Придурок

— Васька вернулся!

— Не поступил!

— Ну и балбес!

Причем я им слова не сказал. Сами увидели, сами решили, сами обозвали, показали язык и сбежали. Впрочем спорить с детьми? Вот еще не хватало. Зашел домой, бабушка сидела за столом на мягком стуле и слушала радиоприемник. Оглянулась увидела меня и по ее щеке пробежала слеза счастья.

— Васенька… вернулся.

— Я тебя люблю ба… — сглотнул комок в горле.

— Поступил? — задала она вопрос утирая слезу.

— Конечно бабуль, разве я могу тебя подвести? Да я для тебя…

— Знаю Вася, знаю. Не надо мне ничего, главное, чтобы у тебя все благополучно сложилось.

— Ба я гостинцы привез.

— Да не надо было Вась…

Я же стал выкладывать дары столицы Латвии. Бабушка охала и ахала, удивлялась и радовалась. Концовка же меня почти рассмешила. Когда я все вынул и показал… Бабушка как-то растеряно на меня посмотрела и сказала.

— А хлеб-то Вась? Ты хлеб не купил.

— Ба, да это я мигом. Одна нога здесь, другая там. — уже выбегая в дверях услышал.

— Куды ты неугомонный.

Жизнь начала входить в свою привычную колею. Впрочем уважения в колхозе ко мне прибавилось. Хотя доходило до анекдота. Я не считал нужным скрывать, что поступил учиться «на женскую специальность» поваром. Однако решил отблагодарить свою родную школу. Потому привез первую в СССР игровую телевизионную приставку «Турнир» и подарил ее в ленинскую комнату. Помог подключить и настроить. Впрочем там ничего мудреного не было. Однако именно появление приставки еще на одну ступеньку подняло мою репутацию в колхозе. Бабушки-старушки из колхозных сплетниц посидели, посудили и порядили. Затем пришли к выводу, что Васька брешет. Ну никак он МУЖИК не мог поступить учится на бабскую-то профессию.

Какую-то приблуду для телевизора привез, сам подключил и настроил. Сразу видно на телемастера поступил. Теперь деньгу будет лопатой грести. Где и в чем логика я если честно говоря и не понял. Даже поступи я реально учиться на телемастера. Только-только бы сдал вступительные экзамены. Потому никаких практических навыков по ремонту телевизоров точно приобрести бы не мог. Однако сельская молва сильнее правды. Мою бабульку теперь часто доставали ее сверстницы.

— Нюрк, а Нюрк, ну скажи, твой-то на телемастера поступил учиться?

— На повара, сколько разов ужо говорить можно? — устало отвечала бабушка.

— Да мы никому не скажем. Ты по секрету скажи на мастера?

— Нет… — устало вздыхала бабуля.

— Ну все с тобой ясно. Тоже мне подруга называется.

И старушки понимающе переглядывались между собой. Вот и дари родной школе после этого подарки. Потом же узнают, ну если узнают, что учусь на повара. Хрен докажешь, что не я это говорил, а они сами так решили…