Страница 29 из 76
Ямамото Ватару сидел за столиком около окна. Он оказался куда моложе, чем я ожидал. Разительно моложе. На вид ему было лет тридцать — тридцать пять, но уж точно не больше. И это при том, что его отцу Ямамото Мифунэ в августе стукнуло восемьдесят лет.
Да и на генерального директора Ямамото Ватару походил очень уж отдалённо. Длинные волосы, совсем не подходящие даже рядовому сотруднику корпорации; яркий малиновый костюм вместо классического смокинга или любого другого аналога корпоративной формы.
Новый генеральный директор «Ямамото-Фарм» больше напоминал голливудского актёра, но уж точно никак не одного из самых влиятельных фармакологов на Земле.
— Кацураги-сан! Акихибэ-сан! — он поднялся с кожаного диванчика и улыбнулся нам, прищурив глаза. — Очень рад вас видеть! Присаживайтесь, пожалуйста.
Он указал нам на диван, что располагался напротив него. Прежде чем присесть, Акихибэ Шотаро низко поклонился генеральному директору. Хоть я и не горел желанием делать то же самое, но показать более сдержанный поклон не мог. Тогда бы я показал, что считаю себя выше, чем главный врач. Японский этикет сложен для понимания не только русскому уму, но и любому жителю запада. Как говорится: «Восток — дело тонкое».
И смысл этой фразы я начал понимать только после перерождения в Японии.
Ямамото Ватару поклонился после нас и вернулся на своё место.
Мы присели напротив Ямамото Ватару. Генеральный директор произнёс:
— Прежде чем начнём разговор, прошу, давайте закажем что-нибудь. Лично я умираю от голода уже сутки напролёт. Новый пост вытягивает из меня все соки.
Ох и зря же он это говорит.. Я бы на его месте не стал выставлять напоказ эту слабость. Хотя есть вероятность, что это вовсе не слабость, а очень хитрый стратегический ход. Может быть, Ямамото Ватару хочет показаться слабым и легкомысленным для того, что одурманить потенциальных конкурентов или прямых врагов. Хоть я и не поддерживаю такие методы, не стану спорить, что действуют они очень эффективно.
Я открыл меню и пролистал несколько страниц. Цены были просто невероятные. Одно блюдо могло стоить от пятидесяти до ста тысяч иен. Практически, как сумма моей арендной платы в прошлой квартире. Переводя на привычные русские рубли, в этом ресторане мне предлагали отведать мясо за тридцать или пятьдесят тысяч рублей.
Чёрт меня раздери! Будучи врачом, я готов поклясться, что нашему организму достаточно качественных деревенских продуктов, которые можно купить, грубо говоря, за копейки. К чему такие суммы? Только ради того, чтобы показать свою статусность? Оценить, что может дать тебе роскошь?
Я никогда не верил, что такая пустая трата денег может на что-то повлиять. Но ради эксперимента всё же решил заказать якинику — мясо на гриле. Заплатить за это блюдо придётся около шестидесяти тысяч иен, но моя нынешняя зарплата могла мне позволить рискнуть и испробовать, что предложат мне в одном из самых дорогих ресторанов Токио.
Блюдо принесли очень быстро. Причём в Японии было положено подавать на стол вместе с портативным грилем. То есть посетитель мог контролировать процесс готовки и выбрать для себя наиболее приятную степень поджарки.
Так же эта черта японской кухни могла позволить поддерживать еду горячей, пока компания беседует и не спешит доедать оставшуюся пищу.
— Итак, — улыбнулся Ямамото Ватару. — Во-первых, я хотел бы поблагодарить вас обоих, что согласились поужинать со мной. Для меня это очень важно.
Мы с Акихибэ Шотаро сдержанно кивнули.
— Могу предположить, что вы сейчас недоумеваете, Кацураги-сан, — рассмеялся он. — Думаете — что же этому парню от меня надо, верно?
Он и общался совсем не как генеральный директор крупной корпорации. Что ж, это — его дело. Я продолжу общаться, как того подобает ситуация.
— У меня много вопросов, Ямамото-сан, — сказал я. — И главный вопрос — это тема, о которой вы хотите поговорить со мной лично.
— Ага! — воскликнул он, взмахнув палочками чуть ли не перед моим лицом. — Я безумно рад, что смог вас заинтриговать! Что ж, Кацураги-сан, я никак не мог проигнорировать вас и не позвать на этот ужин. Вы выявили ошибки в моём препарате. Вы ведь тот самый терапевт, который расписал разрушительный отчёт по «Онкокура», верно?
— Я бы не назвал его разрушительным, — ответил я. — Моим долгом было изложить то, как работает препарат — и я это сделал. Надеюсь, вы не сочли это личным оскорблением, Ямамото-сан? Ведь вы тоже работали над «Онкокура», насколько мне известно?
Я прекрасно понимал, что Ямамото Ватару к «Онкокура» даже не притрагивался. Права на этот препарат выкупил его отец. Над самим веществом трудилась семья Канамори, Эитиро Кагами и группа вирусологов.
— Я ничуть не оскорблён, Кацураги-сан, — ответил он. — Как раз наоборот. Я понял, что вы — один из тех специалистов, с которым стоит познакомиться поближе. Не подумайте, я не хочу заручиться вашим влиянием для того, чтобы в дальнейшем вы подделывали документы, как этого желал Ягами Тэцуро. Нет!
Ватару выдержал паузу, отпил из фужера, а затем продолжил разговор.
— Вы — один из тех врачей, которые выполняют свою работу крайне добросовестно, а потому имеют мощный авторитет, — добавил Ямамото Ватару. — Именно поэтому я хотел бы, чтобы вы лично занялись проектом глобальной вакцинации!
— Я уже начал готовить план, Ямамото-сан, — пожал плечами я. — Ничего сложного в нём нет, если вы сможете убедить директоров этажей и остальных сотрудников корпорации, что вакцинация необходима для увеличения сил иммунитета.
Ямамото Ватару хитро улыбнулся и откинулся на спинку дивана.
— Кацураги-сан, я вижу, что вы меня совсем не поняли.
Мы с Акихибэ Шотаро переглянулись. Главный врач почти не участвовал в этом разговоре, а потому был в полном недоумении оттого, куда нас вёл генеральный директор.
— Ох, но всё же мне не хочется рассказывать вам об этом слишком рано, — рассмеялся он. — Позвольте ещё подержать интригу. Иначе весь смысл этого вечера быстро испарится.
Он точно — игрок театра или кино. Ватару совсем не похож на своего консервативного строго отца.
— Хорошо, Ямамото-сан, тогда я задам тему для разговора, если Акихибэ-сан не станет возражать, — произнёс я.
— Конечно! — почти в один голос воскликнули Ямамото и Акихибэ.
— Мы с Акихибэ-саном обсуждали важность реабилитации, Ямамото-сан, — начал я. — Мы подумываем открыть новое отделение в нашей клинике. Верно, Акихибэ-сан?
— Да, это так, — кивнул главный врач.