Страница 229 из 351
— Раз кисточка, то, конечно, фарлесец, — хмыкнул Тим. — Это же главная особенность всех жителей Фарлесса. Никто, кроме них, не носит фески!
— Да ну тебя, — надулась я. — Опять смеешься…
— Тебе от Уголька пламенный привет.
— Киса, — расчувствовалась я. — Девочка моя хорошая…
В связник заурчали, замяукали, а потом раздался смачный чавк.
— Твою мать! — При звуках борьбы я захихикала. — Ты что творишь! Выплюнь! Отдай! Отдай сейчас же!.. Уголек! Я кому сказал!..
Шлеп! Шмяк! Бах!
— Р-Р-М-А-А-У-У!
Ого! От рева горной пантеры даже здесь, за несколько сотен лиг от замка, задрожали стены.
— Уши оборву!.. Пшла отсюда! Плохая кошка! Наказана!
— М-а-ау! Ра-а-ау-р!
К концу потасовки я рыдала от смеха.
Шорх-шорх…
— Весь связник исслюнявила!
— А-а-а… Ы-ы-ы… — стонала я, уткнувшись лицом в подушку.
Шорх-шорх — я будто наяву видела кружевную пену платка и тонкие пальцы — печатка Орейо блестит платиной на безымянном. Длинную косу с завивающимся кончиком и рыжие пряди, заправленные за уши. Тревожные глаза, веснушки…
— Ты почему замолчала?
— Не знаю, что сказать… — Знаю, но не могу решиться. — Я рада, что ты здоров.
— Что со мной будет, — отмахнулся Тим. — Ты нормально питаешься? А то знаю я эти плавания с цингой и прочими прелестями. На сквозняках, надеюсь, не сидишь? И как умудрилась вылететь за борт?
— Ты… Граф сказал, что ты допрашивал лорда Стена.
Тишина.
— Тим?
— Да. Мы с ним говорили. — Велеречивость Тимара исчезла. Голос брата вдруг приобрел металлический оттенок, а от раздавшегося смешка стало жутко. Такого Тима я не знала.
— Кто рассказал тебе о нем? — осторожно спросила я.
— Йарра, конечно. Два месяца назад.
О! Значит, граф все-таки запомнил мои слова.
— И ты…
— И я убедил виконта погостить в замке. Он… — Снова смешок, от которого по спине побежали мурашки. — Виконт Стен с радостью поведал мне о приказавшей убить тебя княгине и о том, как именно тебя убивали.
— Княгиня?! За что?! — поразилась я.
И сразу же поняла — за Куколку. Говорят, с того проклятого бала накануне Излома Лета княжна не покидает своих покоев…
Так вот что такое возмездие.
Я зажмурилась, стараясь забыть овраг и грязную жижу, заливающую нос. Искалеченное тело, колодки, волглую солому застенков. Ньето. Боль и тысячу унижений, тычков за отказ целовать руки, протягивающие подаяние.
Я сползла с кровати, залпом осушила кувшин сока, а Тимар все говорил, говорил… О том, как выследил Стена и похитил его с помощью той самой леди Лойр, содержащей «Дом Розы», о том, что виконт раскис всего лишь после ночи с палачом, о том, что служителю Мийсу не удалось узнать о храмовниках — оказывается, граф и это запомнил, — но Тим нашел людей, вспомнивших побиравшуюся девчонку-римела со шрамом на лице.
— Ты рассказал все это Йарре? — Мои щеки вспыхнули от стыда.
— Конечно, — зло усмехнулся Тимар. — Он виновен не меньше, чем ты. Даже больше. Не уследил!..
— Я?! Я виновата?! В чем?! — потрясенно выкрикнула я.
— Тебе где велели сидеть?! — зарычал в ответ Тим. — Ты считаешь, Йарра зря велел быть в госпитале, среди сотни людей?! За каким брыгом тебя понесло на холмы?!
— Мы были в тылу, я не думала, что так выйдет!
— Вот именно, Лира, ты не думаешь! Ты никогда не думаешь! Ты не думала, что артефакт нельзя снимать, и привязала к себе того мальчишку, Джайра. Ты не думала, что в идущую от Леса метель гулять нельзя, и нарвалась на мантикору. Ты не подумала, что на войне нужно быть именно там, где тебе приказали, и едва не погибла!.. Ты не думаешь, поэтому думать за тебя буду я. И теперь я считаю ограничитель отличной идеей. Надеюсь, у тебя хватит родственных чувств ко мне, чтобы не делать больше глупостей.
— Ты не имеешь права так со мной поступать!
— Я?! Я не имею?! — стукнул по столу Тим. — Я дал тебе свое имя! Я тебя вырастил! Я тебя похоронил, Лира!.. Мы с Йаррой трупы переворачивали под Пратчей, чтобы найти тебя! Несколько сотен женских тел — магиан, лучниц, наемниц, просто идиоток, которые носились по улицам, вместо того чтобы прятаться!.. Ты хоть раз подумала, каково нам было?! Тело за телом — в Лизарии одни блондинки?!.. Я своими руками тебя обмывал и в гроб укладывал, и ты говоришь, что я не имею права?!..
Я пришибленно молчала. Руки дрожали, перед глазами все плыло от слез и поднимающейся истерики.
— От княгини я укрыть тебя не смогу, — закончил Тимар. — Но сможет граф. Поэтому ты будешь с Йаррой, пока все не утрясется.
— С поводком?..
— С поводком, раз по-другому ты не понимаешь.
— Ты ненормальный. Вы с ним оба ненормальные, — прошептала я и потушила связник.