Страница 75 из 77
Ага.. Ещё один коллега-пациент. После просьбы главного врача ко мне всё чаще приходят сотрудники. И врачи и медсёстры. Но я не ожидал, что Капитанов решится переступить через себя и попросить меня о помощи.
Заведующий выглядел так, будто в его жизни вообще не осталось никакого счастья. Под глазами мешки. И ведь их ещё на прошлой неделе не было.
/Объект: Капитанов С. А. Эмоциональный фон: серый. Хронический стресс. Признаки бессонницы более 4 дней/
— Степан Аркадьевич, рассказывайте. Что вас беспокоит?
— Я.. Знаете, я всю дорогу думал, с чего начать. И не придумал!
— Просто начните говорить. А там — разберёмся.
— У меня в пятницу проверка из министерства. По очередной жалобе.
— На вас пожаловались? — уточнил я.
— На отделение. Но отвечать буду я.
— Жалоба обоснованная?
— Нет. То есть.. В большей степени — нет. Но это не важно. Важно, что я не сплю уже четвёртые сутки, Алексей Сергеевич. Совсем не сплю. Закрываю глаза — и сразу вижу проверяющих. Как они каждую карту смотрят. А если удаётся заснуть хоть на пару минут, сразу вижу сон, где они находят то, что искали.
— Что конкретно находят?
— Да что угодно! Не ту дату, или расхождения в цифрах. Подпись смазанную! Я понимаю, что это бред. Но никак не могу с этим справиться сам.
Пора проверить ещё один новый навык. Давно ждал удобной возможности, чтобы использовать его.
/Модуль «Тень» активирован/
В эту же секунду рядом с заведующим появился образ, который он сам в себе зажимает. Я старался не смотреть на него прямо, чтобы Капитанов ничего не заподозрил.
Образ был такой же серый. Только тень занималась не тем, чем обычно занят сам Капитанов. Он стоял у заваленного бумагами стола, и проверял одну из карт. Снова и снова. Делал то, чем обычно занимаются проверяющие.
То, чего он, собственно, и боится!
Подавленное «я» Капитанова не хотело кардинально менять профессию. Оно хотело быть идеальным проверяющим. Тем самым, кто всегда находит ошибку.
Он — перфекционист. И в это его главная проблема. Капитанов боится не проверки. Самый строгий проверяющий в его жизни — это он сам. Вот с ним то мой коллега и борется.
— Степан Аркадьевич, — заговорил я. — Позвольте мне сказать вам одну вещь. Но попрошу заранее, не отбрасывайте мою идею.
— Говорите. Я слушаю!
— Вы боитесь не проверки. Вы боитесь, что они проверят плохо. Не так строго, как проверили бы вы сами. И что вы потом, после их отъезда, будете сами себе доказывать, будто они что-то упустили.
Он замолчал. Пытался переварить сказанное мной. Я продолжил:
— Вы привыкли быть самым строгим в коллективе. И когда в появляется кто-то, кто может быть строже вас — вы паникуете. Потому что считаете, что он отнимает у вас власть в этом вопросе.
— Чёрт меня подери.. — прошептал он. — Это похоже на правду.
— Сон не идёт, потому что вы по ночам пытаетесь провести эту проверку за них. Заранее. Вот только это невозможно.
— И как с этим бороться? — пожал плечами он.
Я уже начал воздействовать на его психику через систему. Состояние облегчится, но этого недостаточно.
— Я выпишу вам снотворные. Сразу оговорюсь, быстро вы с него не вырубитесь. Какое-то время будете просто лежать в кровати, может часа полтора. Если что — это нормально. Не нервничайте. Сон придёт сам.
— Э.. И это всё? — нахмурился он.
— Нет, не всё. В четверг утром мы с вами полчаса поговорим. Обсудим, как вы будете встречать проверку. Я расскажу, как себя вести, чтобы нервная система не подвела вас в самый ответственный момент.
— Спасибо, — он почти что смог улыбнуться.
И впервые за всё время посмотрел на меня без осуждения.
— Алексей Сергеевич. Я правда вам очень благодарен. Только.. То, что я вам сказал..
— Оно не выйдет из этой комнаты, Степан Аркадьевич. Врачебная тайна — сами же знаете.
Я выписал рецепт, и Капитанов уж было собрался уйти. Но задержался, чтобы добавить:
— Я знаю, что я бываю невыносим. Особенно с вами.
— Все руководители этим грешат.
— Я постараюсь меньше, обещаю, — кивнул он, и, наконец, покинул ординаторскую.
Но самое интересное ожидало меня впереди. Как только начался приёмный день, в мой кабинет вошёл уже знакомый мне пациент.
Молодой парень — Кирилл Смирновский. Художник, которого я лечил от творческого выгорания. Помнится, мы договорились, что он принесёт мне картину. И я дам ему честный ответ, что о ней думаю.
— Заходите, Кирилл. Я вас ждал! — поприветствовал пациенте я.
Он вошёл, но свёрток из рук не выпустил.
— Я.. закончил. То, о чём говорили. То, что просили показать.
— Отлично! Рад, что вы последовали моему совету. Могу взглянуть?
— Ну.. Да, конечно, — неуверенно ответил парень.
Выглядел он куда бодрее, чем раньше. Видимо, мой метод уже сработал. Он втянулся в работу. Остаётся только дать оценку его картине и..
Кирилл развернул полотно.
И я потерял дар речи.
— Алексей Сергеевич, — напрягся Смирновский. — Что с вами? Вам нехорошо?
— Нет-нет, всё в порядке, — помотал головой я.
М-да.. Такого я точно не ожидал увидеть. Ну он и выдал!