Страница 67 из 76
Глава 23 Миелофон
Утро началось как всегда: проверка слуха, умывание, завтрак. За столом Сергей просматривал список, совсем не представляя, с чего начать. Анна, подливая ему кофе, спросила:
— О чём думаешь?
Сергей поделился: не знает, с какой стороны взяться, за что зацепиться. Она пожала плечами:
— Если не знаешь, начни сначала. Кто там у тебя первый в списке?
Сергей открыл, прочитал фамилию. Анна кивнула:
— Знаю я их. Ну, вряд ли они что-то такое могли сделать. Но проверить всё равно стоит. Она работает в мыловарне, он — в оружейке.
Вспомнив, что генерал упоминал мыловарню, Сергей решил сходить сначала туда. Взял блокнот с ручкой — если понадобится, будет куда записать. И, облачившись в полное снаряжение, вышел из квартиры.
Погода сегодня стояла хорошая — до этого было сыро и ветрено. Поэтому он с удовольствием прогулялся до мыловарни, точнее до лаборатории «мыловарения». Производство мыла — дело грязное, поэтому массово варили его в посаде, на окраине, там, куда ставили всё, что дымило. Здесь же только смешивали, искали рецепты, экспериментировали.
Лаборатория располагалась в небольшом деревянном строении, в котором Сергей никогда не был: мимо проходил не раз, смотрел, но никогда не заходил — не было нужды. Деревянный сруб восемь на шесть, одноэтажный, с пристроенными с двух сторон сараями.
Поднявшись на крыльцо, Сергей толкнул дверь и шагнул внутрь. Небольшое помещение было забито вёдрами, тазами и какой-то ещё посудой. Запах ударил в нос сразу — резкий, странный, совсем не похожий на обычное мыло. И всё же сомнений не оставалось: он пришёл туда, куда нужно.
Он заглянул в следующую дверь — та была открыта. Внутри куча лавок, столы, все заставлены тазами, глиняными кувшинами, какими-то банками — и современными, и уже сделанными стеклодувами здесь. Кроме столов и банок в помещении находились три женщины: одна — та, к которой пришёл Сергей, Надежда Александровна, и две местные девушки. Сергей мало кого различал, особенно женщин. Но эти были первые освобождённые рабыни. Имен их Сергей не помнил, знал только, что Колян назвал их Зита и Гита, почему-то это запомнилось.
Его приход заметили все, и девушки сразу принялись приводить себя в порядок: поправлять волосы, одежду. Надежда Александровна поднялась — она сидела за столом, ковыряясь в каких-то стекляшках, — и произнесла:
— Добрый день, Сергей Викторович. Вот уж кого не ожидала увидеть.
Сергей поздоровался с ней, с её помощницами и сказал как бы невзначай:
— Да вот мимо шёл, запах такой вкусный отсюда, думаю, дай гляну. Никогда не заходил, не интересовался. А тут у вас прямо целый цех.
Женщина смутилась:
— Да что вы, какой уж тут цех. Так, варим потихонечку, да эксперименты всякие ставим. Вот, например, посмотрите.
Она подошла к Сергею и протянула небольшую баночку. Он заглянул: внутри было что-то чёрное.
— Это для волос, для длинных волос. Можно сказать, эксклюзивный экземпляр. Сварили всего полтора литра, вот расфасовали. Если понравится, будем такое делать.
Сергей понюхал — пахло не очень приятно. Видимо, Надежда Александровна заметила его реакцию и поспешила объяснить:
— Да, пока ещё без отдушки, просто рабочий вариант. Нам главное определить, попробовать, как он будет мыть, какие отзывы, а там уж и аромат подберём. Кстати, возьмите супруге, она будет рада такому подарку.
Сергей хотел было отказаться, но припомнил: Аня сетовала, что волосы как следует не промыть, и грозилась состричь их покороче. Ему короткие стрижки были не по душе, и он уговаривал её повременить. Похоже, правильно делал.
— Спасибо, — поблагодарил он Надежду Александровну и потом будто случайно вспомнил: — А как Владимир Иванович, как он себя чувствует?
То, что муж Надежды Александровны получил производственную травму — перелом двух пальцев, — он вычитал в папке, данной генералом. Дело было давнее, всё давно зажило, но сейчас информация пригодилась.
Женщина всплеснула руками:
— Я ему всегда говорила: аккуратней с вашими экспериментами. Это у нас здесь безопасно: мыло, шампуни. А там постоянно какие-то взрывы, стрельба, что-то испытывают, проверяют. Но сейчас уже все хорошо, не беспокойтесь, зажило.
Сергей покивал:
— Да-да, аккуратность превыше всего, тем более в такой ситуации. Он, кстати, у вас не курит?
Женщина замотала головой:
— Нет, нет, что вы. Как сюда попали, сигареты у него кончились, так и бросил. А теперь вроде и табак появился, но не хочет начинать, говорит: ну её, эту заразу.
— Вам, может, чаю? У нас самовар тут есть, — женщина кивнула на зашторенный угол.
Сергей удивился:
— Самовар? Что, настоящий?
— Ну конечно, — одёрнув штору, Надежда Александровна отступила в сторону, показывая небольшой пузатый, румяный самоварчик, литров на пять, может, на семь, с трубой, покрытый сажей, и с краном.
Сергей подошел ближе:
— И откуда такое счастье?
Надежда Александровна взяла кружку, поставила под краник:
— Да от деда осталось, в наследство, ни разу не пользовались. А тут пригодился. Есть ещё электрический, но куда его теперь?
Сергей подошёл ближе, осмотрел самовар — с медалями, начищенный до блеска. Он был весьма хорош. Сергей даже позавидовал: так хорошо, удобно — закинул щепок, разжёг, раздул, и наслаждайся горячим чаем. Не то что на его плитке.
Женщина протянула ему кружку.
— Мёд есть к чайку, липовый, свежий. Марусь, принеси, там на полке, — обратилась она к одной из девушек.
Сергей подумал: Маруся — это, видимо, уже на свой лад. Спросил, как они справляются, нет ли жалоб. Женщина бросила быстрый взгляд на девушек:
— Да всё в порядке. Старательные, умненькие, язык выучили. Иногда ещё путаются, но вполне понятно.
Та которую Надежда Александровна назвала Марусей, принесла мёд, поставила на стол, произнесла с легким акцентом:
— Да вы присаживайтесь, в ногах правды нет.
Сергей поблагодарил, сел, отхлебнул из кружки. Взял ложечку и совсем немного зачерпнул из миски с мёдом. Мёд был терпкий, сладкий. Чай как обычно — травяной, заваривали из того, что есть. Вот и здесь: вроде мята, тимьян, ещё что-то на ромашку похожее.
Пока он пил, Надежда Александровна рассказывала про новые сорта мыла, про опыты с порошком для стирки. Про то что стирает он только в горячей воде, и для массового производства нужно еще ой как много. Сергей слушал, кивал, что-то уточнял, переспрашивал.