Страница 15 из 17
Глава 4 Нелюбимый муж
2010 год
Тостер отщёлкнул два поджаристых куска хлеба, и Мила выложила их на красивый деревянный поднос к нарезанному сыру, маслу и джемам на самый разный вкус. На столе уже стояли отварные яйца на изысканной ножке-подставке, апельсиновый сок разлит по стаканам. Завтрак выглядел в лучших традициях австрийских кафе, где одетый как истинный джентльмен официант, улыбчивый пожилой мужчина, приносил торт «Захер» и желал приятного дня не по форме, а от чистого сердца, потому что любил свою работу и жизнь. В то утро Мила тоже испытывала благодарность к своей жизни и потому трепетала на кухне, пытаясь достичь идеала в сервировке. Дима сел за стол по привычке задумчивым и тут же принялся изучать ежедневник. Вдохновлённый дух Милы немного погас, ударившись о хмурые брови мужа, и всё же она решила радоваться дню, несмотря ни на что.
– Ты хоть на стол посмотри, – в шутку пристыдила его Мила. Дима оторвал взгляд от ежедневника и перевёл его на стол.
– А что не так?
– Что не так? У нас каждый день такой завтрак, да?
Мила улыбалась так обаятельно, что заставила слегка улыбнуться и Диму.
– Красиво, – сказал он и тут же вернулся к ежедневнику, снова нахмурив брови. Мила вздохнула и продолжила выставлять на стол вкусности.
– Во сколько сегодня вернёшься? – поинтересовалась она, намазывая масло на хлеб.
– Трудно сказать. Сегодня очень важная встреча. А что?
– Думаю, как провести вечер. С тобой или снова одна.
Дима не отреагировал. На том их утренний разговор закончился, и Милу это немного расстроило. В суете будних дней обычно не хватало времени заметить, во что превратилась супружеская жизнь, но иногда выдавалось такое свободное от мыслей утро и подсвечивало всё нежелательное для глаз, ушей и сердца. В состояние тоски приводило и то, что жаловаться Миле было особо не на что. Её стабильная размеренная жизнь для некоторых – недостижимый идеал. Дима замечательный муж. Замечательный, но нелюбимый. На этом моменте её молчаливых размышлений Дима посмотрел жене прямо в глаза, как почувствовал, и улыбнулся:
– Люд?
– Да? – растерянно отозвалась она, будто не была уверена, к ней ли он обращается.
– А сделай ещё кофе? Хороший получился.
Мила улыбнулась, осознав, что внутри расцвела от этой нелепой просьбы, будто ей самой оказали большую услугу.
– Да, конечно.
Кофемашина забурлила и перебила глупые женские мысли. Наверное, во всём виноваты гормоны и отсутствие детей в сорок лет, решила она и перестала думать о ерунде.
Не самое счастливое семейное утро не сбило позитивный настрой на день. Надев свои самые стильные вещи из гардероба и ярко накрасив губы, Мила гордо шла по дороге к университету и искренне улыбалась солнцу. На крутом повороте финальной стометровки перед вузом её обогнал высокий симпатичный третьекурсник Артём Субботин, одетый по-молодёжному модно, чей оверсайз, впрочем, был не в силах скрыть драйв решительного, инициативного и оттого очень притягательного мужчины, внешне более взрослого, чем по паспорту.
– Классно выглядите, Людмила Ренольдовна! – обаятельно прищурившись на солнце, улыбнулся Артём.
Мила смутилась от такого внезапного интереса. Сначала, как всегда, захотелось исчезнуть, чтобы не оказываться в центре внимания, но всё же ей было очень приятно получить такой комплимент. Решила уйти в защиту и пошутить:
– Ты тоже ничего, Артём, светишься.
– Вас увидел, – сказал он, всё ещё улыбаясь, но немного смутившись, отвернулся и быстро ушёл.
Последняя фраза была лишняя. Неужели переборщила с внешним видом? Стало понятно, почему преподаватели одевались, как правило, серо и непривлекательно – чтобы у двадцатилетних, пышущих здоровьем и не загруженных бытовыми проблемами парней было больше возможностей обращать внимание на сверстниц, а не на пожилых и несчастных учительниц. Хотя последние, очевидно, вызывали бóльший интерес благодаря своему трудному жизненному опыту, от которого в глазах появлялся загадочный оттенок грусти и который непременно хотелось перекрасить в более радостный.
Мила была из тех остроумных преподавателей, которые с учениками на одной волне, из-за чего коллеги завидовали, а студенты кидали респекты. Когда Артём вышел к доске рассказать свой топик, Мила над ним от души посмеялась.
– I like to swim in the depths of the sea. With my favorite friends fish and… [5] – Артём прервался, вспоминая нужное слово.
– Энд чипс, – сказал Ваня.
– Энд бир. Вот кто его лучшие друзья, Людмила Ренольдовна! – выкрикнул друг Артёма, Саша, веселившийся вместе с Ваней на задней парте. Вместе они по-ребячески засмеялись.
– Братан, успокойся. Как будет акула? – Артём обратился к Миле с вопросом.
– Акула? Ты плаваешь в море с акулами?
– Да. С рыбами и акулами. Вы не верите?
– Верю, конечно. Верю, что ты плаваешь. Но пока в английском, Артём. Словарь для чего? Акула будет a shark, но ты с такими знаниями далеко не уплывёшь. Иди, на следующей паре первым пойдёшь.
– Да я честно учил.
– I’m an old shark. I can smell a lie from a mile away [6], – таинственно проговорила Мила. Артём скорчил лицо – он явно не понял смысла сказанного.
– Ой, Субботин, садись давай.
Студенты дружно засмеялись.
На перерыве Тёма догнал Милу в коридоре и первым делом сказал:
– Да не старая вы!
Она посмотрела на него исподлобья.
– Ну вы там сказали – я старая акула, все дела.
– Всё-таки купил словарь?
– Да не, Саня перевёл. – Они оба смущённо усмехнулись. – Я что хотел спросить. Вы не занимаетесь репетиторством?
– Тебе-то зачем?
– Хочу сдать экзамен. Построить международную карьеру.
– Серьёзно?
– Ну да. Думаете, я какой-то балбес?
– Да нет, что ты. Просто не думала, что тебе это может быть интересно.
– Плохо меня знаете!
– Я вообще тебя не знаю, – осекла Артёма Мила.
– Ну вот, будет отличный шанс узнать меня лучше.
Милу застал врасплох такой удивительно наглый напор со стороны Артёма.
– Я не занимаюсь репетиторством со своими учениками, – твёрдо отрезала Мила.
– Понял, – немного обиженно, но с достоинством ответил Артём, – до свидания, Людмила Ренольдовна.
Артём развернулся и спокойно ушёл, оставив Милу с чувством вины за то, что не дала ему шанса.
На следующую пару Артём не пришёл, а позже она узнала, что он перевёлся в другую группу. Мила решила не обращать внимания на обидчивых мальчиков в состоянии запоздалого переходного возраста и постаралась забыть об инциденте, но через несколько дней Артём снова напомнил о себе.
– Как ваши дела, Людмила Ренольдовна? Не скучаете по мне?