Страница 62 из 73
— Договорились, Кацураги-сан, — кивнул император. — В таком случае я свяжусь с вами самостоятельно или через своих людей, когда появятся какие-нибудь изменения в моём состоянии. Пока что, разумеется, насчёт принятия вас на службу в качестве моего личного лекаря говорить рано. Посмотрим, как повлияет на меня назначенное вами лечение. Но.. — он запнулся, сделал несколько вдохов и выдохов, после чего заявил: — Странно, но по какой-то причине я чувствую себя гораздо лучше, чем утром. Видимо, слухи не врут. Вы и вправду оказываете помощь одним лишь своим присутствием.
Плохие слуги. Из них выйдет хорошая рекламная кампания, но рано или поздно кто-то может задаться вопросом, а каким же всё-таки образом я так влияю на людей?
Я покинул дворец императора и направился домой. Меня встретила Сайка, но как позже оказалось, в доме уже спрятались мои родители, дядя и Казума. Родственники решили устроить мне сюрприз. Мать вместе с Сайкой приготовила ужин, чтобы мы могли отпраздновать мою победу на соревнованиях и полученную мной медаль.
Но про императора я ничего рассказывать не стал. Когда-нибудь, если я действительно стану его личным врачом, это станет общеизвестной информацией. Однако пока нет никаких гарантий, что я получу такую должность. Поэтому лучше терпеливо молчать.
В течение следующих нескольких дней я продолжал работать в прежнем ритме, совмещал «Ямамото-Фарм» и свою клинику, но теперь мне приходилось время от времени связываться с императором Ацухито.
Как оказалось, уже в понедельник его состояние полностью нормализовалось. Когда мы говорили по телефону, он был на седьмом небе от счастья. Однако на следующий день ему снова стало хуже.
Всё моё лечение обнулилось. Император сообщил, что одышка, перевороты в груди и слабость нахлынули с новой силой. Я вновь посетил его, откорректировал лечение, направил лекарскую магию в его сердце, а сразу после этого вернулся домой с распечаткой анализов, которые император сдал несколько дней назад.
Кроме анализов мне передали все его обследования, которые он проходил в течение года.
И лишь ознакомившись с записями предыдущего императорского врача, я понял, что заболевание куда сложнее, чем кажется. Ещё никогда в жизни я не сталкивался с аритмией, способной возникнуть даже после моего лекарского вмешательства.
Более того, меня сильно смущал тот факт, что любое лечение приводило Ацухито к ухудшению состояния. Его организм постоянно прыгал от тахикардии к брадикардии. Будто лекарства оказывались для него слишком сильными. Хотя предыдущий врач пробовал уменьшать дозировку, но и это никак не изменило ситуацию.
В целом, если изучать медицинскую документацию, может сложиться впечатление, что врач пытался убить императора. После каждой консультации ухудшение. Но почему-то мне кажется, что всё это кто-то подстроил намеренно. Кому-то было выгодно сделать так, чтобы Ацухито пострадал от рук собственного врача. Но предыдущему медику хватило ума выйти из игры, пока не стало слишком поздно.
И теперь в это дело вмешался я. Если предположить, что существует недоброжелатель, пытающийся навредить императору через врача, значит, со мной скоро свяжутся. Возможно, начнут угрожать или просто попытаются как-либо обмануть.
На этот раз ставки слишком высоки. Если кто-то подстроит ситуацию, в которой моё лечение хотя бы документально вредит императору, есть риск, что я лишусь всего. Меня могут обвинить в государственной измене, лишить лицензии, посадить в тюрьму. С этого момента нужно действовать аккуратно, иначе я рискую потерять всё.
Я размышлял об этом почти весь рабочий день. В этот вторник я решил не возвращаться в свою клинику. Эитиро Кагами убедил меня разгрести все оставшиеся дела, поэтому я задержался в «Ямамото-Фарм» допоздна.
Мне уже давно пришлось научиться делать несколько дел одновременно. Поэтому я занимался выполнением своих рабочих обязанностей, а параллельно изучал родословную императора Ацухито.
И кое-что меня смутило. У Ацухито нет наследников. Он ведь сам мне сказал, что его семья состоит из шести человек.
Ацухито и его супруга; младший брат Ацухито — Шинохито, у которого есть жена, сын и дочь.
Любопытная получается картина.. А что, если император и вовсе ничем не болеет? Что, если кто-то всё это время его травит?
Точно! Если вдуматься, всё именно так и выглядит. Никаких доказательств у меня нет, но ведь по каким-то причинам любое лечение ухудшало состояние Ацухито. Теперь я могу предположить, из-за чего это происходило.
Скорее всего, как только появлялся врач и назначал лекарства, злоумышленник переставал подсыпать яд. Из-за этого аритмия проходила сама по себе, а препараты начинали убивать императора, поскольку они его сердцу уже были не нужны.
Кто-то всё это время хотел подстроить убийство ятрогенным путём. То есть — посредством врачебной ошибки. И пока что у меня есть предположение, что это мог сделать лишь один человек.
Младший брат Ацухито.
Опять же, никаких доказательств у меня нет, но у него действительно есть мотив, чтобы пойти против своего брата. Детей у Ацухито нет, а Шинохито уже растит сына.
Если предположить, что нынешний император в добром здравии будет править и дальше, до его смерти может пройти больше тридцати-сорока лет.
К тому моменту Шинохито и сам уже будет стариком. А у его сына появятся внуки. Были такие ситуации в истории Российской Империи, а также в других странах Европы. Интриги внутри самой императорской семьи.
Думаю, завтра мне нужно снова посетить императора и попробовать найти в его организме следы яда. «Молекулярный анализ» должен с этим справиться.
Существует много ядов, которые вызывают поражение сердца. Но какой из них подсыпают Ацухито — большой вопрос.
— Кацураги-сан, — заглянул в мой кабинет Эитиро Кагами. — У меня для вас есть срочное дело. Не могли бы вы пройти за мной в конференц-зал?
Я посмотрел на часы. Восемь вечера. На улице уже начинает темнеть. Похоже, Эитиро перед увольнением решил выжать из меня все соки. Лишь по дороге к конференц-залу я задумался о том, что его просьба прозвучала странно. Ведь в этом помещении обычно проходят совещания.
А какое совещание может состояться в столь поздний час? Уёхара Ёсико и большая часть терапевтов уже должны были уйти домой.
— Простите, что солгал вам, Кацураги-сан, — улыбнулся Эитиро Кагами. — Но это было необходимо.
Сказав это, заведующий распахнул дверь, что вела в конференц-зал.
И на меня тут же обрушился шум десятков голосов.