Страница 30 из 80
— Пивоварни, — ответил бухгалтер, открывая очередную папку. — Семь региональных предприятий в Квебеке и Онтарио. Пиво не приносит такой прибыли, как крепкий алкоголь, меньше хранится, но зато оборот идет быстрее и стабильнее. Рабочий класс не хочет напиваться, и самогону он чаще всего предпочтет именно пиво.
— У этого напитка другой стиль, — кивнул Капоне. — Сколько всего выходит?
— Порядка семисот тысяч за все, в зависимости от того, сколько именно удастся выторговать, — ответил Финкельбаум. — Некоторые владельцы уже сами обращались к нашим посредникам, они заинтересованы в продаже из-за падении спроса внутри страны.
Капоне откинулся на спинку кресла, выпил еще глоток, прополоскал рот сигарным дымом. Посмотрел на папки, разложенные перед ним.
— Итого, — сказал он. — Холдинг за два с половиной, эта проблемная штука на западе за триста, три вискикурни в Онтарио за девятьсот, пивоварни за семьсот. Это уже больше четырех миллионов долларов.
— Плюс склады, плюс земельные участки под будущее расширение производства, — добавил Финкельбаум. — Сейчас цены низкие, их можно взять дешево, если расчеты мистера Лански верны, то уже через три-четыре года так дешево будет не отделаться.
— И сколько?
— Триста тысяч всего.
— Значит, четыре семьсот, — подытожил Капоне. — Серьезные деньги, Герман.
— Серьезные, но это окупится, мистер Капоне, — сказал бухгалтер. — По моим расчетам, эти приобретения дадут вам контроль примерно над четвертью всего канадского рынка алкогольного производства. Да, это не монополия, для монополии нужно как минимум двенадцать-пятнадцать миллионов, и окупаться она будет долго. Но этого достаточно, чтобы начать диктовать свои условия. В будущем, если приток денег с той стороны границы не сократится, можно будет постепенно выкупать блокирующие пакеты акций в других производствах. И тогда… Вы сами все понимаете.
Капоне снова пыхнул сигарой, посмотрел на дым, который поднимался к лепному потолку.
— Четверть рынка в целой стране, — сказал Капоне, будто пробуя эти слова на вкус. — Знаешь, Герман, когда я начинал в Чикаго, я и мечтать не мог о таких цифрах. Мы дрались за отдельные кварталы, за пару баров. А тут мы легко заходим, покупаем четверть рынка и начинаем диктовать свои условия.
— Канада — большая страна, мистер Капоне, — с осторожностью в голосе проговорил Финкельбаум. — Даже четверть рынка — это серьезный масштаб операции.
— Большая, но очень пустая, — ответил Аль. — Здесь людей на огромной территории живет меньше, чем в одном штате Нью-Йорк. Но это все равно много. И знаешь, что мне нравится больше всего?
— Что, мистер Капоне? — спросил бухгалтер.
Капоне допил виски в своем бокале, отставил его в сторону.
— То, что все это законно. Полностью стопроцентно законно. Никаких федералов, никаких налоговых дел, свидетелей, которые готовы сдать меня. Мы начинаем все заново, и это просто бизнес, я буду самым обычным промышленником.
— Ну, мы уже обсуждали, что это будет не так…
— Это уже другое, — качнул Капоне головой. — В глазах обычных людей и в глазах правительства я буду просто промышленником. Иммигрантом с деньгами, который вложился в тяжелое время в интересную ему отрасль.
— Думаю, именно поэтому мистер Лучано и предложил вам эту схему, — заметил бухгалтер.
Капоне на пару секунд задумался, после чего проговорил:
— Думаю да, так и есть. Ему ведь самому нравится быть многостаночником. Импортер, благотворитель, кинопродюсер, владелец развлекательных заведений. А теперь еще и…
Про последнее он все-таки замолчал. Про то, что Лучано собирает частную армию, знать никому было не обязательно. Капоне знал по своим контактам, хотя сам Лаки ему ничего не говорил.
— Начинай оформлять сделки, Герман, — сказал Альфонсо. — Сначала «Корби», но постарайся сбить цену там, где получится. Потом остальное по мере готовности документов.
— Слушаюсь, мистер Капоне, — ответил Финкельбаум и принялся собирать папки.
— И еще найди мне хороших юристов, местных, канадцев. Мы будем вести дела полностью по закону в том, что касается алкоголя. Но найди сеть прачечных или баров, через которые мы будем отмывать деньги. Работай.
— Да… босс… — кивнул он.
Бухгалтер вышел. Капоне снова зажег уже потухшую сигару, подошел к окну, посмотрел наружу. Торонто будет его городом так же, как когда-то был Чикаго. А потом и вся Канада.