Страница 328 из 351
– Этого никто не смог бы узнать, потому что несколько лет назад она погибла. Возможно, именно в этом кроется причина той удивительной ненависти, которую питал к людам Император.
– Ее убил люд? – Спросила Алиса.
– Нет, но он всегда винил в этом людов. Дело в том, что незадолго до ее гибели, во дворце появился некий раб, имя его до наших времен не дошло. Он виртуозно играл на гилероне. – Увидев невысказанный вопрос в глазах Алисы, он пояснил – Это такой струнный музыкальный инструмент, напоминающий чем-то гусли, но на нем имеются также и клавиши. Ты можешь увидеть его, если захочешь. Так же, он замечательно пел. Императрица оценила его талант и приблизила к себе. С тех пор она брала его с собой везде, куда бы ни шла. Разумеется, за ней параллельно ходило еще полдвора, но очень многие завидовали той милости, которую она оказывает молодому рабу. Поэтому поползли слухи о будто бы “особой” расположенности Императрицы к этому люду. Император был натурой крайне ревнивой, но сначала даже не обращал на эти сплетни внимания. Обращать внимание на рабов он считал ниже своего достоинства и воспринимал его как любимую собачку жены. Однако, со временем, он начал приглядываться. Каждый взгляд брошенный королевой в сторону музыканта стал расцениваться как измена, нечего и говорить, что сам раб пел песни о любви и смотрел на ее величество с нескрываемым обожанием. В конечном итоге, в один из дней, кто-то донес, что музыкант находится наедине с Императрицей. Император ворвался в покои королевы, однако не увидел ничего компрометирующего. Но это уже его не волновало, ревность вылилась через край. Они страшно поругались, хотя жена божилась, что в этом рабе ее привлекает лишь талант. Но в конечном итоге он достал меч, висящий на бедре гвардейца, который его сопровождал и зарубил бедного музыканта.
Потрясение Императрицы было столь велико, что она больше не хотела видеть своего мужа. Она повелела снарядить корабль и отправилась в плавание через океан к своей сестре, жившей на другом материке. В пути корабль попал в страшный шторм и все, кто на нем находился, погибли. Выжил лишь маленький юнга, который и принес страшные вести во дворец.
Император был безутешен и в гибели своей любимой обвинил не свою гипертрофированную ревность, а людов. Я знаю, это звучит странно, но именно так он смог справиться с той болью, которая на него навалилась. Он перенаправил боль в гнев, и когда его собственный сын полюбил одну из тех, кого он так сильно презирал, он решил очистить мир от этой расы, которая, в его глазах, вобрала в себя все зло мира.
Итак, убить ему всех не удалось, и началась война. Но люды стали представлять настоящую угрозу не из-за своего дикого нрава, озлобленности или чего-то еще, о чем пишется в книгах по истории. Они стали представлять реальную угрозу, потому что их поддержали люди, а их предводителем стал сам принц Тиверий.
Наконец, после ожесточенный боев и огромных потерь с обеих сторон, отец и сын заключили соглашение, по которому люди уходят в Запретный город и не имеют права его покидать, пока не признают людов равными себе.
За время войны враждующие стороны успели возненавидеть друг друга, поэтому люди, попавшие в Запретный город, решили навсегда забыть, что люд может быть кем-то больше раба, и переписали историю так, чтобы и их потомки сохранили эту же ненависть, пренебрежение и неприятие.
В комнате надолго повисло тяжелое молчание.
– Но почему за столько лет никто ничего не понял? Ведь ваши люди бывают на той стороне, кто-то да должен был влюбиться или что-то заподозрить? – Тихо проговорила Алиса.
Я решил, что сам могу дать ей ответ на этот вопрос.
– Потому что на ту сторону допускались лишь те, кто уже был влюблен и имел свою семью. Как Габи и Серж, например. Только им разрешили вести исследования на той стороне, хотя было достаточно и других претендентов. Это правило существует с незапамятных времен и всегда меня удивляло. Однако, сейчас стало не хватать влюбленных и приходится пускать на ту сторону тех, кто есть. Вот так и получилось, что там стал бывать и я. А что касается того, что за столько времени никто ни о чем не догадался, так тут все просто. Нашими информаторами являются обычные люды, которые думают, что работают на одну из спецслужб. За свою работу они исправно получают жалование, а за особо ценную информацию некоторые услуги, омоложение например, наша медицина гораздо более продвинута в этом плане. Однако на такую услугу могут рассчитывать лишь в высших слоях общества. С нашей же стороны, любые вылазки, исследования и командировки обычно длятся очень короткое время. Человек просто не в состоянии все понять, проанализировать и собрать воедино, тем более, что его об этом не просят. Обычно одному человеку нужно узнать одну часть информации, другому – другую, третьему – третью и так далее. Те же, кто слишком много спрашивает или болтает, оказываются в каком-нибудь далеком подразделении, где их слова примут не больше чем за бред сумасшедшего. Общая же картина появляется только у самых высокопоставленных лиц. Своими умозаключениями они могут поделиться только с Императором, а тот лишь молчит и велит молчать другим, иначе весь этот мир узнает, что он построен на лжи, гордыне и лицемерии. И вся эта идиллия благополучия и превосходства разлетится на куски.
– Ты прав, мой мальчик. Только эти люди приходят не ко мне, а к лорду-протектору, то есть к твоему отцу.
– Мой отец все это время знал? – Максим так изменился в лице, что мне даже стало за него страшно.
– Этого я не знаю, но то, что он догадывается – это точно. Я никогда не подтверждал и не опровергал его теорий. Хранение подобной тайны – это тяжкое бремя, и я не хотел взваливать его на кого бы то ни было, ведь знать наверняка и догадываться – это разные вещи.
– Отец никогда бы не стал скрывать подобное от людей. – Было видно, что он говорит это, что бы убедить скорее себя, чем кого бы то ни было.
– Это была одна из причин, по которой я никогда не говорил с ним откровенно на эту тему. – Император видел, что внутри Максима идет внутренняя борьба, поэтому продолжил. – В любом случае, Максим, твой отец не имел права обсуждать это с кем бы то ни было, даже с тобой. Тебе не за что его винить. И ты сам это прекрасно осознаешь.
В комнате стало тихо, каждый задумался о своем.
– Однако, это еще не все, мои дорогие.
Тут Император посмотрел прямо мне в глаза и спросил:
– Алиса, до какого колена ты знаешь своих родственников?
Это был самый неожиданный вопрос, который я могла услышать.