Страница 31 из 76
По сути, отдавать приказы мне она не имеет права. Для меня она — никто. Над терапевтами эта женщина имеет безграничную власть, но я в их число не вхожу. Однако я всё же решил пройти за ней. Чисто из интереса.
Хочется узнать, в чём на этот раз меня обвиняют.
Кабинет Коротковой напоминал поле боя. Повсюду разбросаны папки с документацией и пустые пузырьки от валерьянки. Которая, к слову, уже давно заведующей не помогает. Это видно невооружённым глазом.
— Садитесь, Алексей Сергеевич, — она рухнула в своё кресло, которое жалобно крякнуло под её весом. — Я знаю, что это вы подговорили Жарова! Он теперь на каждый чих требует официальные приказы. Вы хоть понимаете, что натворили? Андрей Александрович — наше главное оружие в «борьбе» с сельскими пациентами. Он единственный, кто может сдержать натиск пациентов из-за городской черты. А из-за ваших советов мы теперь..
— Должны платить ему по закону? — я позволил себе лёгкую усмешку. — Ох какая незадача, Татьяна Ивановна! Неужто у нас назревает отмена крепостного права?
— Не огрызайтесь! — Каракатица грохнула ладонью по столу так, что тот накренился. — Вы влезли не в своё дело. Терапевты вас не касаются. Свои психологические штучки оставьте для Капитанова, он любит этот цирк. А мне нужны работающие врачи, а не юристы-самоучки!
Я откинулся на спинку стула. Головная боль уже почти прошла, но вопли Каракатицы, кажется, начали усугублять моё состояние.
— Не отрицаю. Всё так. Этот совет вашему терапевту дал я.
— Ага! Чистосердечное признание! — оскалилась Короткова.
— Мне нечего скрывать. Жаров был на грани нервного срыва. Ещё неделя в таком режиме, и он бы стал моим пациентом. Если вы понимаете, о чём я. Но мне вот что интересно.. Откуда вы-то это узнали? Неужто доктор Жаров сам рассказал вам о том, кто был его советчиком?
Короткова на мгновение замолчала, её лицо побагровело. Она шумно выдохнула. Её пальцы судорожно сжали край стола.
— Нет, он не сдал, — прошипела она. — Когда я отказалась идти у него на поводу и велела ехать в Заречье без всяких бумажек, этот кудрявый хам посоветовал мне.. обратиться за вашими услугами! Сказал, что у меня явно с головой не всё в порядке, раз я путаю Трудовой кодекс с рабовладельческим строем. Хам! Мальчишка!
Я едва сдержал смех. Жаров оказался способным учеником. Послать заведующую к психиатру — это высший пилотаж деонтологии.
Точно, я ведь сам ему это посоветовал. Но не думал, что он воспримет мою шутку.. буквально!
— Значит, вы позвали меня, чтобы записаться на приём? — я приподнял бровь. — К сожалению, на сегодня всё занято, но ради вас я могу выкроить минутку.
Каракатица медленно поднялась. Её массивная фигура даже свет из окна заслонила.
— Остроумно, Астахов. Очень остроумно, — она неспешно выбралась из-за своего стола. — Думаете, что раз вы под крылом Капитанова, то вам всё сойдёт с рук? Ошибаетесь. Вы перешли мне дорогу. И вас ждёт наказание, Алексей Сергеевич. Жёсткое и официальное.
— И как же вы собираетесь меня наказать? Докладную напишите? Интересно будет почитать её содержание, — я даже не шелохнулся.
Я полагал, что в ответ на мои слова Короткова взорвётся криком. Но этого не произошло. Она лишь нервно засмеялась. И в этом смехе не было никакого веселья. Только предвкушение чего-то очень паршивого.
— О, вы скоро всё узнаете, доктор, — протянула она. — Идите, Астахов. Наслаждайтесь тишиной, пока можете.
Смех Каракатицы всё ещё звенел в ушах. И я понимал — эта женщина не блефует.
Она уже что-то подготовила.