Остров рома

Глава 13

Следующее утро мы провели в праздности, которую я позволил себе намеренно, потому что понимал, что уже завтра мне предстоит полностью погрузиться в дела. Мне нужны были союзники, и одним Батистой тут было не обойтись. Мелкие плантаторы, с которыми я вел дела, в любом случае меня поддержат — это и так было понятно. Но нужен был кто-то крупный и богатый.

И кандидатура тут была одна. Тот же человек, чьи сыновья рано или поздно устроили бы революцию, но уже социалистическую. Кастро. И так я убивал сразу двух зайцев — во-первых, выводил его в ряд своих союзников, а во-вторых, должен был обезопасить себя на случай будущей революции. Если отец братьев Кастро будет у власти на Кубе, то его сыновья против него не пройдут.

К тому же я собирался менять условия. Я собирался сделать так, чтобы обычным людям жилось хорошо, в том числе за счет расширения бизнеса с США и с другими странами. А то сейчас Куба воспринимается просто как придаток, место, где можно купить дешевый сахар. Мои же инвестиции помогут сделать ее действительно привлекательной для туризма и бизнеса. Будет такой тропический рай.

А там, как сухой закон снимут, выбью для себя у Рузвельта льготы по импорту сигар и рома, выкуплю еще плантаций, и людям станет еще легче.

Утром мы прогулялись по саду поместья, где Гэй показала мне цветы, которые она приказала высадить в наш прошлый визит, и садовники исполнили все полностью. Орхидеи, гибискусы, бугенвиллеи.

Антонио, кажется, тут тоже понравилось, потому что он валялся в тени на развешенном между двумя манговыми деревьями гамаке, разглядывая играющие на листве тени. Рядом с ним была Мария, наблюдала. С его стороны было слышно довольные звуки, а еще он периодически махал ручками.

Он уже пытался перевернуться, и это радовало, хотя не получалось пока особо. Но иногда, когда у меня было время, я ложился в кровать и укладывал его на свой живот животиком. И он пытался поднимать голову и смотреть мне в лицо.

Кто же мог подумать, что я вообще стану таким вот семьянином? Ну от старого Лаки этого никто, очевидно, не ожидал. Да и детей у него, насколько он сам знал, не было. Он их специально не заводил, потому что не хотел, чтобы им пришлось жить с грузом, что отец их — гангстер. Я, впрочем, жил немного в другой ситуации, репутация у меня уже была другая.

Хотя то, что это в любой момент может поменяться, все-таки давило на мозги.

— Он так быстро растет, — сказал я, глядя на него.

— И ты пропустишь это, если снова с головой уйдешь в дела, — проговорила Гэй с легким укором. В голосе ее настоящего раздражения не было, это скорее была шутка.

— Я делаю это ради его лучшего будущего, родная, — ответил я. — Хотя обещаю, что постараюсь не пропустить.

Она улыбнулась, но похоже, что не особо поверила этому.

Мы прошлись еще немного, и со стороны входа в поместье послышался голос слуги:

— Сеньор Лучано! Сеньор Лучано! Сеньор Гарсия приехал!

Ну, в общем-то, его я и ждал, потому что он был связан с моими делами. Как связной между мной и местными в первую очередь, естественно.

Гэй посмотрела на меня, улыбнулась и пожала плечами — мол, иди.

— Встретим гостя вместе, — сказал я, взял ее за руку, и мы вместе двинулись через сад к выходу из поместья.

Гарсия двинулся нам навстречу с почтительной улыбкой. Он держал в руках два аккуратно упакованных свертка. Подарки привез, что ли?

— Мистер Лучано, миссис Лучано, — сказал он, слегка склонив голову. — Я хочу преподнести вам небольшие подарки в честь рождения вашего сына. В прошлый раз я не мог этого сделать — никто не предупредил меня, что вы приедете вместе.

— Не стоит так утруждаться, — проговорил я.

— Я настаиваю, мистер Лучано, — он улыбнулся и протянул первый сверток Гэй.

Она развернула его, а внутри оказалась бархатная коробочка. Гэй открыла его и ахнула. Внутри было изящное ожерелье с крупным изумрудом в центре, который был окружен более мелкими камнями. Я по прошлой жизни имел кое-какое отношения к торговле драгоценными камнями, да и в целом разбирался в драгоценностях, хотя женщинам их не дарил.

И это были настоящие колумбийские изумруды, судя по теплому свечению и легкому голубоватому оттенку. Я даже знал, почему так — в них было мало железа и больше хрома и ванадия. И я знал, что эти изумруды считаются самыми лучшими и дорогими в мире. Это ж сколько Гарсия зарабатывает на моем с ним сотрудничестве, если может позволить такие подарки?

— Это… слишком щедро, — проговорила Гэй, разглядывая украшение. Хотя по ее лицу было понятно, что отказаться от него она уже не сможет.

— Ерунда, миссис Лучано, — он махнул рукой. — У нас на острове говорят, что изумруды приносят удачу тем, кто носит их с чистым сердцем. А вы, судя по тому, что мистер Лучано выбрал вас, именно такая женщина.

Гэй сразу же надела ожерелье, изумруды заиграли в солнечном свете, и я отметил, что на уже подзагоревшей коже моей жены оно смотрится очень красиво.

— И вот, — Гарсия протянул второй сверток уже мне.

Я открыл и увидел там крошечный золотой браслетик с небольшим локетом. Я открыл его и увидел знакомую иконку — святого Антония Падуанского с младенцем на руках.

— Для маленького сеньора Лучано, — пояснил Гарсия с улыбкой. — Пусть святой покровитель хранит его, и пусть он растет здоровым и сильным, как подобает наследнику такого отца.

Я передал браслетик Гэй и жестом показал ей, что дальше разговор пойдет о делах. Мы с Гарсией отправились на веранду, где слуги тут же подали нам ром и легкие закуски.

— Ну, — сказал я, разливая ром по бокалам. — Как наши дела?

— Обстановка в столице напряженная, — ответил Гарсия уже без формальностей, сделав глоток. — Студенты устраивают демонстрации, среди военных тоже недовольство. Цены на сахар продолжают падать, денег становится все меньше, а тюрьма, говорят, уже переполнена.

— И ты для этого, конечно же, постарался? — спросил я, тоже выпил, закусил кусочком манго. В детстве его терпеть не мог, особенно сок — хотя, может быть, там от манго ничего и не было, а вот свежий, с дерева, есть вроде бы нормально.

— Да, — кивнул Гарсия. — Я выделил студентам деньги на агитацию из тех, что вы прислали. Наш новый друг тоже активно набирает влияние в армии. Он поднялся до офицера благодаря вашим деньгам, просто бешеный карьерный рост. Коррупция. А сам поднимает недовольство среди младших офицеров и сержантов, недовольных коррупцией.

— Хорошо, — кивнул я. — Назначь с ним встречу в конце следующей недели. Пришло время обсудить конкретные шаги.