Страница 24 из 75
— Я уже не так силён, как прежде. В грядущей войне может произойти всякое. Я не верю бога. И в загробный мир не верю. Но если я смогу принести пользу после смерти через тебя — через твой движок. Я был бы очень счастлив. Был бы счастлив оказаться с кем-то из своего отряда по ту сторону. После смерти.
— Виталий Фёдорович, вы на полном серьёзе мне это предлагаете? — уточнил я. — Учтите, в этом движке кроме хороших парней ещё целая куча редкостных ублюдков. Яркий тому пример — семейство Войцеховских. Твою мать! Да о чём мы вообще говорим⁈
— Я серьёзно, Саш. Сделай это прямо сейчас, без лишних свидетелей. Используй психо-цепь.
— Если вы правда этого хотите, — пожал плечами я. — Ладно, да будет так, Виталий Фёдорович.
Я опутал психо-цепью его единственную руку. И провалился в сознание мужчины.
Жуткая усталость и боль. Я сокращу их уровень, чтобы поднять боевой дух Беркутова. А это ещё что..
Использовав психо-цепь на Беркутове, я ощутил то, чего никогда ранее не испытывал. Будто кроме цепи нас связывает что-то ещё.
Две цепи? Что за глупости.. Не понимаю.
Сначала я подумал, что Беркутов под контролем отца психо-цепей, как Рокотов. Но следов магии недруга найти не удалось.
Поиски привели меня к глубинным воспоминаниям мужчины.
Перекрёстовы. Мои родители. Беркутов знал их с детства. Анатолий Перекрёстов — мой отец — был его лучшим другом. Александра Адмиралова — моя мать — нравилась Беркутову с юных лет. Но родители отдали её замуж за высокородного.
Однако она не любила моего отца. Она любила Беркутова, как и он её.
Стоп. Погодите-ка..
Эта связь между нами..
Твою. Сука. Мать.
Я разорвал связь между собой и Беркутовым. Мужчина выронил сигарету и отступил от меня на два шага назад. Судя по шоку в его взоре, он не знал. Он не знал того, что мы оба сейчас узнали через магию психо-цепей.
— Виталий Фёдорович.. — прошептал я. — Это.. Это что за херня?..
— Я не знал, Саш.. Я не.. Ё-моё.. — заикаясь, бормотал Беркутов.
— Вы кувыркались с моей матерью и не догадывались об этом⁈
— Да откуда я мог знать⁈
— Вы несколько раз повторяли, что я на своего отца не похож! Уж не спроста, выходит дело!
— Перекрё.. Сашок, это что же получается.. — трясущимися руками Беркутов потянулся за очередной сигаретой.
— Получается, что я бастард, Виталий Фёдорович. И никакой не Перекрёстов. А Беркутов, если уж на то пошло!
— Угораздило же отцом стать на старость лет, — глупо усмехнулся Беркутов, поспешно затягиваясь зловонным дымом.
— Вы чего ржёте⁈ — не понял я.
— Не знаю! Истерика у меня! — продолжая смеяться, ответил Беркутов.
— Это ведь всё объясняет! — понял я. — Причина, по которой я родился без магических способностей. Связь простолюдинки без магии и простолюдина с магией. Тут дворянин и рядом не проходил!
— Ну, предположим, Толька Перекрёстов рядом проходил пару раз, — нервно хихикая произнёс Беркутов.
— Знаешь, что «папа», — сказал я. — Ты совсем не умеешь разговаривать с детьми, если уж на то пошло.
— Что есть — то есть. Ты подумай, какая ж всё-таки изворотливая эта сука — судьба! Кто бы мог подумать, что в том проулке у бара «АдреНалей» я подобрал и привёз на допрос собственного сына.
За нашими спинами скрипнула половица. Я резко обернулся и увидел свою тайную советницу Анну Чернову. В руках она держала мобильник. Записывала наш диалог на диктофон!
— Что ты делаешь⁈ — крикнул я.
— Так значит ты даже не.. не Перекрёстов.. — разочарованно прошептала она. — Я сейчас же доложу Обухову. При таком раскладе ты не можешь быть главой Приморского района.