Страница 39 из 77
— Панацея, — закончил его мысль я. — Я думал о том же, Куренай-сан. Лекарство от всех болезней.
— Кацураги-сан, задумайтесь, какие побочки могут быть у этого препарата. Что, если он заблокирует деление не только опухолевых клеток, но и здоровых? Или вызовет мутации ДНК в совершенно непредсказуемых участках. Мы совершаем преступление. Эти испытания.. Они должны были предоставить нам больше информации.
— Мы можем потребовать, чтобы они выдали терапевтам механизм действия, — предложил я. — Это единственное, что мы можем сделать. Я попрошу Кондо Кагари, чтобы он поддержал нас в этом запросе. Принесём главному врачу заявление с нашими подписями.
— Да, хорошая идея, Кацураги-сан, — кивнул Куренай Цукаса, и, не попрощавшись, прошёл мимо меня.
Мужчина не вписался в дверной проём, ударился боком о косяк, после чего, пошатываясь, пошагал дальше. Похоже, он уже не на шутку довёл себя переживаниями об этих исследованиях. И я могу его понять. «Онкокура» — это огромная загадка. И она может таить в себе как спасение для всего мира, так и колоссальную опасность.
Я решил временно отстраниться от этих мыслей и прошёл в терапевтическое отделение. Накадзима Хидеки уже стоял в коридоре. Старик встретил меня с хитрой ухмылкой.
— Готовы, Кацураги-сан? — спросил он.
— Разумеется, — кивнул я.
— Тогда приступим к экзамену. Если пройдёте — в ближайшее время вас вызовут в «Хиджиката-Медикал» для окончательной аттестации. Но учтите, у вас всего одна попытка. Я не дам вам поблажек, даже несмотря на то, что глубоко вас уважаю.
— Мне не нужны поблажки, — ответил я. — Я уверен в своих силах.
— Тогда приступим, — улыбнулся он и повёл меня в первую палату.