Страница 41 из 73
— Сейчас, Кацураги-сан, дайте минуту передохнуть. Думаю, я справлюсь, — произнесла она.
— Нет, не надо, — помотал головой я. — Мне этого достаточно.
Ригидность затылочных мышц. Ярчайший признак менингита — воспаления мозговых оболочек.
Я позвал Хирано Юрику, чтобы та взяла анализ крови у Нишикавы. Результаты пойдут в историю болезни, но сами показатели я уже получил с помощью «анализа».
И в общем анализе крови — очень сильный лейкоцитоз. Клетки, отвечающие за иммунитет и борьбу с инфекцией, взлетели до небес. Больше всего в крови именно нейтрофилов — клеток, уничтожающих бактерии.
Я перевёл взгляд на текущий из носа ликвор и принялся изучать его. В норме в этой жидкости очень низкая концентрация различных веществ, но я сразу же обнаружил, что в составе всё пошло наперекосяк.
Лейкоцитов очень много, хотя в норме их должны быть единицы. Эритроциты — красные клетки крови — тоже появились в жидкости, хотя в норме в ликворе их вообще быть не может. Белок взлетел выше нормы, а глюкоза, наоборот, упала.
Теперь сомнений в том, что у пациентки менингит, у меня точно не осталось. Однако нужно отметить ещё одно весомое доказательство этого серьёзного заболевания.
Кроме клеток крови в ликворе было кое-что ещё.
Бактерии. Менингококки. Заразиться этой инфекцией не трудно, если человек не вакцинировался и при этом посадил свой иммунитет. Не знаю, делала ли вакцину Нишикава Югито, но с иммунитетом у неё серьёзные проблемы.
После выписки обязательно уточню, что ей нужно восстанавливать здоровье и меньше проводить времени на работе. Нельзя себя так загонять.
Вслед за анализами крови я сделал пациентке компьютерную томографию головного мозга, а затем перевёз в инфекционный бокс. У меня была всего одна палата, полностью оборудованная для потенциально заразного больного. Если скорая привезёт ещё одного такого пациента, придётся перенаправлять его в другую больницу или в один из филиалов моей клиники.
— Кацураги-сан, вы уже поняли, что со мной, верно? — спросила женщина.
— Понял, не беспокойтесь. Дней через десять выпишетесь от меня полностью здоровой, — произнёс я. — У меня для вас две новости. Одна хорошая, другая — очень хорошая. С какой начать?
— Давайте по порядку, — удивлённо произнесла она.
— Я знаю точный диагноз. И у нас есть все необходимые препараты для того, чтобы вас вылечить. У вас менингит. Вы обратились очень вовремя. Нам удастся избежать осложнений. Пройдёте антибактериальную терапию, а затем отправитесь домой, — объяснил я.
— А очень хорошая новость?
— Вам не придётся избавляться от своей кошки, — улыбнулся я. — Она тут ни при чём. Никакой аллергии у вас нет.
Странно, но больше всего пациентка обрадовалась именно второй новости.
Правда, я кое-что умолчал. Но об этом я сообщу чуть позже, когда свяжусь с ЛОРом из второго филиала. Скорее всего, ей понадобится пластика. Нужно заделать ту часть пазухи, через которую выходит ликвор. Но если выяснится, что операция будет слишком травматичной, я залечу отверстие лекарской магией, а пациентке вообще ничего не буду рассказывать об этой проблеме. Скажу, что нашего лечения хватило, чтобы купировать все патологические процессы.
Когда я вернулся из стационара в свой кабинет, там уже сидел Куросики Теппей. Он неловко поклонился и тут же спрятал взгляд. Должно быть, ему до сих пор очень стыдно из-за того, какие проблемы он доставил моей клинике и самому себе.
— Добрый вечер, Куросики-сан, — кивнул я, затем сел напротив него и замолчал.
Я пользовался всеми психологическими приёмами, какие только знал. Пытался надавить на него, ничего при этом не делая. Нужно, чтобы он чувствовал себя дискомфортно. Тогда он более охотно расколется и мне не придётся тратить на него «харизму» и уж тем более «контроль».
— Кацураги-сан, я правда готов сотрудничать. Я могу назвать вам имя человека, который мне посоветовал написать жалобу. Это — Хирата Аой. Главный врач неврологической клиники Накано, — тут же выдал всю информацию он.
И, судя по показателям «анализа», он мне не лжёт. Всё, как я и предполагал. Мы с Камадой Кеничи оказались правы. Четвёртое место рейтинга решило протолкнуться на вершину нечестным путём. Этот Хирата решил подгадить и мне, и Камаде ещё до начала соревнования.
— Но? — спросил Куросики я.
— Что «но»? — напрягся он.
— Вы произнесли фразу с такой интонацией, будто есть ещё что-то, чего вы так и не сказали, — подметил я.
— Вы будто мысли мои читаете, — поёжился Куросики Теппей. — Но вы правы, Кацураги-сан. Вообще-то, когда Хирата-сан советовал мне написать жалобу, он упоминал, что вы, возможно, захотите со мной поговорить. В общем, он это предсказал. Хирата Аой попросил меня передать вам, что хочет встретиться с вами лично, если вы обо всём догадаетесь.
Любопытный поворот! Значит, этот Хирата не так уж и глуп. Со стороны может показаться, что его план — запугивать конкурентов и подбрасывать им небольшие подлянки. Но личная встреча подразумевает куда более сложный разговор. Он рискует быть раскрытым.
— Скажите честно, Куросики-сан, он вам заплатил? — спросил я. — Не беспокойтесь. Даю слово, что никому об этом не расскажу. Мне просто интересно, с каким человеком мне придётся иметь дело.
— Да.. — кивнул пациент. — Заплатил. Если уж говорить совсем прямо, я изначально хотел уволиться со своего рабочего места. Поэтому по мне произошедшее не сильно ударило.
— Выходит, что вы практически ничего не потеряли, — пожал плечами я. — Так зачем же тогда рассказали мне всю правду? Могли бы и дальше молчать.
— Мне стало стыдно, — признался он.
Разумеется. Я ведь на это и давил. Обрабатывал Куросики до тех пор, пока он сам во всём не сознался.
Ведь по его вине чуть не пострадало сразу две клиники. Свою я защитить смог. Но другая больница, в которую обратился Куросики сразу же после меня, всё же попала под удар. План Хираты Аоя удался. Одну частную клинику он вывел из игры до начала соревнований.
— Благодарю за помощь, Куросики-сан, — сказал я. — Думаю, мы с вами больше не увидимся.
Я поднялся и начал снимать халат. Пациент тут же вскочил и начал отступать к выходу из кабинета. Не знаю, почему его так напугали мои действия. Видимо, я перестарался с психологическим давлением. Как только Куросики сбежал, я закрыл кабинет и вышел в фойе.
— Кацураги-сан, вы куда? — спросила меня Хирано Юрика.
— Мне нужно повидаться с одним «коллегой», — объяснил я. — Сегодня на работу уже не вернусь, так что закрывайте клинику без меня.