Страница 14 из 80
Цыганки заметили мой остановившийся на джинсах взгляд.
— Мы знаем о долге, который бременем лежал на Заре, — сказала старшая цыганка. — И о том, что ты сделал для нашего рода. Клянусь предками, мы не отречёмся от него.
— Хорошо, — сказал я, даже и не собираясь вдруг становиться джентльменом. — Раз вы принимаете свой долг, я помогу вам. Несите светильники.
Ничего нести было не надо. Каждая вынула «светильник» и свечу из своих юбочных карманов.
— О, как! Там и карманы есть⁈ — удивился я не весть чему, словно для меня это было открытием. Там, в этих складках чего только не было. Можно было найти и нож, и пистолет. А может быть и АКСУ… Хе-хе… Если хорошенько пошарить, да-а-а…
— Эх! Жалко Зару, — вздохнул я, и оказалось, что произнёс я эти слова вслух.
Цыганки остановились.
— За такие слова особое тебе спасибо, — сказала старшая ведьма. — Редко кто такое скажет о нашей товарке. От сердца слова твои.
— Да, пожалуйста, — подумал я. — Только, хм, кого же я встречу на площади у тридцать шестого причала?
Цыганки расставили светильники, мы с цыганкой вошли в круг, и она прочитала свои заклинания. Ведьмин круг активизировался. Святилище приняло его. Цыганки едва не закружили меня в хороводе, но я обратил внимание, как тело Зары в новом круге изменилось. Она не выглядела сейчас, как живой.
— Чёрт! Как паночка в «Вие», — подумал я, вспомнив, как актриса Варлей превратилась в страшную старуху.
Тут такого превращения не произошло, но Зара вдруг превратилась в обычный труп.
Цыганки проследив мой взгляд «закудахтали», переложили ей руки, по христианско-православному обычаю и аккуратно, но настойчиво, вытолкали меня из святилища и закрыли дверь.
— Что? — спросила меня Ирина, неожиданно для меня закуривая.
— Ничего, — сказал я. — Умерла, как умерла. А ты, что это закурила?
— Хм! — хмыкнула она. — Закуришь тут, когда полковое знамя…
Она не закончила поговорку, но я её понял.
— Выпить не хочешь? — спросила она.
— Хм! Почему же не выпить с красивой девушкой! — сказал я, думая, где бы помыть руки?
— Ха! — выдохнула Ирина и закашлялась. — Ну, кхе-кхе, ты и, кхе-кхе, хам.
— Это тебе, хе-хе-хе, за «наследил», — сказал я.
— Тогда поехали к тебе? — спросила Ирина Юрьевна.
— Куда это, ко мне? — удивился я.
— Ну, как? В твой дом. В здешний.
— В смысле⁈ — не понял я. — Я же его, вроде как, государству передал.
— Э-э-э… Переда, не передал… Заявление от тебя было, но его решили не… М-м-м… Короче, дом так и находится в твоей собственности. Такое можно по закону. Прописан ты во Владивостоке, а собственность у тебя может быть хоть на Луне. Вдруг у тебя куча родственников, передавших тебе наследство.
— Не-не-не. Не путай меня. В личной собственности больше одного дома иметь в СССР не положено. Я интересовался. Остальные дома я должен был бы продать или подарить.
— Да? Не-е-е-т… Там есть что-то ещё… Мне тоже объясняли. Но… Во Владивостоке у тебя квартира не в личной собственности, а в социальном найме. Ток что… Короче! Приглашаешь девушку к себе, или мне начинать обижаться?
Я посмотрел на Ирину, улыбнулся и подумал, что жаль, нельзя жениться на ней. Что-то во моём взгляде Ирину насторожило.
— Ты, это… Только не подумай, что я напрашиваюсь, — проговорила она осторожно. — Просто, действительно, выпить вдруг захотелось. Я ведь надеялась, что ты Зару, м-м-м-м, вытащишь.
Она вздохнула. Я тоже вздохнул. Зару было, действительно, жалко. Но лица тех, кто её убил, высосав силу, я запомнил. А ещё я понял, что здесь есть и такие, хм, умельцы, да-а-а…
— Дом, милый дом, — сказал я себе мысленно, когда увидел свой дом.
— Хм! А он мне, и вправду, мил, — продолжил мысль я.
— А я думал, чего это вы задерживаете пересылку моих вещей? — сказал я.
— Каких вещей? — спросила Ирина, хитро глядя на меня.
— Вино-водочных, — хмыкнув, сказал я. — Там у нас не очень с хорошим алкоголем.
— Ты стал пить?
— Я и не прекращал, — сказал я. — Шучу. Друзья-подруги. Новая квартира… Новоселье…
Дом, оставаясь «умным», сам себя слегка обогревал за счёт электрических батарей, которые я сразу выставил на максимум. Для человека жилище было прохладным. Десять градусов всего… Поэтому, мы с Ириной решили не снимать верхнюю одежду и начали с коньяка, который долго грели в ладонях.
Удивительно, но я сожалел о том, что, скорее всего назад в свою «ту жизнь» ужеточно не вернусь. А ведь Зара обещала разобраться. Я не говорил ей, что уже не хочу никуда возвращаться. Что мне уже и здесь хорошо. Может даже и с Ларисой что-то получится. Хм… Не что-то, а должно получится то, что надо и не иначе. Иначе нам удачи не видать, а значит, нефиг человека мучить.
— Ладно! — наконец-то сказала Ирина. — За помин души, как говорится. Не чокаясь.
Мы выпили.
— А что там с моей академкой? — спросил я.
— Какой академкой? — вскинула на меня взгляд Ирина. — Ах! Академкой⁈ Да, какая тебе академка? Я и не пересылала ничего. Ты уже неделю, как учиться был должен. Ох и напугал ты нас этим вертолётом!
Ирина покрутила головой.
— Тут Зара, там ты, непонятно куда исчез. Думали, что они тебя за борт выкинули. Но Сергей бы, точно, не дал. У него было задание привезти тебя живым обязательно.
— Кому привезти?
— Ну, как кому? Тем, кто эту всю кашу и заварил. Мы покололи его, и он согласился работать на нас.
У меня дрогнуло сердце.
— Так, он был вашим? — настороженно спросил я. — Тогда я, что, своего, м-м-м, того…
— Не-е-е… Нашим он не был, — покрутила головой Ирина. — Его бы всё равно судили… У него «пожизненное» — минимум. Они столько людей в тайге закопали. Мы взяли всех. Не опасайся никого.
— А тех, кто Зару убил? — спросил я недоверчиво.
— И их, — кивнув, сказала Ирина. — Но им инкриминировать нечего. Отпустят скоро.
— Дашь мне с ними пообщаться? — осторожно спросил я.
Ирина глянула на меня одним левым глазом и улыбнулась той же стороной лица.
— Хочешь поквитаться?
— Никто ничего не поймёт, — сказал я. — И не сразу они, э-э-э, того-этого…
— От того, что они так умрут, Миша, толку не будет. Я, например удовлетворения не получу.
— Ты жаждешь удовлетворения? — несколько удивился я.
— Морального удовлетворения, — сказала она и уточнила. — Мести.
— Я это и имел в виду, и здесь наши желания совпадают.
— Надо выжечь всё их тамплиерское гнездо, — зло процедила сквозь зубы Ирина.
— Какое гнездо? — не понял я.