Страница 50 из 75
Коридор свернул в дальнее крыло поликлиники. Сюда пациенты обычно не заходят. Да и делать им тут нечего. Здесь всего три помещения: хозяйственный склад, электрощитовая и каморка уборщиц. Окон нет, так ещё и лампа толком не работает. Тихо и темно — лучше места не придумаешь.
Я остановился около приоткрытой двери подсобки, прислушался.
Изнутри доносился быстрый шёпот. Я сразу понял, что мужчина переговаривается с несуществующим собеседником.
Отлично, нашёлся всё-таки!
— .. нет, я им не дамся.. не дамся.. они думают, я дурак, а я всё понял, всё про них понял.. — бормотал он. — Тихо, тихо, тихо..
Но быстро вбегать в подсобку нельзя. Последнее, что мне сейчас нужно — это перепуганный пациент с нестабильной психикой.
Поэтому я начал аккуратно открывать дверь. Настолько медленно, насколько это было вообще возможно. И через полминуты я увидел Богданова.
Сергей Анатольевич сидел на полу. Втиснулся в угол между швабрами и коробками с дезинфицирующими средствами. Старался занимать как можно меньше пространства, подтянул колени к подбородку, а спиной упёрся в стену. Взгляд его лихорадочно метался из стороны в сторону. Он то прислушивался к «кому-то», то отвечал на вопросы.
Однако его разговор с галлюцинациями закончился сразу же, как он только заметил моё появление.
— Стоять! Стой там! Не подходи ко мне! — взвизгнул он. — Я тебя знаю! Помню.. Ты ведь от них пришёл, да? Это они тебя за мной прислали!
/Сканирование объекта../
/Состояние: острый параноидный эпизод. Слуховые галлюцинации, бред преследования, бред воздействия/
/Эмоциональный фон: страх, критический уровень. Готовность к импульсивным действиям: высокая/
/Вероятность успеха: 4%. Прямой вербальный контакт неэффективен/
Практически нулевая вероятность. Так я с ним не договорюсь.
Я застыл на месте. Сейчас нельзя делать лишних движений. Любой мой ход он может посчитать атакой. И тогда либо кинется в драку, либо забьётся куда-нибудь так, что его уже не достанешь. Не хватало ещё, чтобы он себе навредил.
Поэтому нужно вспомнить самое главное правило при общении с пациентами, которые страдают от шизофрении.
Спорить нельзя.
Если сказать, что он ошибается и на самом деле я за ним не слежу — это навсегда лишит меня шанса установить контакт. Слежка для него — это не просто фантазия. Пациент живёт в этой бредовой реальности. А бред нельзя победить логикой. С тем же успехом можно пытаться доказать здоровому образованному человеку, что Земля плоская. Ничего хорошего из этого не выйдет.
Нужно внедриться в вымышленную реальность больного. Это единственный правильный метод.
— Я не от них пришёл, — заявил я. При этом перешёл на шёпот, будто делюсь с больным секретом. Словном сам опасаюсь тех, кто его преследует. — Я здесь, чтобы вам помочь. Знаю, как уйти от ваших недругов. Пройдём тайным путём — они нас не заметят.
Он напрягся, нахмурился.
— Врёшь! — воскликнул мужчина. — Мне все постоянно врут. Говорят: «Мы свои! Мы поможем!» А сами потом..
— А сами тащат туда, где светло, опасно и полно преследователей, да? — перебил его я. — Думаете, я вас туда утащить хочу?
Он замолчал. И кажется, начал слушать меня с интересом.
— Не беспокойтесь, я здесь один, — продолжил я. — Добирался сюда тихо, никого с собой не привёл. Видите? Даже дверь за собой закрыл. Если бы я был одним из них, сюда бы уже целая толпа ворвалась.
И тут он начал соображать. Я начал говорить и действовать в рамках его логики. Можно сказать, я временно вошёл в его несуществующий мир.
— Вижу, что ты один, — пробормотал он. — Но ты в халате. Эти гады, которые меня преследуют, тоже в халатах ходят!
Эх какой цепкий попался! Решил ухватиться за эту деталь. Но так уж работает логика бреда. Она всегда ищет подтверждения опасений, даже самые незначительные.
— Я шифруюсь, — быстро сообразил я. — Иначе бы не смог сюда проникнуть. Мне пришлось притвориться одним из них, понимаете? Я вас долго искал. Опередил их. И они вас сейчас тоже ищут. Но если мы будем тут и дальше сидеть и спорить — она нас найдут. Обоих!
Я не пытался его пугать. Говорил мягко, воздействовал на его логику. И таким образом превратился из врага в потенциального союзника. В собрата по несчастью.
Теперь он думает, что мы в одной лодке.
/Эмоциональный фон: тревога частично снижается/
/Появляется элемент доверия. Вероятность успеха: 38%/
Отлично.. Процесс пошёл!
— А куда.. — он сглотнул. — Куда ты меня уведёшь?
— В безопасное место, — уверил Богданова я. — Тут, в этом здании, есть комната со стенами толще, чем у вас дома в кладовке. Туда не пробивается ни один сигнал. Ни голоса, ни слежка — ничего не проходит. И самое главное — там тихо. Сможете хоть немного отдохнуть.
Пока мы разговаривали, мне удалось подобраться к нему почти вплотную. Я присел на корточки и протянул ему руку. Он должен воспринять это как предложение помочь.
Остаётся только ждать. Я сделал всё, что мог. Если сейчас вероятность успеха не вырастет — придётся его вязать. Иного выхода нет.
Не знаю, сколько прошло времени. Оно тянулось. Он то смотрел на мою руку, то пытался прочесть обман в моих глазах. Затем отвернулся, принялся что-то шептать. Будто советовался с кем-то.
Но в итоге его рука всё-таки обхватила мою. Чем-то это походило на рукопожатие. Он схватился за меня, и я помог пациенту подняться.
— Хорошо, пойдём. Только тихо.. — прошептал он. — Чтоб они не услышали..
— Тихо-тихо, — согласился я. — Как мышки. Идём.
/Вероятность успеха: 67%. Контакт установлен/
С четырёх до шестидесяти семи всего за один разговор. В чулане со швабрами! Кажется, этой мой личный рекорд.
Идти ему было тяжело. Ноги не слушались. Видимо, затекли — долго он тут сидел, да ещё и в неудобной позе. Плюс ко всему нервное напряжение сыграло роль. Мышцы спазмированы и никак не могут расслабиться. Сергей Анатольевич навалился на меня, и пару секунд мы стояли просто так, пока он не нашёл равновесие.
А уже после этого мы двинулись назад, к его семье.
До восьмого кабинета мы дошли без приключений. Я вёл Сергея под локоть, неторопливо, всё время приговаривая что-то спокойно и негромко. Тут не столько важны слова, сколько спокойный тон. Такой голос действует на пациента лучше любого лекарства.
Когда мы оказались около восьмого кабинета, нас заметила его жена. Дёрнулась, хотела было вскочить и рвануть к нам навстречу, но я остановил её одним лишь взглядом.