Страница 63 из 67
И все еще неизвестно, куда оно делось. Очнулась я уже в рубашке Дамиана, под которой ничего не было. Да и сама рубашка теперь лежала так далеко, что горничной наверняка было ясно, чем мы тут всю ночь занимались.
Я почувствовала, как щеки залил предательский румянец.
Роуэн с невозмутимым видом достала из кармана своего платья еще один небольшой сверток.
— Говорят, заказали в Солнечной Долине, – сказала гномочка, протягивая мне что-то, упакованное в слой бумаги. – У нас здесь такой красоты не делают, светлые леди предпочитают все еще предпочитают панталоны, все переживают за свое здоровье…
Роуэн говорила что-то еще, но я ее почти не слушала, потому что в моих руках были два изделия, сотканных и тонкого кружева черного цвета. На Сумеречном Континенте такое белье было редкостью, и его могли позволить себе только замужние леди. Откуда я об этом знала? От главной сплетницы в нашем замке – моей кузины Вивиан. При мысли об этой предательнице горло сдавило спазмом. Может, Лисандр и поплатился за свое вероломство, но рядом с моим отцом еще остались заговорщики, с которыми следовало немедленно разобраться.
— Завтрак, леди Морвейн? – спросила гномочка, когда я облачилась в платье, а мои волосы были уложены в простую, но изящную прическу.
Я прислушалась к себе. Есть хотелось.
— Принеси, – согласилась я, решив не ждать Дамиана. Скорее всего, он проявит гостеприимство и позавтракает со своим отцом, не станет морить его голодом все утро.
Когда горничная покинула наши апартаменты, я огляделась по сторонам. Мне наконец-то предоставилась возможность рассмотреть комнаты, в которых мой муж проводил свои ночи. Вряд ли отсюда он отдавал убийственные приказы и принимал решения, которые влекли огромные потери с обеих враждующих сторон. Нет, это был островок спокойствия, где он – искусный генерал, отдыхал от многочисленных сражений и залечивал свои раны.
Я подошла к окну. Там, внизу, за пределами замка, зима уже постепенно отступала. Между деревьями появились проталины, и пройдет совсем немного времени, прежде чем лес вновь окрасится в насыщенный изумрудный цвет. Но пока что от яркой белизны рябило в глазах, и я отступила.
Не в силах просто сидеть на одном месте и ждать, я прошла в спальню. Мой взгляд невольно упал на постель, которая еще хранила следы нашей с Дамианом близости. Ладонь инстинктивно легла на живот, и дыхание перехватило. Будут ли у этой ночи последствия? И если будут, как я объясню это отцу? Он же меня казнит собственными руками. Если раньше я еще могла убедить его, что все слухи не более, чем ложь, выдуманная светлыми, то теперь этого сделать не получится: на моем запястье отчетливо проступила вязь драконьей метки. Я могла лишь догадываться, почему она проявилась полностью и так ярко – наш брак с Дамианом был консумирован, и он – моя истинная пара. И пусть даже в страшном сне мне не могло привидеться родство с драконами, спорить с фактами я не собиралась.
Дверь в гостиной тихо отворилась, и я поспешила выйти из спальни, надеясь, что вернулся Дамиан, причем, желательно, с хорошими новостями, но там была Роуэн, которая принесла мне завтрак.
— Еще что-нибудь нужно, лесса Морвейн? – спросила она и внезапно покраснела. – Сменить вам постельное белье?
— Не нужно, – отказалась я, внезапно поймав себя на желании вернуться в кровать и прижаться щекой к подушке Дамиана, чтобы ощутить его терпкий, восхитительно мужской запах. – Ночью уже меняли.
Гномочка, бросив на меня многозначительный взгляд, коротко поклонилась и оставила меня одну. Аппетит куда-то испарился, но я все равно заставила себя поесть. Кто знает, что произойдет в ближайшее время, и неизвестно, когда в следующий раз получится поесть. И вроде у меня не было веских причин для беспокойства, но сердце почему-то было не на месте.
И когда дверь распахнулась, впуская моего мужа, я уже была полностью взвинчена.
Прежде, чем шагнуть ко мне, Дамиан на мгновение замер, разглядывая мою фигуру, обтянутую струящейся тканью. В его глазах зажегся тот самый темный, голодный огонь, который я видела ночью, и мое тело невольно отозвалось сладкой пульсацией внизу живота.
— Что сказал твой отец? – спросила я, и мой голос прозвучал неожиданно хрипло.
— Тебе не понравится, – хмуро отозвался светлый.
— И все же, – сердце болезненно сжалось, а чувство надвигающейся катастрофы стало практически нестерпимым.
— Он сказал, что все договоры, заключенные ранее, более не имеют никакого значения, – не сводя с меня мрачного взгляда, сказал Дамиан. – И что теперь я – единственный наследник трона Вечного Леса.
Это то, чего я боялась. И то, чего подсознательно ждала, как самого логичного исхода ситуации. Элориан Морвейн давно хотел объявить наследником своего младшего, не травмированного, сына, и он не упустит возможность осуществить задуманное, тем более, что появился такой подходящий повод. Килиан задумал избавиться от брата и полностью провалился. Вечному Лесу не нужен такой правитель.
И я знала, что мое место – на Сумеречном Континенте. Я не прямая наследница, трон достанется моему супругу, но им не мог быть Дамиан Морвейн. Мы не могли короновать его, оставив светлый престол совершенно пустым.
Я тяжела оперлась руками о подоконник, глядя на то, как за окном природа постепенно просыпалась. Дамиан обхватил руками мою талию и положил подбородок мне на плечо. Его волосы щекотали мою щеку, но я даже не думала отстраняться, наслаждаясь каждым мгновением нашей близости.
Возможно, это в последний раз.
Светлый принц сделает то, что прикажет ему его отец, потому что он давал клятву верности и нарушить ее не сможет. А узы, которые связали нас, пока еще не так уж и крепки, их, скорее всего, можно разорвать.
Но почему-то мне казалось, что для меня это будет равносильно смерти. Разве можно жить, лишившись сердца? А Дамиан стал такой неотделимой его частью, что безболезненное удаление было невозможно.
— Он сказал что-то еще? – тихо спросила я, глубоко вдыхая в себя терпкий, мускусный аромат мужа, от которого у меня кружилась голова.
— Вообще-то сказал, – дыхание Дамиана обожгло мне кожу, и я невольно поежилась от того, как такое просто действие повлияло на мое тело. Казалось, каждый волосок на нем встал дыбом, отзываясь на прикосновение любимого мужчины. – Мне пришлось рассказать ему о твоей сущности, потому что я собирался до последнего отстаивать наш брак. Может, он и начался, как фиктивный союз, но теперь все по-настоящему.