Страница 23 из 75
Глава 7
Стоит отдать должное, Кикуока Керо — отличный торговец. Уж заинтриговать своим товаром он умеет. Как только он рассказал мне о существовании новых артефактов, я уже был готов подорваться и поехать в любую точку мира, лишь бы их заполучить.
Но он сделал особый акцент на их свойствах. Якобы такие артефакты к нему в руки никогда не попадали и, судя по всему, не попадут. Ведь поставщик оставил их у себя и соглашается продать их только в том случае, если покупатель встретится с ним лично.
— А есть какая-то конкретная информация насчёт этих предметов? — поинтересовался я. — Я помню, что у вас есть способность чувствовать энергетику вещей, Кикуока-сан. Но вы ведь лично их не видели, не щупали. С чего вдруг взялось такое громкое заявление, будто мы ещё с такими артефактами не встречались? Только не говорите, что поверили на слово своему старому поставщику?
— Кацураги-сан, вы не поняли, — прошептал Кикуока Керо. — В том-то и суть. Вы ходите вокруг истины, но никак её не поймёте. Я энергетику этих предметов даже по телефону почувствовал!
Я с трудом удержал смешок. С одной стороны, это звучало донельзя абсурдно, будто поставщиком является очередной шарлатан вроде тех, кто заряжает воду через телевизор. Но, с другой стороны, я понимал, что Кикуока Керо — далеко не дурак. Он бы не купился на такую элементарную ложь.
Похоже, он действительно что-то почувствовал. Но..
Поймать жизненную энергию на расстоянии? Через телефон? Это что же за артефакт такой? Вот теперь и я не на шутку заинтересован. Если ко мне в руки попадёт такая сила.. Возможно, это изменит всё. Передачи жизненной энергии на расстоянии даже в моём мире не было. А если кто-то и умел так делать, я с таким человеком ни разу не встречался.
Подумать только.. К примеру, те же телемедицинские консультации! Если артефакт работает так, как я думаю, у меня может появиться возможность лечить людей в другом конце мира. Не знаю, правда, распространяется ли эта сила на интернет или может быть использована только на телефонах.
Это уже не важно. Я обязан встретиться с этим человеком и посмотреть на артефакт лично.
— Говорите адрес, Кикуока-сан, — попросил я. — Пока идёт Золотая неделя, я смогу посетить вашего поставщика.
По крайней мере, у меня есть три дня до следующего выхода на работу в клинику «Ямамото-Фарм». Мне бы хотелось помочь Рэйсэю и Дайго в своей организации, но им, судя по всему, придётся меня немного подождать.
Риск того стоит. Этот артефакт может изменить судьбу моего ордена лекарей. Чисто теоретически, его можно будет использовать для борьбы с «Фебрис-12». На такое я готов потратить любые суммы.
— Я скину адрес и контактные данные поставщика вам в мессенджере, — сказал Кикуока Керо. — Но учтите, Кацураги-сан, вам придётся добираться до Хоккайдо. Поставщик живёт практического у самого мыса Соя.
Так и знал, что придётся ехать в наиболее отдалённый уголок Японии. Причём буквально. Мыс Соя — это самая северная точка страны. Не знаю, правда это или нет, но говорят, что в хорошую погоду с этого мыса можно увидеть берега Сахалина. Расстояние там всего лишь сорок три километра.
Сахалин, кстати, японцы называют Карафуто. В их истории есть упоминания о том, что Сахалин первым из японцев впервые изучил путешественник и исследователь Мамия Риндзо. В начале девятнадцатого века он подтвердил, что Сахалин является островом. Ранее японцы об этом ничего не знали.
Да.. Так близко к своей Родине за время проживания в Японии я ещё никогда не подбирался. Хотя пока не теряю надежды, что когда-нибудь мне удастся слетать в Россию и посмотреть, насколько сильно отличается она от той страны, в которой я жил в своём прошлом мире.
Но отличаться явно должна, если учесть, что я обитал в Российской Империи, а не в Федерации.
Как только разговор с Кикуокой Керо подошёл к концу, я тут же получил от него сообщение с точными координатами поставщика. В этот момент я уже сидел за своим ноутбуком и бронировал билеты на поезд. Можно было бы и на самолёте долететь, но я не хотел спешить расходовать слишком много денег.
Бюджет у меня сейчас приличный, но приходится постоянно рассчитывать огромное количество фактических и потенциальных трат. Моя клиника иногда сжирает больше, чем хотелось бы. Кроме того, меня могут в любой момент вызвать в другую страну, если там произойдёт вспышка «Фебрис-12». Так что я на всякий случай всегда держу при себе сумму на подобный чёрный день.
Да и артефакты, скорее всего, стоить будут недёшево. Однако, если их свойства окажутся именно такими, как я себе представил, я буду готов потратить все свои сбережения.
Всё это с головой окупится в будущем.
Если вдуматься, почти все свои доходы я трачу на клинику, артефакты и всё, что связано с медициной. Другую часть отдаю родителям, а мне остаётся лишь минимум.
Так уж меня приучил мой главный учитель из прошлого мира. Или, как бы его прозвали в Японии — сэнсэй.
Он жил крайне аскетично. Единственное, в чём он себе никогда не отказывал, так это в алкоголе. Очень чудной лекарь. Целенаправленно крушил свой организм и тратил уйму денег на выпивку, прикрываясь тем, что всё это — эксперимент. Правда, я подозреваю, что на самом деле никакого эксперимента не было, ему просто было лень проводить себе полноценное лечение алкоголизма.
Я взглянул на часы. Уже полночь. Если даже поставщик не спит, звонить в это время незнакомому человеку попросту неприлично. Поэтому я отправил ему сообщение с предупреждением о том, что уже завтра я выкачу к нему навстречу.
На следующее утро, готовясь к отъезду, я получил от него короткий ответ.
«Моё имя Нагитава Эйджи. Буду вас ждать. Позвоните, как доберётесь».
Сидя в зале ожидания на вокзале, я забрался в самые дебри интернета, пытаясь найти этого Нагитаву Эйджи. Логично предположить, что у него должен быть собственный магазин. Значит, в интернете точно можно найти рекламные объявления и информацию об этом Нагитаве.
Но — нет! Казалось, что этого человека вообще не существует. Никаких намёков на существование этого торговца. Может, не просто так Кикуока Керо зовёт его «поставщиком». Возможно, сам он не торгует, только передаёт свои артефакты другим людям. Тогда чем же он сам занимается? Откуда их берёт?
Можно предположить, что он — коллекционер. Но в таком случае не совсем ясно, зачем ему продавать артефакты. Такие люди, наоборот, сгребают всё барахло и закупаются у других торговцев. Но экспонаты своей коллекции никому не продают.