Страница 56 из 85
Хорошо, я расслаблюсь. Но это еще не всё. Правда, что вы с Ларсом родственники? В тебе есть норвежские корни? Ты норвежец? — засыпаю его вопросами. Задыхаюсь от эмоций и безысходности. До сих пор мне не удалось разгадать даже самую маленькую тайну Норманна. Я русский, — невозмутимо отвечает. Так вы родственники или нет? Не забивай голову ерундой и лишней информацией. Это не ответ на вопрос, — сжимаю кулаки от злости. — Почему тебя называют Норманном?
Он молчит. Проклятие. Это невыносимо.
Глеб, ты когда — нибудь был женат? Что на тебя нашло сегодня? Отвечай, — судорожно глотаю раскаленный воздух. И не подумаю, — стальной голос звучит почти беззвучно. Так значит? — безумная мысль озвученная мною разгорается в голове. Чувствую острый угол ревности в грудной полости. — А дети у тебя есть? Волчонок, что ты так завелась на ровном месте? Я хочу знать, — с трудом сдерживаю порыв разреветься. Блядь! Нет у меня никого. Уймись! Только любовницы были? Кристина и куча других баб? — голос предательски срывается. Да, у меня были бабы для траха. Никаких отношений и обязательств. Лишь голый трах. Такой ответ тебя устроит? А я тоже баба для тра.., - не могу выдавить из себя пошлость. С тобой всё иначе и ты об этом знаешь, — резко бросает. — Ты другая.
Телефон в его кармане вибрирует. Он отходит к окну и начинает разговаривать.
Кошусь на него. Он спокоен и сконцентрирован на разговоре. В то время как я чувствую себя полной дурой, оголенным нервом.
— Пойдем обедать, малыш, — тяжелая рука опускается на бедро. — Я чертовски голоден, еще минут пять и вместо еды я съем чью-то очень аппетитную попку.
Я никуда не пойду, пока ты не ответишь на мои вопросы, — демонстративно скрещиваю руки на груди и топаю ногой. Всем своим видом стараюсь показать, что на сегодня наше общение закончилось. Волчонок вновь кусается? — он валит меня на кровать и накрывает медвежьей ладонью грудь.
Гранитная плита вдавливает в матрас. — Я ведь тебя предупреждал, — впивается в меня порочным взглядом.
Отпусти, — пробую оттолкнуть. Голоден по тебе. До одури, — выкручивает сосок через ворс халата. — С трудом сдерживался в гребаном самолете.
Нет ответов — нет секса, — задыхаюсь. Пытаюсь вырваться из плена. Уверена в этом, малыш? — Норманн усмехается. Да, — зверь вгрызается в мои губы. Целует неуемно и нестерпимо сладко. Страстный и глубокий поцелуй дает понять, что я принадлежу только ему. Мое тело дрожит и немеет. Глаза непроизвольно закрываются от сладкой неги, разливающейся по животу. Крупные пальцы забираются под халат, оголяя не только тело, но и каждую нервную клетку, раскрывают душу. Довела меня, волчонок, — берет меня одним махом. Сильным ударом мужского естества. Мы дикари. И секс между нами дикий. По — настоящему жесткий. Все мысли гаснут. Зверь высекает из меня остатки разума. Его любовь бьет плетью по моей природной нежности. Я чувствую мощь и силу своего мужчины. Мне до жути нравится, когда он властвует надо мной. Я теряю рассудок, здравый смысл своей жизни. В миг меня накрывает сладостная темнота порока.
Кажется, ЧТо за Тои дня проведенные B Осло мы успеваем посетить все достопримечательности города. И королевский дворец, и замок Акерсхус, и музей викингов, где представлены экспозиции и корабли эпохи Норманнов.
Наше путешествие продолжается. Мы приезжаем в нефтяную столицу Норвегии — Ставангер.
После отправляемся в городок Тау, откуда и начинаем восхождение на гигантский утёс Прекестулен. Утренняя свежесть. Первые лучи солнца. Новый день. Новые надежды. Новые впечатления. Путь оказывается сложным. Взбираемся по очень крутой тропе. В местах, где встречаются огромные камни и валуны Глеб берет меня на руки. Оказавшись на плоской квадратной вершине, напоминающей стол, испытываю настоящий экстаз. С верхушки открывается вид на залив и плато Кьераг. Невероятная красота и непередаваемый масштаб. Мощное чувство.
Сила и величие природы. Восхищение от увиденного трудно выразить словами. Ощущения, словно я стала ближе к небу, звездам и солнцу.
KRA Эти крумкаке такие сладкие, — ванильное печенье тает во вру, оставляя сливочное послевкусие. — Ммм, обалденно.
— Что? — перевожу непонимающий взгляд на мужчину. Он пьет «голый» кофе и откровенно посмеивается надо мной.
Фто? — передразнивает меня. — Я балдею с тебя, малыш. Хватит ржать. Лучше попробуй эти вкусняшки. Я предпочел бы попробовать кое-что другое, — хрипло произносит Глеб.
Закатываю глаза. Они широко ухмыляется.
— Богданова, а ты случайно не того.. не беременна? — ошарашивает меня вопросом.
Кусочек теста комом встает в горле. Закашливаюсь до слез. Мне требуется немного времени, чтобы сделать глоток воздуха. Когда удается дышать более или менее ровно задаю встречный вопрос.
С чего ты взял? У тебя в последние дни повышенный аппетит и мы ведь с тобой не предохраняемся.
От сказанного меня почему-то начинает трясти и знобить. Морозный холод пробегает между лопатками. Идиотка! Все время, что я с Глебом в мою голову не пришла мысль о защите. А если это случилось, то что дальше? Какие между нами отношения? Кто я Глебу? Я влюбилась в него по уши. Влипла. Завязла в трясине своих чувств. Запуталась в любовной паутине. Открыла и душу, и тело. Принадлежу ему до последнего вздоха. А что он? Он мне ведь ничего не обещал. Не давал клятв верности и любви. Он просто спит со мной.
Перестань заниматься самокопанием, — стальной голос вырывает меня из мрачных раздумий. Я на аборт не согласна, — выпаливаю на одном дыхании. Что за херню ты порешь? Чтобы я больше не слышал таких слов, — заключает жестко, отчего я вздрагиваю. — Если ты залетела, то будешь рожать.
— Дети должны рождаться в браке, — на автомате произношу я и тут же корю себя за сказанное.
Нервно поджимаю губы.
— Круто прикладываешь. Резко и жестко кидаешь предъявы. Мощно и бескомпромиссно. Это так забавно, — насмешливо хмыкает.
Он смотрит на меня пристально. Внимательно. Невольно вспоминаю нашу первую встречу.
Взгляд почти тот же. Ничего не могу с собой поделать. Краснею.
— Чего ты хочешь, малыш? Штамп в паспорте, обручальные кольца и шикарную свадьбу?
Уверена, что сможешь вынести все тяготы жены бандита?
Я ничего не хочу, — произношу мучительно. Поговорим об этом дома, — подзывает официанта и заказывает еще одну порцию десерта.
Оставляет меня одну. Полчаса в одиночестве пролетают незаметно.
— Держи, — бросает на стол тест на беременность. — Уборная в конце коридора.