Страница 61 из 67
Его ответ был очевиден. Мне стоило понять это еще тогда, когда он упомянул о нашей первой встречи. Похоже, именно тогда мне и удалось проникнуть в сердце светлого принца, даже несмотря на свой непрезентабельный вид.
Голова шла кругом от всего сразу: от осознания того, что еще мгновение, и я буду принадлежать этому мужчине так, как до этого не принадлежала никому другому. И мне казалось это настолько правильным, что я не испытывала ни грамма смущения, открыто демонстрируя мужу реакции на его умелые ласки. Запах разгоряченных тел окутывал нас, но мне казалось, что всего этого все равно недостаточно. Мои руки хаотично скользили по плечам Дамиана, по его спине, зарывались в длинные волосы. Я гладила пальцами его скулы и осознавала, что уже давно мечтала это сделать: коснуться его и почувствовать ответное прикосновение.
С каждой новой лаской, подаренной мне умелыми руками мужа, моя потребность в чем-то большем становилась все сильнее. Кожа будто пылала, а кровь, по ощущениям, превратилась в патоку, которая разносила по телу волны удовольствия. Дамиан был абсолютно обнажен, и я чувствовала его большое, сильное тело, что властно прижимало меня к постели. Прежде, чем совершить то, в чем я, кажется, так отчаянно нуждалась, светлый оторвался от моих губ, и наши глаза встретились.
Я, словно в воду, нырнула в темную изумрудную бездну, и мое сердце замерло, в то время, как сердце с бешеной скоростью колотилось о ребра. Я думала, он что-нибудь скажет, но вместо этого эльф одним плавным движением ворвался в мое тело, делая меня своей. С моих губ сорвался болезненный стон, и мужчина замер, глядя на меня с тревогой и такой бездной желания, что уже спустя мгновение я требовательно двинула бедрами, вынуждая его продолжить.
Все неприятные ощущения были полностью смыты волной чистейшего наслаждения, и я снова выгибалась в крепких руках Дамиана, отдавая ему всю себя, без остатка. И когда в моем распаленном едва ли не до кипения тела что-то словно бы взорвалось, повергнув меня в сладкий, чувственный водоворот и вознеся после этого на пик удовольствия, я не сдержалась и закричала, потому что только так могла выплеснуть хотя бы частичку переполнявших меня эмоций.
Дамиан был более сдержан. Он лишь хрипло рыкнул, в последний раз ворвавшись в мое тело, и его хищный взгляд снова придавил меня к постели своей тяжестью. Я лежала, чувствуя, как гаснут в теле искры пережитого наслаждения, как пылавшая кожа медленно остывает, а сердце, что всего мгновение назад готово было выпрыгнуть из груди, успокаивается.
Опираясь на одну руку, Дамиан сместился в сторону, и его ладонь легла на мое солнечное сплетение.
— Твой резерв, – сказал он, почувствовав то, что еще не дошло до моего сознания. После спонтанной инициации мой резерв был пуст, а теперь снова наполнялся, как будто близость с мужем сняла с меня какие-то незримые ограничения. И что я точно могла сказать: это была не магия смерти. Проклятие нескольких поколений обошло меня стороной, оставив без губительной власти над живыми и мертвыми. И от этого факта вздох облегчения сорвался с моих губ, потому что, по ощущениям, с плеч как будто свалилась целая гора.
— Твоя рука, – в ответ выдохнула я, не сводя взгляда с запястья Дамиана, на котором проявлялся тонкий серебристый узор, полностью совпадающий с моим. Я понятия не имела, потоптались ли в моей родословной Драконы, но почти не сомневалась, что эта татуировка – знак истинной пары. И полностью проявлялась она, похоже, не после брачного ритуала, а после близости.
— Метка Драконов, – изумленно усмехнулся светлый, разглядывая свое новое украшение, но его внимание снова переключилось на мое тело, расслабленно распростертое рядом с ним на постели. Ладонь, что лежала на моем животе, двинулась выше, а в изумрудных глазах зажглось знакомое уже голодное пламя. Но если светлый думал, что сможет напугать меня своим пылом, то мне было, чем ему ответить, потому что искры, тлевшие в моем теле, даже от простого прикосновения разгорелись с силой яростного пожара.
Наши тела снова сплелись в одно целое, потому что это было только наше время, дарованное нам на неопределенный срок. И мы собирались воспользоваться каждым мгновением.