Страница 5 из 9
Да как он смеет меня в таком упрекать? Готовлюсь и рассыпаться перед ним в благодарностях, и защищаться от нападков одновременно.
— Я вам очень благодарна, правда. Но не говорите того, чего не знаете, — делаю шаг в сторону незнакомца, попав под свет фонаря.
Уже готова продолжать отстаивать и себя и Степку, но мужчина вдруг меняется в лице, разглядывая меня слишком открыто и нагло.
— Булка, ты что ли? — ошарашенно смотрит на меня не моргая.
— Какая я вам булка! — возмущенно хватаю ртом воздух. Совсем обнаглел!
Да, я полненькая. Но это не дает право кому попало называть меня так. Мне еще со школьных лет этого хватило с лихвой.
— Ну, как, какая? — улыбается он. — Ты не узнаешь меня что ли? Я Артем.
— А я Тоня, — не понимаю, это у него такая манера представляться что ли? Дурак какой-то. Кто обзывается вот так сразу, даже не зная человека?
— Тоня. Светлова, — называет он мою фамилию и вскидывает руками в стороны. — Ну?
— Артем? Лю… Лю…
— Любарский, Любарский. Вот это встреча! Так это твой что ли? — кивает на Степу.
— Мой, — растерянно киваю.
Вот это поворот. Быть того не может!
— Да я уже так и понял. На тебя похож. Такой же рыжий. Только как ты его потерять-то умудрилась?
— В п-парке гуляли. Народу много было. На секунду из вида потеряла, — заикаюсь, еще не отойдя от шока. Передо мной Артем Любарский, с ума сойти. — А как ты его нашел?
— Это не я его нашел. А он меня, — бросает взгляд на наручные часы. — Да, долго мы катались. До боя курантов домой вернуться уже не успею.
Ой, я совсем счет времени потеряла, не до этого было, только о Степке и думала.
— Извини, что так вышло. Твоя семья расстроится, ну раз время и правда мало осталось, не на улице же стоять. Давай хоть чаем угощу. Заодно расскажешь, как все произошло.
— Ну пойдем, Светлова. В гостях я у тебя еще ни разу не был, — тепло улыбается он.
Пока я на стол накрывала и чайник грела, Степка уже носом клевать начал.
— Поешь, а то голодный заснешь, — целую сына в макушку.
— Я не голодный. Меня у дяди Артема дома накормили. Я пойду, спать уже хочу.
Довольный, сытый и, слава богу, живой и здоровый, Степка топает к себе. Так умотался, бедненький, что курантов даже ждать не стал.
— Хорошо, милый, спокойной ночи.
Так неловко, что мой сын был в гостях у Артема. Из-за нас он теперь Новый год не с семьей проведет. Чувствую себя виноватой и в этом.
Ставлю перед гостем бутерброды и салаты, пока он рассказывает о приключениях моего ребенка.
— Он сказал, у него отца нет. Ты в разводе?
— Нет, не в разводе. Я не была замужем. Так уж вышло, что с отцом Степы у меня были очень непродолжительные отношения.
— Булка, а ты почти не изменилась со школьных времен, — дразнит он меня булкой и наблюдает за тем, как я на стол накрываю.
— Любарский, ты вместо гостеприимства хочешь в нос получить? Могу напомнить, каково это, — шучу, конечно же. Но он и правда от меня получал.
— Это я прекрасно помню, — смеется, потирая нос. — А еще помню, что ты косички забавные носила. И нос у тебя веснушками покрывался. Такая смешная была. А сейчас еще красивее стала. Но вот сладкими булками от тебя до сих пор пахнет.
— Да уж, смешная, — тихо вздыхаю.
Он веселился, задирая меня, а мне было больно. Обидно до слез. Потому что нравился он мне очень.
Глава 5
— Да это Степка просто в торте все измазал, вот и пахнет ванилью на весь дом, — зачем-то оправдываюсь. Или он это про мои духи? Они у меня с нотами ванили и ягод.
— Вот уж не думал, что однажды буду с тобой Новый год встречать, — как-то странно наблюдает за каждым моим действием.
— Извини, что так вышло. Просто Степка у меня такой активный, я не всегда успеваю уследить за ним. Мне жаль, правда. Извини.
— А мне не жаль, — ухмыляется он. — Мои достали уже. Каждый праздник за столом одно и тоже. Ничего не меняется. А тут появился повод сбежать.
— Ты не любишь свою семью? — удивленно смотрю на него. Как такое можно говорить? Вот они мужчины, сами женятся, а потом им жены не такие. И детей не так воспитывают, и готовят не так.
— Конечно люблю. Как можно их не любить. Но вот их: «Артем, тебе скоро тридцать, тебе пора взяться за ум, когда ты уже остепенишься».
— Прости, но в чем они не правы? — смотрю на Артема и все еще вижу в нем того самого школьного хулигана, который устраивал такое в школе, что вспоминать страшно.
Что он только не творил: и в туалете курил, и мячом окно разбивал, и девочкам в портфель игрушечную крысу подбрасывал, и на доске некрасивые слова писал. И все это Артем Любарский. Но ко мне он питал особые чувства, ведь я всегда была первой, на ком он испытывал свои новые шутки. И на доске некрасивые слова были в мой адрес. Мне всегда было обидно, но я все ему прощала. А в восьмом классе даже решила похудеть, чтобы он не называл меня больше булкой. Вот только не успела, он ушел из нашей школы. Для меня это была трагедия. Я даже по успеваемости съехала.
— Булка, это же моя жизнь. И только я решаю, где мне работать, когда мне жениться, и на ком.
— Так ты не женат? — округляются мои глаза. Так он про семью родителей?
— Ну вот, и ты туда же?
— Нет, — смеюсь. — Я тоже, как видишь, живу не по правильному. А ты давно вернулся?
— Нет, окончательно перебрался только полгода назад. А вот родители давно вернулись. Я же строил свой бизнес, развивался. Сейчас, как видишь, у меня все в шоколаде. А тяга к родным местам так и не покидала, вот и перебрался поближе к семье. Со мной-то все понятно, ты лучше о себе расскажи.
— Да нечего рассказывать, — подкладываю в его тарелку салат. — Закончила одиннадцать классов, собиралась поступать в ВУЗ, но не срослось. Поступила просто в колледж, но заканчивала уже заочно. А теперь работаю в художественной школе. Вот, Степку воспитываю.
— Ну ты даешь. Я думал из нашего класса так только Ольга Щукина может.
— И Оля так может, — хохочу. — У нас сыновья одного возраста. Мы, кстати в соседних подъездах живем.
— Да ладно? Черт, как же так. Можно было и догадаться самому. Вы же со школы дружили.
— Что?
— Нет, ничего. Это я так, о своем. Лучше расскажи, как ты.
Заболтавшись, мы чуть не пропустили бой курантов. В спешке включаю телевизор, где уже транслируется поздравление президента, а Артем разливает шампанское по бокалам.
— Я так-то за рулем, но если ты…
— Да не переживай, — отмахиваюсь. — Оно безалкогольное.