Страница 50 из 76
Разница была колоссальной. В старом доме, где обитал Макс, местное ЖКХ придерживалось какой-то извращённой логики: каждую ночь там стабильно отключали холодную воду, оставляя при этом горячую. Это превращало быт в кошмар. Там, если не повезёт и среди ночи приспичит в туалет, приходится набирать ведро кипятка и аккуратно заливать его в бачок, стараясь не обвариться и не сломать внутренности унитаза.
А уж про мытьё рук после всех процедур и вообще вспоминать больно. Будто руки в лаву опускаешь. Я бы понял, если бы на ночь отключали горячую воду. Но почему холодную⁈
Загадка.
Здесь же всё работает как часы. Современный смеситель, ровный напор и — о чудо! — наличие холодной воды даже после полуночи. Квартира действительно хороша, хотя не стоит забывать, что за этим подарком от поликлиники скрывается какая-то тайна, которую мне до сих пор не раскрыли.
И вряд ли раскроют. Всё придётся узнавать самому.
Однако сейчас я думаю о другом. О плюсах своего нового жилья. И главное его достоинство — это акустика. Точнее, её отсутствие. Толстые стены надёжно отсекают звуки города и соседей. Никаких криков за стеной, никакого топота сверху — идеальное место, чтобы хоть на пару часов дать мозгу остыть.
Вечером, когда я решил выбраться в ближайший магазин за продуктами, город преподнёс мне ещё один сюрприз. Проходя мимо лавочки у подъезда, я невольно уловил обрывки разговора двух местных старушек.
— .. да, тот самый Астахов, — заговорщицки шептала одна, поправляя платок. — Мне подруга звонила. Сказала, у них там бабульки от него в восторге были. Говорят, и выслушает, и таблетку правильную даст, не то что нынешние костоправы.
— Ишь, ты, — кивала вторая, провожая меня внимательным взглядом. — И на вид справный, серьёзный. Хорошо, что к нам его перевели, а то терапевты наши только и знают, как грубить да в Саратов посылать к более опытным врачам! А в Саратов с моими ногами не наездишься!
Я невольно усмехнулся про себя. Слухи в Тиховолжске распространялись быстрее, чем ветрянка в детском саду. Информация о моих подвигах в другом конце города уже догнала меня даже здесь. Это хорошо. Добрая репутацию мне не помешает. В каком-то смысле это даже удобно, но в моей ситуации лишнее внимание — всегда лишний риск.
Вернувшись из магазина, я разобрал пакеты и только было собрался поставить чайник, как телефон на столе коротко звякнул.
Сообщение пришло с незнакомого номера. Короткое, резкое, без лишних вступлений:
«Я знаю, где ты живешь. Скоро приду, нужно поговорить. Серьёзно».
Я тут же нажал кнопку вызова. Абонент был в сети, но после первого же гудка сбросил звонок, а затем и вовсе отключил аппарат. Скрываться смысла не было. Цезарь предупреждал, что этот человек уже в городе, и, видимо, его связи оказались эффективнее, чем я предполагал. Скорее всего, настоящий Астахов уже меня нашёл.
Что ж, тем лучше. Прятки с призраком из прошлого начали меня утомлять. Пора было расставить все точки над «и», а затем выяснить, что от меня нужно этому человек.
Я приготовил кофе и сел в кресло напротив двери. Предварительно активировал систему. Нужно быть в полной боеготовности. Ожидание затянулось почти на час. Наконец, в тишине подъезда послышались тяжёлые, уверенные шаги, а затем раздался настойчивый звонок.
Я поднялся, поправил одежду и, не спрашивая «кто там», распахнул дверь.
Слова приветствия застряли у меня в горле.
На пороге стояла женщина. Если бы вульгарность имела физическое воплощение, она выглядела бы именно так. На ней был костюм, который едва ли прикрывал хоть что-то из того, что положено скрывать в приличном обществе. Лицо было разукрашено так густо, словно на него вылили ведро косметики. Она, словно корова, пережёвывала жвачку. И с глупой ухмылкой таращилась на меня.
Женщина облокотилась о косяк, обдав меня волной сладких духов, и дерзко прищурилась.
— Ну что, вызывали, доктор? — пробасила она.
Я смотрел на это явление и чувствовал, как внутри нарастает странное чувство смеси абсурда и дежавю.
М-да, а я ведь совсем забыл, что мне советовали не открывать в этой квартире дверь неожиданным незнакомцам. По крайней мере, одно я могу сказать точно.
Передо мной не тот врач, который продал мне документы.