Страница 16 из 65
Уровень воды у груди. Начинаю дрожать, пальцы немеют, пока я ощупываю знаки.
— Это кольцо. Поворачивай, пока дата 1347 не встанет напротив скрещённых мечей на четвёртом кольце.
Он поворачивает.
Я хмурюсь. Что-то не то.
— Стоп, нет. В другую сторону. Крути в другую.
Одна ошибка следует за другой. Тревога нарастает, я начинаю сомневаться в каждом своём действии.
Морская вода доходит до плеч, приходится откинуть голову назад, чтобы держать рот над поверхностью.
Я даю Кастиену инструкции, он их выполняет, но я понимаю, что они неверны, и заставляю его отменить последние три шага. А потом снова меняю решение. Я в панике, мысли путаются.
Вода поднимается над моей головой, а потом и над его. Приглушённый гул заполняет уши. Мы продолжаем работать, пока мне не приходится оттолкнуться от пола, выплыть на поверхность, прорвать её и судорожно глотнуть воздуха. До потолка метра два с половиной. Я барахтаюсь на месте пару секунд, грудь болит. Неудивительно, что я подхватила простуду века, делая это дважды. Третий раз в ледяной воде — это уже безумие. Хотя, без труда не выловишь и рыбку из пруда, верно?
Делаю глубокий вдох и ныряю обратно.
Кастиен стоит на коленях у люка, где я его оставила. Его светящиеся глаза подсвечивают мутную темноту. Ему не нужно всплывать за воздухом, поэтому он ждёт. Я подплываю к нему, хватаюсь за плечо, чтобы стабилизироваться.
Я указываю на четвёртое кольцо, даю направление и амплитуду поворота — он исполняет. Проверяю, киваю. Всплываю за воздухом, снова ныряю. Даю новую команду, он корректирует механизм. Проверяю. Всплываю. Снова и снова. Воздушная прослойка под потолком с каждым заходом становится всё меньше, а на расшифровку конфигурации уходит всё больше времени.
На пятом кольце латинская фраза «sanguis et aurum» — кровь и золото — должна встать напротив символа чаши. На это уходит четыре попытки и два заплыва на поверхность, но наконец кольцо со щелчком встаёт на место.
Шестое кольцо: дата 1666 должна совпасть с черепом. Оно самое тяжёлое, намертво заросшее коррозией, поэтому Кастиену приходится приложить всю свою мощь. Четыре захода, и всё равно не получается. Это последнее, и почему-то я не вижу правильного положения.
Прошло уже минут пятнадцать или двадцать. Ощущается как часы.
Я плыву наверх. Голова пробивает поверхность, и я чуть не впечатываюсь в каменный потолок. Вздрагиваю, отшатываясь.
Воздуха осталось сантиметров пять, не больше. Приходится задрать лицо и прижаться носом к потолку, чтобы дышать. Жадно хватаю ртом остатки воздуха. Он разреженный и спёртый.
Лёгкие горят, каждая мышца в теле вопит от боли. Губы наверняка посинели от холода, зуб на зуб не попадает от озноба. Едва держусь на плаву.
Внутри закипает ужас. Что за чёрт? Я не могу этого сделать. Я один раз уже справилась, но сейчас… нет. Мышцы сковывает парализующий страх.
Кастиен всплывает рядом со мной.
Его руки тянутся ко мне и хватают за рёбра. Они огромные. Пальцы почти смыкаются вокруг моего торса. Он держит меня так осторожно, словно боится сломать. Я чувствую его через свою промокшую рубашку.
Его стальное тело начинает нагреваться. Он будто разогревается изнутри. Жар просачивается через мою замёрзшую кожу, исходя из его ладоней и разливаясь по груди.
Шок прошибает сильнее паники. Он горячий, и это тепло помогает мозгу снова включиться.
Мы плотно прижаты друг к другу в крошечном воздушном пространстве. Наши лица в сантиметрах, его глаза пристально следят за моими.
— Ты справишься, — говорит он.
Я киваю. Горло перехватило, не вымолвить ни слова, но ему достаточно и этого, чтобы кивнуть в ответ.
Мы вместе уходим под воду, его рука перемещается с моих рёбер на поясницу. Ладонь прижимается к основанию спины, прямо над бёдрами. Жар исходит из этой точки контакта, разливаясь по позвоночнику, по всему телу, до самых кончиков пальцев.