначе никак. Но в то же время Улиткин мог начать новую компанию против Рэма. Одной записи крамольного с ним разговора мало, неплохо бы уличить его в организации покушения на Рэма. И Артамон мог ему в этом помочь. Мог показать на людей, которые организовали ему быт в Москве и которые дали винтовку. Этих людей прижать к стенке, вытряхнуть из них признания, подтвердить их показаниями Артамона..

А Викентий? Это же он заказал Артамону Рэма? Сам этот факт — уже основание для уголовного дела. А против Верлинского, как и против Улиткина, сейчас всякое лыко в строку.

Артамона нашли сразу, а Крохова взять не удалось. Улиткин дал верный адрес, но, видимо, Крохова успели предупредить. Рэм снарядил на его поиски целую бригаду. Улиткин должен знать, что против Рэма Каменева его карта не пляшет.