Властитель. Том 5

Голов было слишком много, и всё что оставалось, либо оказаться у брюха, которое было твёрже алмаза, либо за спиной твари, и уже оттуда, взобравшись к основанию одной жирной шеи, отрубить все головы если не разом — Гидра всё же была крепким чудовищем, то с двух или трех ударов.

Именно с этим нехитрым планом он проскользнул под брюхом монстра и одним прыжком оказался у своей цели. По брюху вскользь прошёл клинок, не оставив на зелёной чешуе и следа от волшебного оружия.

Как и в прошлый раз, единственным уязвимым местом Гидры было основание шеи. В прошлый раз Святогор почти одолел монстра, но, когда у твари осталась всего лишь одна башка, она умудрилась его отбросить и сбежать. В этот раз бегство исключено, и он не один.

Взмах, и несколько голов извивающимися с визгом брёвнами рухнули на землю. Тварь взревела, и оставшиеся морды одновременно повернулись в его сторону. Но Святогор уже делал второй взмах, намереваясь отрубить последние головы.

Вот только Гидра тоже была не одинока.

Богатырь ощутил угрозу и в последний миг призвал ростовой щит.

Сильнейший удар отправил его в полёт, а артефактный щит задрожал в руках, словно обычная железка после столкновения с булавой.

Святогор сумел удержаться на ногах и несколько метров бороздил землю ногами, пока окончательно не остановился.

— Милон⁈ — увидев своего нового противника, произнёс до крайности удивлённый Святогор.

Он узнал человека, что встал против него. Милон Кротонский. Короткая, но густая борода, вьющиеся волосы, нос с горбинкой и жёсткий взгляд голубых глаз. Единственный человек, известный Святогору, что так же, как и он, обладая лишь даром физической силы, достиг в этом высот.

Вот только, почему человек, хоть и родом из древней Греции, где богов почитали, наверное, сильнее всего на планете, выступил на стороне Морфея?

— Почему ты на его стороне? Почему не на стороне людей⁈ — всё же не сдержался от возгласа богатырь.

Милон горько усмехнулся, но не ответил. Вместо этого он молниеносно сблизился со Святогором и со всего маху, словно играя в лапту, вдарил палицей по многострадальному артефактному щиту. Тот не выдержал такого издевательства и с хрустом треснул.

Святогор, не теряя драгоценных секунд взмахнул мечом и почти достал Милона, но тот в последний момент умудрился увернуться, и сталь лишь чиркнула его по щеке, оставив небольшой кровавый след.

— Не знал, что ты ещё жив, русский богатырь, — с сильным акцентом сказал Милон, а в глазах его начало разгораться пламя, предвкушая поединок равных.

Видимо, у Милона, как и у Святогора с этим тоже были проблемы. В кого ни плюнь, кругом одни маги, которых мёдом не корми, а дай подраться с сильным соперником.

Святогор широко улыбнулся и откинул клинок. Милон хмыкнул на его жест и тоже отбросил своё, явно не простое, раз так просто смогло проломить артефактый щит, оружие.

И без лишних слов они столкнулись. Да так, что вокруг разошлась такая волна отдачи, что снесла и своих, и чужих, хотя у каждого были магические барьеры, как индивидуальные, так и общие, которые были призваны защищать от подобных ситуаций. Но сила двух существ, людьми назвать их после такого ни у кого язык не повернулся бы, была настолько велика, что реальность задрожала, словно гладь воды при землетрясении.

Святогор даже сам удивился. Он и не знал, что на такое способен вообще. Видимо никогда не встречал по-настоящему достойных противников, ведь даже тот же Хеймдаль, хоть и был силен, но пользовался уловками, да и родня была за спиной.

Сейчас же, Святогора ничего не сдерживало, он не ждал от противника подвоха, как и тот от него. Честная битва, удаль против удали, мощь тела и духа против воли и решимости.

Они осыпали друг друга ударами, и с каждым мгновением, их скорость становилась всё выше. В какой-то момент, глаза Святогора настолько привыкли к ускорению, что он стал замечать невидимые нити реальности. Казалось, только дотронься и пространство распустится, будто вязанный носок.

— Что с тобой? — резко остановился Святогор, вглядываясь в южные черты Милона, и покачал головой. — Ты словно и не здесь.

— Моя семья, — нахмурился Милон, тяжело вздохнув. — Я не знаю где она.

Святогор набычился. Что за мерзавец, этот Морфей. Удавил бы.

— Но это и не важно, — акцент Милона усилился, видимо из-за воспоминаний о семье. — Если я отступлю сейчас, их убьют. Так что извини, брат, но наша судьба биться до конца.

— Понимаю тебя, — кивнул Святогор, и ни капли не покривил душой. Как бы он сам поступил, окажись на месте Милона? Вопрос вопросов. Не даром Морфей послал своего головореза именно к дому его родни, и лишь слепая удача, что Хеймдаль наткнулся на самого Святогора. Иначе…

Он мотнул головой, отгоняя прочь тяжёлые размышления.

— Давай выложимся! — максимально бодро произнёс Святогор.

На это Милон впервые, пусть и слабо, но улыбнулся, и они вновь сошлись в битве, что потрясла небеса и землю.

Даниил никогда не любил людей, как и любой сведущий менталист в мире. Когда ты видишь фасад человеческой души, что он открывает тебе, это терпимо, а в некоторых случаях даже приятно. Но стоит заглянуть глубже, туда, где живут мысли и секреты, так вера в человечество почти мгновенно исчезает.

И он так бы и жил дальше, пока не встретился с императором. Тогда ещё молодого выпускника Красноярской академии одарённых приметил сам император. Он искал себе нового менталиста и общался с каждым, кого ему рекомендовали ректоры академий.

Эта встреча изменила всё. И в первую очередь, вернула молодому магу разума веру в людей.Император оказался до невозможности открытым человеком. Никаких барьеров, закладок и псевдо-личностей поверх настоящей, дабы обмануть неопытного менталиста.

Он его просто пригласил в кабинет даже не самого ректора, а завуча в академии, и предложил службу.

— Я… — не ожидал ничего подобного Даниил, отчего растерялся.

— Ты можешь подумать, — хмыкнул император. — Но ты мне нравишься. В отличие от твоих коллег по аспекту, я не чувствую в тебе явной ненависти к людям. У молодых и сильных менталистов частенько крышу сносит от осознания человеческой природы.

— Мне тоже не нравятся люди, — честно признался Даниил, нахмуренно разглядывая правителя.

— Это ничего. Есть в дворцовой библиотеке одна техника, что помогает не читать всех вокруг. На самом деле, она есть у всех академий, и тебе её скоро должны были вручить, в аккурат на выпуск.

— И поэтому вы здесь, — поднял брови Даниил.