Страница 2 из 71
Впрочем, он бы и не смог: за нами еще толпа народу и все хотят не только отметить своего ребенка, но и получить автограф или фотографию с живой легендой.
Даня убегает к другим детям на поле и стоит там в сторонке, не решаясь даже попросить у них мяч.
Но и ко мне не идет. Наверное, боится, что я заберу его домой.
А я бы забрала.
Если бы могла.
Начинается тренировка: ее ведет Ардовский и еще какой-то молодой парень. Родители сидят на трибунах и внимательно смотрят. Многие хотели подойти поближе, но нам сказали, что нельзя: дети будут на нас отвлекаться.
Я тоже, как и все, слежу за своим малышом: смотрю, как он старательно выполняет упражнения с мячом, как бегает наперегонки с другими ребятами и внимательно слушает тренера.
Ардовского.
Чертов Ардовский!
Я бы очень хотела на него не смотреть, но не получается. Этот мудак как назло все время рядом с Даней. Показывает ему, как бить по мячу, улыбается и даже несколько раз одобрительно кивает и треплет его по голове, ероша светлые волосы.
Внутри все судорожно сжимается, особенно когда мой малыш сияет широкой улыбкой и смотрит на Ардовского, как на бога.
Ардовский не имеет никакого права трогать моего ребенка! И мне плевать, что он сейчас его тренер.
Пусть этот мудак держится подальше от Дани. Он к нему не имеет никакого отношения.
Я с трудом успокаиваю дыхание и снова перевожу взгляд на поле.
Там завершается разминка и упражнения, теперь детей делят на несколько команд, и все они по очереди играют в футбол друг с другом. Я мало что понимаю в этой игре, но даже мне очевидно, что Даня на поле… бесполезен.
Он стоит столбом среди других играющих и даже не пытается куда-то бежать. Остальные мальчишки толкаются, почти дерутся друг с другом за мяч, но только не мой сын. Он топчется в сторонке. А когда один раз мяч летит прямо к нему, Даня не бежит с ним к воротам, а просто передает другому игроку.
Выглядит так, как будто он пытается поскорее от этого мяча избавиться.
И вообще я бы сказала, что Дане очень некомфортно тут.
Мне правда жаль, что мечта моего сына разбилась о реальность, но это чувство перекрывается диким облегчением.
Все. Больше никакого футбола в нашей жизни.
Я родила умного, тонко чувствующего мальчика, и он не создан для этой тупой игры. Точка.
И даже если сам Даня думает иначе, не страшно. В любом случае после этой пробной тренировки в команду его не возьмут. Готова спорить на что угодно.
Звучит резкий свисток: игра окончена.
Тренировка тоже.
Пока дети под руководством второго тренера собирают с поля мячи и цветные конусы, Ардовский выходит с поля и направляется к нам. К родителям.
— Боже, какой же он красавчик, — восхищенно бормочет какая-то мама рядом со мной. — Интересно, он свободен?
— Он женат, — возражает вторая. — На модели. Тая Левина, кажется.
— Глазастая такая?
— Да. У нее еще волосы такие длинные.
Женщина огорченно вздыхает, продолжая облизывать взглядом приближающегося Ардовского.
Восемь лет назад он был худым, хоть и сильным. Легко поднимал меня на руки.
Сейчас же вся его фигура сплошные мышцы.
И лицо все такое же красивое: темные волосы, волной падающие на лоб, ровный нос, яркие карие глаза и чувственная линия губ.
Но во мне это не вызывает никаких эмоций. Никаких. Все давно отболело.
Единственное, что я хочу — взять Даню и уйти. Оказаться подальше отсюда. От поля, от футбола, от Ардовского, который стоит тут с таким видом, как будто он король всего мира.
— Спасибо всем, кто сегодня пришел, у вас отличные пацаны, — говорит Ардовский, обращаясь к родителям. — Жаль, что мы не можем взять всех. Реально жаль. Но мест в команде только двадцать.
Он зачитывает фамилии тех, кто прошел. Я слушаю вполуха, потому что уверена: Дани там нет. Даже мне было видно, что у него не получается.
— … Викторов Александр, Ильин Ярослав, Кроховский Максим, Лашин Егор, Лебедев Данил..
Данил?!
Я вскакиваю и растерянно смотрю на Ардовского.
Он тоже смотрит на меня, пока дочитывает оставшиеся несколько фамилий. На его красивых губах играет мягкая усмешка.
Моя растерянность медленно переплавляется в ярость.
Он специально это сделал! Специально — чтобы поиздеваться надо мной и над Даней!
Счастливые родители, прошедшие отбор, бегут к своим детям, чтобы сообщить им хорошие новости, остальные медленно покидают трибуны и стадион, и только я все стою, застыв на месте как столб и сжав руки в кулаки.
А Вадим Ардовский неторопливо направляется в мою сторону, поднимаясь по ступенькам трибуны.