Придурок

Накинул на себя зимнее пальто и выбежал во двор. Там стояла моя Волга. Моя ласточка. Подошел, открыл багажник. Стал вынимать коробки с салютами. Вокруг ставил «факела» с «римскими свечами». Все контрольное время! пора зажигать, скоро выйдут девчата. Я стал поджигать «римские свечи» и подпалил бикфордов шнур, что вел к коробкам с салютом.

— Парень, огоньку не найдется? — спросил меня запоздалый прохожий.

— С наступающим! конечно друг!

Я подошел к мужчине, благо коробок спичек ценой всего в 1 копейку, вот такие вот у нас цены в СССР был у меня в руках. Зажег спичку и сложил руки «домиком» дабы спичка оказалась в ладонях и не затухла на ветру. Мужчина наклонился, дабы прикурить. Мир вокруг меня покачнулся и исчез…

Маленькая интерлюдия

Большая дружная компания студентов, где доминировали в основном девушки, парней было лишь треть вывалилась с шутками и смехом из подъезда. Это была сама молодость, бурлящая силой и жизнью. Они осмотрели двор в поисках самого доброго и самого лучшего комсорга на свете. Какой интересно будет сюрприз и почему нужно бежать на улицу с шампанским? Разве плохо пить в тепле и уюте в огромной пятикомнатной квартире? Их внимание привлек хлопок взрыва. Вылетела первая ракета, затем хлопки следовали один за другим. Ребята из комсомольцев, что делали салют постаралась на славу. Ракеты взмывали в воздух и там рассыпались причудливыми искрами освещая все вокруг. Раздались крики ликования.

— УРА!

— С НОВЫМ 1979 ГОДОМ ТОВАРИЩИ!

Как-то резко и вдруг смех и крики прервались. От места откуда вылетали ракеты, прямо по белоснежному снегу тянулся след алой крови. Студенты проследили путь. В тени деревьев, что были посажены для озеленения двора. Дабы самой своей жизнью дарить радость и прохладу детям в летний знойный день лежал молодой парень. Он каким-то чудом прополз полдвора. Будто верный пес, что израненным ползет к своему хозяину, дабы тот помог, облегчил его боль. Похоже силы все же оставили парня. Что не мудрено, если судить по кровавому следу на снегу, он потерял очень много крови. Когда взрывы гасли на секунду, парня было не видно в темноте под деревьями. Как только взрывались новые ракеты, можно было отчетливо рассмотреть. Он явно устал ползти и перевернулся на спину. Пальто расстегнуто, а белоснежная рубашка вся в крови. На лице застыла улыбка. Только это если не знать их комсорга, а это был именно он. Это была совсем не улыбка. Волчий оскал, что бывает перед броском, когда Василий Иванович уже задумал, вцепится в горло победить или умереть в схватке. Горе тому, кто подумает, что молодой комсомольский вожак улыбается. Как подумал председатель колхоза из нацистов. Как подумала старая нацистка бабка Лайза.

От автора, возможно это последняя глава истории Василия Ивановича. Решать читателям.