Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 219 из 1396

Нанао не думает, что есть хотя бы малейший шанс, что его возня с замком может привести к правильной комбинации. «Никто бы не сумел случайно набрать верную комбинацию, и я — в последнюю очередь, с моей-то удачливостью». Но он совсем забыл про закон Мерфи: проверка случайных комбинаций не разблокирует замок, только если ты не хочешь, чтобы замок не открывался.

Чемодан распахивается.

Из-за того, что Нанао слишком резко поворачивал колесики, едва они встают в правильное положение, как крышка чемодана буквально отлетает, и из него извергается лавина женского белья.

Безбровый подручный Минэгиси застывает, как и другие парни в костюмах, бритый налысо мужчина и двое борцов. Неожиданное зрелище не укладывается у них в головах. Но они, по крайней мере, сразу понимают, что этот чемодан, полный нижнего белья, принадлежит не Минэгиси.

Даже Мандарин выглядит ошеломленным. Относительное спокойствие сохраняет только Нанао. Он уже давно привык к таким внезапным ударам судьбы. Он, конечно, немного удивлен, но в большей степени его чувства могут быть описаны удрученным «ну вот, опять», или лучше — «я так и знал». Нанао вскакивает с платформы и запрыгивает в поезд, Мандарин бросается за ним. Едва они оказываются в тамбуре, как дверь за их спинами закрывается, и синкансэн начинает движение.

В окне они видят, как безбровый мужчина в костюме подносит к уху телефон.

— Ну вот, — говорит Нанао, глядя на Мандарина, который с силой выдыхает. — Что нам теперь делать?

Синкансэн постепенно набирает скорость, не обращая никакого внимания на учиненный ими беспорядок на платформе и на их взволнованное состояние.

— Зачем ты открыл чемодан? — Мандарин смотрит на него с недоверием. Возможно, он думает, что у Нанао был в голове какой-то план и он что-то замышляет, но по его холодному взгляду и смертельно бледному лицу трудно что-либо прочесть.

— Мне просто показалось, что будет более убедительно, если я попробую открыть замок.

— Ты думал, что это будет убедительно?

— Если б я не смог набрать правильную комбинацию, они мне поверили бы.

— Но ты смог набрать правильную комбинацию.

— Так само получилось. Наверное, я просто везучий… — Нанао усмехается своей шутке. — Ну что ж, теперь они, наверное, подозревают, что что-то не так. По меньшей мере — что чемодан поддельный.

— Это вне всяких сомнений. С того момента как мы покинули Омия, градус доверия к нам начал падать. Сейчас он падает стремительно.

— Но поезд не останавливается до Мориока, так что сейчас мы в безопасности, — замечает Нанао. Он пытается отыскать луч надежды в окружающем их мраке, и хотя знает, что эта надежда иллюзорна, все равно отчаянно цепляется за нее.

— Лимон сказал бы то же самое. — Едва он произносит эти слова, как тотчас добавляет: — Кстати, где Лимон? — Оглядывается и показывает пальцем на стоящего в тамбуре школьника. — Эй ты, ты сказал, что Лимон пошел в сторону задних вагонов.

«Он все еще здесь?» — удивленно думает Нанао. Мальчик все это время слушал его и Мандарина и был свидетелем того, что только что случилось на платформе в Сэндае. Он должен понимать, что происходит что-то опасное, — но не убегает и не сообщает никому из взрослых. Кажется, он просто крутится возле них. «Где его родители?» Мальчик выглядит как опрятный, хорошо воспитанный школьник, но, возможно, у него есть какая-то подростковая беспокойность, из-за которой он испытывает тягу ко всему неправильному. Нанао пытается представить себе, что бы это могло быть. Или, может, ребенок просто хочет похвастаться своим друзьям безумными вещами, которые он видел в поездке на синкансэне?

— Да, — мальчик кивает. — Ваш друг побежал туда, — он показывает в сторону шестого вагона, — как будто что-то забыл.

— Может быть, он вышел в Сэндае? — говорит Нанао первое, что приходит ему на ум.

— Зачем бы он стал это делать?

— Я не знаю, может быть, ему все это надоело и он решил выйти из игры?

— Он бы так никогда не поступил, — тихо отвечает Мандарин. — Он хочет быть полезным поездом.

— Дедуля, с которым я ехал, тоже пропал, — говорит школьник, по очереди переводя взгляд на Нанао и на Мандарина. — Что здесь происходит?

Мальчик похож на старосту класса или капитана команды, оценивающего настроение группы, прежде чем отдавать распоряжения и делегировать ответственность.

— А, и еще… — Он слегка поднимает руку, привлекая их внимание.

— Что еще?

— Насчет того, что вы сказали минуту назад: следующая остановка не Мориока.

«Что?!» Услышав это, Нанао едва не вскрикивает.

— А какая следующая остановка?

— Итиносэки. Мы будем там примерно через двадцать минут. Потом Мидзусава-Эсаси, потом Син-Ханамаки, и только потом Мориока.

— Я думал, что «Хаятэ» едет напрямую из Сэндая в Мориока.

— Не все из них. Этот поезд как раз один из тех, которые останавливаются на промежуточных станциях.

— Вот как… — Судя по всему, на Мандарина это произвело такое же впечатление, как на Нанао.

Телефон Нанао начинает звонить, и он достает его из кармана.

— Ответь — это, должно быть, твоя Мария-сама[102], — тотчас говорит Мандарин.

Нет никаких причин не отвечать на вызов.

— Могу предположить, что ты не вышел в Сэндае, — раздается из трубки голос Марии.

— Откуда ты знаешь?

— Важнее другое — ты в порядке? Я беспокоилась, что Мандарин и Лимон могли до тебя добраться.

— Я сейчас с Мандарином. Ты хочешь с ним поговорить? — Это звучит как самоуничижительная шутка.

Мария не отвечает. Должно быть, она очень волнуется.

— Они поймали тебя?

— Нет, нет. Мы пытаемся помочь друг другу выбраться. — Говоря это, вопросительно смотрит на Мандарина; тот пожимает плечами. — Я сделал, как ты сказала, и отдал им чемодан.

— Я сказала прибегнуть к этому как к крайней мере.

— Сейчас как раз время самых крайних из крайних мер.

Мария снова молчит. В тишине звонит телефон Мандарина, и тот отступает в сторону, чтобы ответить. Школьник предоставлен самому себе, но он не уходит обратно на свое место. Он просто стоит там, наблюдая за двумя мужчинами.

— Какая следующая остановка?

— Мария, а ты знала, что это не Мориока? Это Итиносэки.

— Тогда именно там ты должен сойти. Забудь об этом чемодане. Просто выбирайся оттуда. Этот поезд, должно быть, проклят. Слишком опасно! Беги и не оглядывайся.