Страница 72 из 81
— Спасибо вам большое, что побыли моим оппонентом, доктор Рэйсэй, — сказал Игорь Щербаков. — Я многое извлёк из этого испытания.
Хирурги пожали друг другу руки и направились к нам — в комнату ожидания. Я заметил, как замялся Рэйсэй Масаши, когда Щербаков протянул ему руку. Японцы обычно рукопожатиями не обмениваются, однако в разговорах с иностранцами используют этот жест. Просто не всегда вспоминают об этой традиции, которая распространена почти во всём мире.
— Надо же.. — вздохнул Фукусима Ренджи. — Кажется, из клиники «Ямамото-Фарм» остались только вы, Кацураги-сан. Акихибэ-сан, Рэйсэй-сан и я выбыли.
— Не только из «Ямамото-Фарм», — сказал я, присмотревшись к экрану телевизора. — Похоже, я — последний японец. Терапевты из Осаки тоже выбыли из игры.
Я переключил внимание на Купера Уайта. В игре осталось всего два знакомых мне врача. Индиец Сидхарт Рам Рави и австралиец Купер Уайт.
Интересно, смогут ли они добраться до финала?
В комнату ожидания вошли Рэйсэй и Щербаков. Они оживлённо спорили о вопросах, которые ещё не успели друг другу задать. Хирурги были настолько увлечены общением, что даже не обратили на нас с Фукусимой внимания.
До чего же радостно мне было видеть, что Рэйсэй пришёл в себя. Если бы мы не разобрались с его лудоманией, этот этап мог закончиться скандалом. Но он спокойно принял своё поражение. С честью. На такое, даже не все здоровые люди способны.
Хотя чего уж там, даже Фукусима Ренджи смирился с тем, что ему пришлось выйти из игры в одном шаге от финала.
— Австралиец силён, — коротко подметил Фукусима. — Очень хитрый специалист. Он своего оппонента из Африки уже пять раз чуть не подловил. Но пока что всё равно не справился. Однако я ставлю на его победу. Он — очень способный врач.
— Согласен с вами, Фукусима-сан, — кивнул я. — Купер Уайт — ас.
Я ещё раз взглянул на Фукусиму и активировал «анализ», чтобы понять, что мой собеседник чувствует. И до чего же я был удивлён, осознав, что он абсолютно спокоен. И это после поражения? Непохоже на него.
— Фукусима-сан, а если не секрет, что вдруг изменилось? — решил прямо спросить я.
— Вы это о чём, Кацураги-сан?
— На корабле вы мне уверяли, что вас мучает жажда адреналина. И всю олимпиаду я видел тому подтверждение. Но сейчас вы как-то уж слишком резко успокоились, — отметил я.
— Сказать вам честно? — усмехнулся он. — Я спокоен, потому что понял: стоять у вас на пути нет смысла. Сомнёте. А другая причина.. Я тут осознал, что очень сильно боюсь гигантских пауков. И что-то мне больше не хочется испытывать ТАКОЙ адреналин.
— Спасибо за честный ответ, — рассмеялся я.
— О! — воскликнул Фукусима и указал пальцем на экран. — Взгляните, Кацураги-сан. Кажется, Купер застал африканца врасплох.
— Я всё прослушал. Что он спросил?
— Сначала оппонент спросил доктора Уайта, почему многие женщины убеждают врачей выбирать кесарево сечение, — сказал Фукусима.
— Купер достал акушерство и гинекологию? — удивился я.
— Нет, психиатрию, — объяснил Фукусима. — И доктор Уайт дал правильный ответ. Токофобия — боязнь родов. А вот африканец, судя по всему, достал инфекционные болезни.
А в них-то Купер разбирается, возможно, лучше всех присутствующих.
— Давайте я повторю свой вопрос, — услышал я голос Купера Уайта из динамиков телевизора. — Какое инфекционное заболевание распространяют броненосцы на территории США?
— Думаю.. — запнулся африканский врач. — Бешенство.
— Он ошибся! — заметил я.
— Разве? — удивился Фукусима Ренджи. — А какой правильный ответ?
— Лепра. Проказа, — одновременно произнесли мы с Купером Уайтом.
— Да уж.. — усмехнулся Фукусима. — Век живи — век учись.
Эту пословицу Фукусима произнёс на японский лад, но мой мозг автоматически перевёл её на более ясную русскому уму формулировку.
Купер Уайт победил. Прошёл в финал, как и я.
Через пару минут австралиец появился в зале ожидания и тут же подошёл ко мне.
— Доктор Кацураги, я всё пропустил, — тяжело дыша, сказал он. — Вам удалось? Прошли?
Фукусима Ренджи учтиво оставил нас наедине.
— Прошёл, Купер, — улыбнулся я. — Как, вижу, и ты. Правда, задать вопрос про броненосца из Техаса.. Это уж слишком жестоко!
— А что мне оставалось делать? Мой противник прекрасно ориентировался во всех инфекциях! Пришлось зайти с козырей, — ответил Купер. — Кто-то ещё из ваших знакомых смог пройти на пятый этап?
— Только русский хирург, — сказал я. — Рэйсэй Масаши вышел из игры. Но, как видите, ещё не все игроки закончили. Из девяти столов один всё ещё занят.
Однако, как только мы перевели взгляд на экран, чтобы понаблюдать за игрой Сидхарта Рам Рави, четвёртый этап уже подошёл к концу.
И Сидхарт не справился. Его оппонент — немецкий анестезиолог — задал индийцу вопрос о метастазах, которые попадают в сердце. Видимо, индиец вытащил карточку с «онкологией».
Я знал ответ на этот вопрос. Сердце метастазами повреждается нечасто. Куда реже других органов. Правда, ответ на этот вопрос никто толком дать не может. Но немец спросил Сидхарта не об этом. А о том, откуда чаще всего туда попадают метастазы.
И правильным ответом было бы: желудок, лёгкие и молочная железа. Онкология этих органов чаще всего даёт метастазы в сердце, в сравнении с другими злокачественными образованиями.
— Вот и всё, — заключил Купер Уайт. — Четвёртый этап закончен. Мы вышли в финал, Тендо. Возможно, скоро нам удастся понять, зачем все эти испытания.
— Уж точно не из-за какой-нибудь грамоты, — усмехнулся я.
В комнату отдыха вошёл один из организаторов. Тот самый судья, который курировал наше с Фукусимой состязание. Австралиец Герберт Леджер.
— Уважаемые коллеги, — улыбнулся он. — От лица «ВОЗ» хочу поздравить всех присутствующих. И победителей, и проигравших. Все вы показали отличный результат. Однако в финал прошли только девять человек. И я прошу остаться в комнате только победивших. Остальные могут быть свободны. К слову, сейчас ваши коллеги читают лекции о новых методах лечения онкологии. Можете пройти в аудиторию, уверен, вам будет интересно узнать о современных химиотерапевтических препаратах.
В итоге в зале осталось лишь девять человек. Я, Купер Уайт, Игорь Щербаков, и ещё шесть участников, с которыми мне пересекаться не приходилось.