Страница 35 из 98
Глава 12
— Я не упрекаю вас в ошибке, а лишь указываю на неё, — спокойно ответил я. — Ширина этого пучка пять-шесть сантиметров.
Было ощущение, что Сергей Александрович вот-вот взорвётся от гнева. Он явно не ожидал таких споров во время своего первого занятия. Но следующую фразу он произнёс удивительно спокойным голосом.
— Тогда предлагаю пари.
— Какое? — с интересом уточнил я.
— Если правы окажетесь вы, я извинюсь и признаю свою ошибку. И в дальнейшем даже буду прислушиваться к вашим словам, — заявил Сергей Александрович. Самым серьёзным тоном.
Вот этого я точно от него не ожидал! Однокурсники притихли, с интересом наблюдая за разворачивающимся конфликтом.
— А если правы окажетесь вы? — спросил я.
— Тогда вы, Аверин, перестанете посещать все мои занятия. Придёте только на зачёты и экзамены, а весь материал будете изучать сами, — мрачно ответил преподаватель.
Забавно, логичнее было бы, если бы я мог не посещать занятия, если окажусь прав. Ведь если по логике преподавателя я ошибаюсь, значит, мне не хватает знаний. Но у него логика была другой. Он просто явно не хотел меня больше видеть на своих занятиях и придумал этот спор. Вот только я прав. И Сергей Александрович проиграл в любом случае.
Но преподавать в академию не берут кого попало. А эти знания являются базовыми, и любой лекарь должен их знать. Поэтому дело тут в чём-то другом. Сергею Александровичу нужен этот спор для ещё какой-то цели. Только пока неясно, для какой.
— Я согласен, — кивнул я. — А все присутствующие студенты будут являться свидетелями.
— Идёт, — сказал преподаватель. — Осталось только проверить, кто же из нас выиграет в этом споре.
Мы дружно открыли учебники по сердечно-сосудистым заболеваниям, в надежде, что ответ найдётся там. Но про анатомию там не было ни слова. Только про виды потоков и способы лечения разных заболеваний.
— В учебнике ответа нет, — констатировал один из студентов. — Как разрешить пари?
Однокурсники сильно заинтересовались происходящим. Ещё бы, нечасто в академиях происходят споры между преподавателем и студентом. Подрывать авторитет преподавателя в принципе не принято.
Но я сделал это не из каких-то злых побуждений или не для того, чтобы отомстить за Владимира. Я сделал это исключительно из своих принципов. Я знал правильный ответ и замалчивать его не видел смысла.
— Сходим на занятие по анатомии в корпус первого курса? — предложил я. — Там и узнаем правильный ответ.
— А вы азартный человек, Аверин, — внезапно усмехнулся Сергей Александрович. Казалось, его настроение меняется каждую секунду. — Мне такое нравится. Идёмте.
— Тогда и свидетели должны с вами пойти, — вскочил неугомонный Владимир, с которого это всё вообще началось. — Чтобы засвидетельствовать факт выигрыша одного и проигрыша другого.
В итоге прямо во время учебного занятия весь наш лечебный факультет третьего курса отправился на лекцию по анатомии к первокурсникам. Сказать, что они удивились — это ничего не сказать.
Пожилой преподаватель по анатомии, Мордвинов Роман Васильевич, который вёл анатомию и у нас два года назад, вообще не знал, как реагировать на наше вторжение.
— Господа, чем-то могу помочь? — спустя минутную паузу, спросил он.
— Здравствуйте, — кивнул ему Сергей Александрович. — Нам надо разрешить пари со студентом. Подскажите, какая ширина у сосудистого пучка сердца?
— Пять-шесть сантиметров, — растерянно ответил Роман Васильевич.
— Это есть в учебнике? — уточнил наш преподаватель. — Не думайте, что я не верю вам на слово, но нужны более чёткие доказательства.
— Конечно, — кивнул Роман Васильевич, — сейчас найду.
Он начал копаться в учебнике по анатомии и спустя пару минут продемонстрировал нам с Сергеем Александровичем нужный параграф.
Тот мрачно уставился в учебник, и лицо его на секунду исказилось разочарованием. Но он быстро успокоился и вернул учебник Роману Васильевичу.
— Благодарю, — коротко ответил он. — Вы разрешили наше пари.
— Да не за что, — всё так же растерянно ответил тот.
— Господа, возвращаемся в наш класс, — повернувшись к нам, заявил Сергей Александрович.
— А как же пари? — выкрикнул неугомонный Владимир. — Надо сразу рассчитаться. Спор — это святое.
— Маврин, будьте уверены, на следующем занятии я вас первым спрошу, — вздохнул преподаватель. — Вы все, возвращайтесь в класс, а мы с Авериным сходим по нашим делам.
Однокурсники недовольно загудели, но всё-таки отправились назад в наш корпус.
Мы с Сергеем Александровичем вышли на улицу, и он встал напротив меня.
— Аверин, я был неправ, — проговорил он. — Вы указали мне на ошибку абсолютно правильно. Я приношу свои искренние извинения и обещаю в следующий раз не допускать таких ситуаций.
— Принято, — кивнул я.
Было заметно, с каким трудом преподаватель выговорил эти слова. Признать свою неправоту перед студентом — означало подорвать свой авторитет в его глазах. Но я после сложившейся ситуации только ещё больше зауважал нового преподавателя.
И я понимал, почему он решил сделать это наедине. Перед классом это было бы гораздо сложнее. Да и в условиях пари ничего про это сказано не было.
— Давайте тоже возвращаться в класс, — с облегчением сказал Сергей Александрович.
Мы возвращались молча, и я ради интереса решил проверить психологическое состояние Сергея Александровича. Я ожидал увидеть красную дымку, цвет гнева. Но нет, вокруг головы преподавателя была явная жёлтая дымка. Надо будет узнать, что она означает.
Мне начинало казаться, что за этой напускной мрачностью и гневом скрывается очень интересная личность.
Мы вернулись в учебный класс, где нас с интересом дожидались мои однокурсники.
— Пари разрешено, и эта тема больше не обсуждается, — заявил Сергей Александрович. — А теперь переходим к теме сегодняшнего занятия.
Остаток урока прошёл в спокойном, размеренном темпе. Преподаватель нас больше не спрашивал, спокойно объяснил тему.
Но начало этого занятия многим врезалось в память.
После сердечно-сосудистых заболеваний начался часовой перерыв. Владимир снова куда-то убежал, и я решил немного прогуляться на пятачке. Остальные однокурсники распределились по всей территории академии, разнося сплетни о нашем пари.
На пятачке я встретил прогуливающуюся Софию Чернову, которая сразу же устремилась ко мне.
— А вы правда сегодня поспорили с преподавателем? — с широко распахнутыми глазами поинтересовалась она.