Страница 8 из 83
— Верну ваших отроков через пару часов.
— Конечно, — Георгий Константинович изобразил поклон. — Но, Тимофей Аристархович, учтите, что юные умы порой проявляют фантастическую изобретательность, особенно в делах, которые их не касаются…
— О, не переживайте, дел мы им найдем и именно тех, которые касаются, — Тимофей поправил Метелькину кепку. — Николай Степанович, та троица на вас. Забирайте.
Это он про Елизара, Серегу и Воротынцева, который тотчас попытался сделать вид, что его тут нет. Но прятаться было негде. Да и Елизар привычно уже перекрыл пути к отступлению.
— Николай Степанович присутствует здесь как участник независимой государевой комиссии, которая проведет собственную оценку выставленных артефактов и проектов медицинского назначения, — пояснил Тимофей. — И помощники ему не помешают…
Вся троица вытянулась.
— Сегодня мы должны посетить как минимум две дюжины стендов, — Николай Степанович раскрыл портфель и вытащил тетради. — С вас — заметки, мысли, даже если покажутся глупыми. И внимательность… представлять новинки будут мне, но я хочу, чтобы и вы смотрели. Подмечали. И не стеснялись задавать вопросы.
Отлично.
Все трое будут и под присмотром, причем не только целительским, как чую — сестрица вон поглядывает на них с улыбкой, и при деле. А уж совокупная их ответственность точно не позволит ни на пряники отвлечься, ни сбежать.
Пойдут изучать артефакты, как миленькие.
— Я же заберу старших… выступление?
— Откладывается, — поморщился Георгий Константинович. — Как понимаю, у комиссии возникли некоторые сложности, но не ясно, с чем именно. Поэтому конечного списка допущенных работ все ещё нет. И это заставляет нервничать.
Как понимаю, не только Георгия Константиновича.
— Думаю, скоро все разрешится…
— Ваши бы слова да Богу в уши, Тимофей Аристархович… вы, к слову, не подумали над моим предложением?
— Боюсь, преподаватель из меня не выйдет, — Тимоха развел руками. — Однако посетить школу, рассказать, показать… в рамках, так сказать, лекций для интересующихся кромешным миром или тварями…
Орлов вытянулся и грудь выпятил, показывая, что он точно интересуется.
— Что ж, начнем с малого, — Георгий Константинович кивнул. — Даже это уже хорошо… вокруг охотников сложилось много стереотипов. Как и вокруг некромантов.
Он одарил взглядом Шувалова.
— И в целом-то… чем больше дети узнают о дарах, о том, какими те бывают, тем оно лучше. Мрак невежества творит страшные дела. Но все ж идите. Не смею задерживать.
— Справитесь?
— Безусловно. И Евдокия Путятична подойти должна… вот-вот уже… нет-нет, искать её не надо. Мешать тоже. Дело молодое и… — он махнул рукой. — Идите уж.
И мы пошли.
По ангару.
И Призрак метнулся, выхватив тень, которую сожрал. А Буча, выглянув, проворчала что-то этакое… подросла она. Серьезно так подросла. Может, не настолько огромна, как прежняя, но вдвое больше, чем была.
— Прорывы, — пояснил Тимоха полушепотом. — Закрывать их закрывают, но все равно много дряни вываливается. Вот и…
Буча стекла на пол и, махнув змеиным хвостом, пусть и оперенным, окружила Призрака. А я ощутил поток силы, который уходил внутрь, подпитывая Тьму.
Хорошо.
И её благодарность я тоже услышал.
Не только я.
— Мишка тоже тут?
— Само собой. Все тут… с самого первого дня.
— И?
— Ничего. Мы уже каждый ангар облазили. Пусто… если тайник и есть, то такой, что просто не найти.
Я вот об этом тоже думал.
Точнее не шел у меня из головы тот подвал, который папенька под нашим домиком в деревне обустроил. Если обустроил один, то что мешало повторить все со вторым?
Ладно, не подвал.
Подвал все-таки копали, электричество вели, а это вряд ли осталось бы незамеченным. Но вот какую-нибудь там яму или, не знаю, комнату. Закуток, отделенный от прочих, расположенный где-то на краю здания или даже за краем. Как это назвать?
Там, в подвале, я прошел по проводам буквально, иначе…
— Нет, — Тимофей не читал мысли, но знал меня довольно хорошо. — Мы думали. Однако… в её мире отец не появлялся. А без охотника они путь не откроют. Он же сам туда не полезет. Иначе и лабораторией воспользовался бы. Там много интересного.
С одной стороны обидно, что я не самый умный и догадливый. С другой стороны, хорошо, что эту версию уже отработали. С третьей… дальше-то что?
Просто сидим, ждем и надеемся, что по итогу наше кунг-фу окажется круче в прямом столкновении?
— Терпение, — произнес Тимофей, глянув сверху вниз, снисходительно так. — Терпение, Савелий, и ещё раз терпение…
— Да я уже истерпелся весь, — я проворчал это исключительно из чувства внутреннего противоречия.
— Ага! — поддакнул Орлов и пожаловался. — У меня уже почесуха скоро начнется!
— Евгений снял квартиру неподалеку от вашей школы, — Тимофей приподнял шляпу, приветствуя хмурого мужчину в слегка мятом костюме. И проводив того взглядом — мужчина отвернулся — пояснил. — Между прочим, представитель Гильдии. Входит в состав конкурсной комиссии…
— А чего надутый такой? — Метелька вытянул шею, глядя в спину. — Как будто жабу проглотил.
— Потому что Гильдия стремительно утрачивает позиции. Новое министерство, ведающее делами здравоохранения, — дело решенное. Указ о создании подписан. Как и то, что отныне его слово является решающим. То есть именно министерство, точнее его представители и будут выдавать лицензии на медицинскую практику. Выпускникам университета сразу при выпуске, а прочим, кто уже отучился, — после экзамена. В том числе на владение силой…
Ох ты ж.
Это ж, можно сказать, революция.
— А ещё Министерство будет заниматься созданием больниц, фельдшерских пунктов и прочего, что во многом находилось в ведении частном.
— И Гильдейном.
— Именно, — кивнул Тимоха. — Да и здесь… прежде именно слово Гильдии решало, будут ли приняты в работу те или иные зелья, лекарства…
— Или системы, — Шувалов явно с трудом сдерживал улыбку.
— Или системы, — подтвердил Тимофей. — Кстати, та, что представлена вами, весьма заинтересовала… многих. В том числе военное министерство.
— А Гильдию?
— А Гильдия настоятельно рекомендовала прекратить разработку ввиду использования в артефакте темной силы и её негативного влияния на организм больного в будущем… не так давно этого бы хватило…
— А теперь не хватит?