Страница 38 из 116
— Нет, милая, он так не думал, — мягко говорю я. — Он просто использовал это как отговорку.
Она неловко ерзает на стуле.
— Может быть.
— Нет, дорогая, не «может быть», а точно. На сто процентов. Стоп значит стоп – немедленно, без лишних вопросов. Неважно, был ли он в секунде от того, чтобы кончить, если ты говоришь «стоп», все прекращается прямо в этот момент.
— Я знаю, мам.
— Нет, не знаешь. Очевидно же, не знаешь. Ты ищешь для него оправдания. Если ты сказала «стоп», а он сделал хоть что-то, кроме того, чтобы мгновенно остановиться – это сексуальное насилие.
— Мам, это звучит немного…
— Это факт. Третьего не дано, милая. Это либо «да», либо «нет». Ты либо хочешь этого, либо нет. Ты не хотела. И это твое абсолютное право потребовать остановиться в любой момент, по любой причине, и ты не обязана ничего объяснять. Четыре буквы и один слог – это все, что тебе нужно, Мэллори – «стоп». Он не просто давил на тебя, если то, что ты сейчас рассказываешь – полная правда. Возможно, ты не хочешь заходить так далеко и называть это изнасилованием, потому что поначалу ты согласилась и, может быть, даже хотела этого.
— Я передумала, — шепчет она. — Поняла, что не готова. Это было… это было недолго. Просто… — Она шмыгает носом и качает головой. — Я не могу.
— Расскажи мне, милая. Всю эту ужасную, неловкую правду.
— Мне нравилось целоваться с ним. Мне нравилось… переходить ко второй базе.
— Мэл, используй взрослые слова, хорошо? Называй вещи своими именами. Никаких эвфемизмов. Не пытайся сглаживать углы. Будь со мной честна. Пожалуйста.
— Какое-то время мы не торопили события. Казалось, его это устраивало. Просто поцелуи. Держались за руки. И все такое. Более-менее детские вещи, я думаю.
— Это не детские вещи, так начинаются новые отношения, и это важно, но продолжай.
— Мне это нравилось. Прикосновения поначалу казались немного странными. Когда мы зажимались, было здорово отдаться моменту, понимаешь? Я нервничала и немного испугалась, когда он предположил, что мы готовы пойти до конца, потому что не была уверена, что действительно готова. Но Хит мне очень нравился. Я думала… Я… Я думала…
— Что так полагается?
Она кивает.
— Да. Наверное.
— Это совершенно нормальное чувство, милая. Это сбивает с толку. Бывает трудно отделить ожидания общества от того, чего мы хотим на самом деле. Особенно нам, женщинам. — Я обхожу ее и встаю позади, обнимая за шею. — Продолжай. Что было дальше?
Она снова шмыгает носом, снова качает головой.
— Я сказала ему, что хочу подумать. И это было правдой. Он просто… он продолжал давить на меня. И это тоже было правдой. Как только мы перешли определенную черту… Как только мы зашли слишком далеко, то есть… как только я позволила ему трогать меня под одеждой, он стал настаивать на большем. Каждый раз, когда мы оставались наедине, он распускал руки, хотел целоваться и пытался раздеть меня, а я… я чувствовала себя так, будто… — Мэллори пожимает плечами, не находя слов.
— Будто обязана? Будто не можешь сказать «нет»? Будто, позволив ему прикоснуться к тебе, ты дала ему карт-бланш на то, чтобы он трогал тебя, когда ему вздумается? Будто, позволив ему прикоснуться к тебе, ты дала негласное обещание, что переспишь с ним?
Она кивает.
— Да, именно так. Особенно то, что касается обещания.
— Ты не давала таких обещаний. Верно?
— Нет!
— Это коварная штука – эти негласные ожидания. Так что, полагаю, в конце концов он просто взял тебя измором.
Она кивает.
— Мне тоже было любопытно. Думаю, важно, чтобы я была честна в этом. Поначалу я не то чтобы… горела желанием, но и не была против. Мне было любопытно, и я надеялась, что, может быть, он перестанет донимать меня этим. Сейчас я чувствую себя идиоткой. Мне следовало…
— А вот тут остановись, Мэллори. Видит бог, я бы хотела сказать, что то, через что ты прошла – редкость, но это не так. Честно говоря, это скорее норма, что является огромной трагедией и приговором всему нашему обществу, но это уже другой разговор. Я ненавижу то, что тебе пришлось пережить это, и мне очень жаль, что ты не чувствовала себя в безопасности, чтобы прийти с этим ко мне. Но я понимаю.
— Правда… понимаешь? — Ее глаза блестят от слез, что редко можно увидеть, так как Мэллори не из плаксивых, да и вообще редко проявляет эмоции.
— Конечно понимаю, милая. Конечно. Как вообще завести такой разговор с матерью? «О, привет, мам, мой парень давит на меня, чтобы я с ним переспала, но я не уверена, что хочу этого. Что мне делать?» — Я вздыхаю, пожимая плечами. — Да, мне бы хотелось, чтобы ты так и сделала. Но я понимаю, почему ты промолчала.
— Мы были у него дома, в подвале. Его родители куда-то уехали, не знаю куда. Мы начали целоваться, и все… закрутилось. Одежда полетела на пол. Я была не против. Я была не против того, чтобы он трогал меня, и я тоже трогала его. — Она бросает на меня быстрый взгляд и тут же отворачивается.
— Мэл, все в порядке. Тебе не нужно этого стыдиться. Ни своего любопытства. Ни желания исследовать и экспериментировать. Ни того, что ты не рассказала мне все. Ни того, что он тебя привлекал. И даже того, что тебе это нравилось до определенного момента. Ни того, что ты захотела остановиться, казалось бы, «без причины». — Последние слова я выделяю воздушными кавычками.
— Мне правда нравилось… до определенного момента. — Она снова краснеет. — Момент, когда мне перестало это нравиться, и я начала бояться, нервничать или что-то в этом роде, настал, когда…
— Говори как есть. Ты меня не шокируешь, милая. Хочешь серьезного разговора по душам? Вот он.
— Когда дошло до того, чтобы… чтобы войти в меня, вот тогда я перестала быть уверена, что это то, чего я хочу.
— Это абсолютно нормально.
— А ты боялась в свой первый раз?
— Еще как! — восклицаю я. — Подруга рассказывала мне, как ей было больно в ее первый раз. Оказалось, ее парень был необычайно щедро одарен природой, и не знал, как под это подстроиться, потому что для него это тоже был первый раз.
— Фу, мам.
— Это просто реальность, детка. Слишком большой размер существует, и не позволяй никому убедить тебя в обратном. Просто понятие «слишком большой» субъективно.
— И как же подстроиться под слишком большой член?
Я выгибаю бровь.
— Это действительно то, о чем ты хочешь сейчас поговорить со мной, Мэл? — Я пожимаю плечами. — Потому что мы можем обсудить и это, если ты правда хочешь.
Ее глаза расширяются.