Остров рома

Глава 8

Мы собрались в «Ритц-Карлтон», обычном месте для встреч вроде нашей. В конце концов, именно тут собирал нью-йоркские Семьи Маранцано, когда объявил себя боссом всех боссов и заставил нас платить дань. Тогда мы заключили договоренности, на которые он в конечном итоге попросту наплевал, и все.

Но я такой же ошибки повторять не собирался. Мое слово будет твердым и четким.

Так или иначе, это была нейтральная территория, которая соответствовала статусу собравшихся, и одновременно с этим закрытая, что гарантировало приватность. Я арендовал весь зал на вечер, везде расставил охрану, и никто посторонний не смог бы даже приблизиться к залу, где собрались боссы на сходку.

Не вся Комиссия, естественно, всех собрать было бы достаточно сложно. Да и не всех это дело касалось, ведь далеко не каждый возил алкоголь из Канады. Но все нью-йоркские, а помимо этого боссы Буффало, Джерси, Филадельфии, Кливленда, Бостона и Детройта приехали. Прибыл и Джонни Торрио. Потребовалась неделя на все про все, но у меня пока что было время — остальные дела шли своим чередом. А эту проблему лучше решить сразу, чем потом срываться из-за нее с Кубы.

Мы вместе с Лански приехали первыми, Костелло уже был на месте, проверял, как там официанты расставили закуски и напитки. Вторыми приехали Д’Амико и Магаддино, они подружились во время охоты на Вакси и фактически поделили между собой Джерси и окрестности, так что у них всех тишь и благодать была.

Потом — «Большой нос» из Филадельфии. Дальше — Чезаре Ламаре, который занял место босса Детройта после того, как прошлого убили по моему приказу. Фрэнк Милано из Кливленда, который без какой-либо нашей помощи взорвал всех братьев Порелло и тоже выбрался в лидеры. Филиппо Буккола из Бостона.

Потом — Рейна, Бонанно, Профачи, Мангано. В общем, получалось так, что я собрал в этом зале боссов почти половины Семей Америки, и при необходимости мы вполне могли устроить голосование. Но никаких голосований сегодня я устраивать не собирался, мы должны были обсудить и убедить их в том, что мое решение будет правильным. А ведь то, что Капоне поедет в Канаду — это именно что мое решение, а не чье-то еще.

Капоне прибыл последним, но не опоздал — пришел к самому началу встречи вместе с Джонни Торрио. За неделю отъесться он не успел, но и болезненная худоба сошла, так что выглядел он неплохо. И если будет держать диету, то будет совсем уж хорошо.

Джонни сделал жест, и все уселись за круглым столом — принцип был тот же, и администрации отеля пришлось поменять вытянутый стул на круглый. Но этот принцип был нерушим — все равны, нет никого во главе стола.

И все уставились на меня. Это ведь я инициировал встречу, это я собирал их, так что неудивительно, что они ожидали того, что говорить начну именно я.

— Джентльмены, — проговорил я. — Спасибо, что нашли время приехать. Мы собрались здесь, потому что я хочу попросить вас выслушать наше с Альфонсо предложение, которое касается наших общих интересов. И интересов каждого присутствующего в отдельности.

Пара из присутствующих бросили настороженные взгляды на Капоне, который сидел по левую руку от меня. По правую место занял Торрио.

— Все мы так или иначе занимаемся алкоголем, это наш основной бизнес, — проговорил я. — А конкретно здесь собрались Семьи, которые возят алкоголь из Канады. Кто-то таскает его с юга, кто-то гонит сам, но мы здесь возим через границу. И я честно говорю вам — этому бизнесу остался год, может быть два. Я знаю это по своим связям в верхушке у демократов — когда они победят в выборах, то запрет обязательно отменят.

— Ага, — сказал Магаддино. — И ты знал об этом заранее, поэтому выкупил вискикурни в Теннесси и Кентукки. А нам ничего не сказал.

— Я говорил вам об этом еще на нашей прошлой встрече на Кубе, Стефано, — проговорил я. — Кто услышал меня, тот сделал выводы и приготовился. Сейчас я повторяю это — делайте, — я усмехнулся. — Можете купить холмы какие-нибудь, все равно сейчас такая земля пойдет дешево, и привезете лозу из Италии, будете делать вино, как в старые времена. Так или иначе, вариантов множество. Но речь не об этом, я отвлекся.

— Продолжай, Чарли, — проговорил Торрио.

— Я предлагаю подготовиться к этому моменту. Легальный рынок вытеснит нелегальные каналы, но мы все еще сможем мухлевать с налогами и торговать алкоголем втемную. Это деньги, пусть и меньшие. А еще мы можем легально заняться импортом. У кого из нас нет компании по импорту какого-нибудь оливкового масла или томатного соуса. Или у кого-нибудь из наших людей. Поднимите руки.

Никто не поднял.

— Импорт, как и сейчас, пойдет из Канады, потому что заводы еще не скоро заработают в полную силу. И нам нужно готовиться уже сейчас. Альфонсо готов выкупить несколько крупных канадских производств. Так мы сможем возить алкоголь, закупая его не у кучи мелких поставщиков, а напрямую у нашего друга. И в будущем это тоже принесет пользу, у нас будет готовый отлаженный канал поставок.

По залу прошел настороженный ропот. Ламаре подался вперед, посмотрел на меня, потом на Капоне, после чего проговорил:

— А что мешает ему потом резко задрать цены? Как только он получит контроль над производством? — он обвел взглядом остальных, снова остановился на Капоне и проговорил. — Извини, Аль, ничего личного, но твоя репутация говорит сама за себя, ты знаешь.

Капоне откинулся на спинку стула, и на его лице неожиданно появилась спокойная улыбка. И это было не то, чего они ожидали, наоборот, думали, что он ответит агрессивно. Но это был уже не тот Аль Капоне.

В голову пришла мысль — может быть, он умер там во время терапии, а в него еще один попаданец влетел? Черт его знает, проверить можно, вот только результатам этой проверки я могу вовсе не обрадоваться.

— Я понимаю твое беспокойство, Чезаре, — проговорил Капоне. — Но подумай сам: зачем мне обманывать вас, причем так мелко. Я и так заработаю на производстве десятки миллионов, а когда закон отменят, так еще больше, потому что мне не нужно будет прятаться. Мне не нужно душить вас ценами.

— Легко сказать сейчас, — заметил Милано. — А что будет через год, когда все крупные заводы будут твоими?

— Я мог никому ничего не сказать, — проговорил Аль, поднимаясь с места. — Я мог выкупить эти заводы через своих людей, а потом они передали бы их мне. И никто ничего не заподозрил бы. Я мог действительно поднять цены, поставив вас перед фактом. И знаете, почему я этого не сделал?