Страница 48 из 75
В восьмом сидел мужчина лет сорока. Рядом топтались двое — женщина средних лет и парень, видимо, сын пациента. А вот сам больной..
Мне стоило взглянуть на него всего один раз — и я сразу же всё понял.
Мужчина сидел неестественно прямо, уставившись в одну точку на стене. Могло показаться, что он рассматривает какой-нибудь медицинский плакат. Вот только есть проблема — стена голая, на ней ничего нет.
Губы пациента едва заметно шевелились, будто он вёл с кем-то беседу. Иногда он замирал, прислушиваясь, склонял голову набок — и снова что-то шептал. Когда я вошёл, он лишь искоса глянул на меня. Отстранённо, будто я не врач, а просто неодушевлённый предмет, который для него не представляет никакого интереса. Как стул или стол.
Да, как я и думал. Похоже, передо мной самое грозное из психических заболеваний. То, перед которым медицина до сих пор разводит руками. Неизлечимое. И, судя по всему, сейчас оно в самом дебюте. Только-только начинает «прорастать» внутри пациента.
/Сканирование объекта../
/Диагноз: шизофрения, манифестация. Стадия: ранняя/
/Прогноз медикаментозной коррекции: симптоматический. Полное излечение невозможно/
Система лишь подтвердила то, что я и так уже видел. Поздно его привезли. В прошлой жизни я бы смог его исцелить. Но сейчас это невозможно. По крайней мере пока что. Для этого требуется не только стопроцентная совместимость, но и доступ к ноосфере, которую без особой прошивки система здесь не улавливает.
— Расскажите, что случилось, — я обратился к женщине. — С чего всё началось?
— Да мы и сами не поймём, доктор! — всплеснула она руками. — Месяца два назад его как будто подменили. Сначала всё прислушивался к чему-то, беспокоился из-за звуков. Говорил — соседи через стену переговариваются, про него гадости всякие придумывают. А стена-то у нас глухая, за ней лифтовая шахта! Нет там никаких соседей, доктор, понимаете?
— Замкнулся весь, — вставил парень. — Сначала с работы ушёл. Говорит, там за ним следят, в кофе чего-то подсыпают. Отравить якобы хотят. А вчера.. — он запнулся, — вчера начал сам с собой разговаривать. Будто рядом кто-то есть. С каким-то невидимым человеком всё время болтает. Мы испугались и сразу сюда его повезли.
Слуховые галлюцинации. Бред преследования, бред воздействия. Нарастание симптомов постепенное, и плюс ко всему — социальная отгороженность.
К сожалению, всё очевидно. Классическая картина. Прямо как по учебнику.
Я коротко записал жалобы в карту, а затем произнёс:
— Смотрите, здесь, в поликлинике, я ему не помогу. Это не наш профиль. Нужна психиатрическая помощь, специализированная. В стационаре. Ближайшая такая больница находится в Саратове. Туда его и надо везти. И, как вы догадываетесь, чем скорее, тем лучше.
Женщина побледнела.
— В Саратов?.. А он.. он не опасен? — прошептала она.
Я посмотрел на пациента. Тот по-прежнему сидел смирно, что-то шепча своим невидимым собеседникам. Не буйствовал, не рвался — пока что болезнь не толкала его на агрессию.
Да и система подтвердила, что его эмоциональный фон хоть и нестабилен из-за болезни, но никакой угрозы окружающим в данный момент больной не представляет.
— Сейчас — нет, — успокоил её я. — Но раз он ведёт себя спокойно, это не значит, что можно тянуть с лечением. Я отойду на пару минут — нужно вызвать транспорт и согласовать сопровождение. Побудьте с ним, никуда не уходите.
Я вышел из кабинета. Через регистратуру связался со скорой, объяснил ситуацию и продиктовал все данные больного. Машину, как и всегда, пришлось выпрашивать с боем. Но в итоге пообещали подать транспорт в течение одного часа.
Следом набрал заведующего, доложил ситуацию. Капитанов должен связаться с психиатрией и предупредить их, что мы готовим направление и отправляем пациента.
Меня не было в восьмом кабинете минут пять, не более того.
Однако..
— Доктор! Доктор! — меня нагнала супруга пациента. — Мы на секундочку отвернулись, на одну секундочку всего!
— Что случилось? — перебил её я. — Успокойтесь и объясните доходчиво.
— Муж мой пропал! Исчез, словно сквозь землю провалился!