Страница 64 из 65
Эпилог
— Рид, ты уверен? Я боюсь, — со страхом смотрела на открытую Сашей рамку.
— Более чем. Ты спасла мир от сумасшедшего захватчика, не говоря уже о моей скромной персоне. Уверен, портал тебя пропустит.
— Насчет скромности я бы поспорил, конечно, — глядя куда-то в сторону, вроде бы про себя, сказал Саша. Но Рид его все равно по-братски нежно пнул. Саше еле удержался на ногах.
— Эй, не калечить мне мужа! — возмутилась Расима. — Мне его еще дома предъявлять.
— Может, мы с вами пойдем? Квартирку снимем, погуляем по городу, — умоляюще глянула на Расиму.
— Мила, мои родители живут на Камчатке. Там с сложновато гулять.
— Я бы поспорил, конечно, места там отличные, — мечтательно произнес Саша, — но, конечно, не для таких неженок, как вы, девчонки.
Мы с Расимой тоже пнули своего обидчика. Рид предлагал его подержать.
— Идем, сколько можно держать рамку? — Саша нашел чем нас отвлечь.
— Так что, можно к вам в гости? — я снова спросила с большой надеждой.
— Мила, мы идем на Землю с конкретной целью. Я хочу поговорить с твоим отцом, — Рид скрестил руки на груди.
— А я не очень хочу с ним разговаривать, — тоже скрестила руки на груди, отразив позу мужчины.
— Я не дам тебя в обиду, — вместо укора в капризности, которая в последнее время у меня обострилась на фоне стресса, получила теплые нежные объятия. И правда, хочет он поговорить с моим отцом, пусть говорит.
После того ужасного дня, когда мы могли потерять друг друга, Рид больше не отпускал меня ни на минуту.
Какое-то время мы провели во дворце. Решались формальности наследования трона. Кора была раздавлена произошедшим и отказывалась на него претендовать. Марк не отходил от принцессы. Они замечательно смотрелись вместе. Я желала другу обрести свое счастье. Тем более, что ее брак с Фердинандом попросту аннулировали. А его отправили на пожизненную каторгу в Виджету. В Несанете и каторги-то не было.
Меня возмущало то, что Рида собирались казнить за измену, а этого урода оставили в живых. Была бы моя воля, придушила бы собственными руками. Но это было решение самого Рида. Он еще раз доказал свое благородство. Хотя поговаривают, что нет места хуже каторги в Виджете.
Королева Исис никого не принимала, кроме Рида. На их встречу он взял меня с собой. Я везде ходила за ним хвостиком. Не отпускал. Очень часто держал за руку или обнимал. Будто стараясь не видеть, а чувствовать, что я рядом.
Вдовствующая королева после всех событий очень сдала. Ни следа не осталось от той стати, которой она всегда выделялась среди толпы. Разговаривая с Ридом, она рыдала, обвиняла во всем себя, сокрушаясь, что собственными руками погубила старшего сына, подпустив к нему ядовитую гадюку.
Честно говоря, мне было ее жалко. Судя по лицу, Рид тоже ее жалел. Но слов прощения так и не произнес. Понимаю его. Сложно простить родного человека, который тебя предал. Я тоже ее не простила, как и всю их семейку. Как говорится, человек я не злопамятный, но память у меня хорошая.
Только отец Рида вызывал у меня самые теплые чувства. В тот день он был тяжело ранен, защищая сына, но лекари помогли ему. Профессору Кеншину теперь не отвертеться от должности ректора. Ведь Риду придется занять трон, как бы он от него не отбивался.
А мне предстоит стать королевой.
Рид сделал мне предложение, но перед тем, как объявить официальную помолвку, решил попросить моей руки у отца.
«Ох уж это королевское воспитание», — бурчала, а сама млела от его отношения ко мне. Ни на секундочку он не давал мне усомниться в его чувствах. Смотрел так, будто я единственная ослепительная звезда на всем небе; касался так, будто я хрустальная; а любил так, будто это наша последняя минута.
Никогда не думала, что любовь может быть настолько восхитительно безумной.
В воздухе больше не витали запахи предательства, стало намного легче дышать после того, как мы остановили сумасшедшего Фердинанда, мнящего себя новым императором-завоевателем. Конечно, работы предстояло много. Требовалось вычислить всех предателей. Но обезглавленное чудовище разваливалось на глазах.
Зато в воздухе витала любовь. С наступлением весны мой маленький помощник-фамильяр нашел себе пару в саду рядом с дворцом. Но малыш тит все равно не забывал проведывать нас с Ридом и передавать наши тайные любовные послания.
Зеркалу я обещала взять его с собой на Землю и познакомить с настоящим смартфоном, для обмена опытом так сказать. Это стала идеей фикс моего любимого артефакта. Вот поэтому он сейчас был у меня в дорожной сумке, которую держал Рид.
— Не бойся, пойдем! — он потянул меня к порталу. — Твоя подружка-демонологша и та подтвердила, что тебе можно переходить из мира в мир.
— Хорошо, я готова, — согласилась, когда все аргументы иссякли.
Переход прошел на удивление легко. Меня даже почти не замутило, хотя в последнее время это мое постоянное состояние.
И вот мы уже на моей родной улочке во Владимире. Именно сейчас поняла, как соскучилась. Обожаю свой родной город.
— Мы же будем иногда сюда приходить? — спросила, прижавшись к Риду.
— В любое время, милая, — поцелуй в макушку и мой счастливый вздох.
Большим сюрпризом было то, что Милена с Гошей тоже были у отца в гостях. Зато не пришлось ничего рассказывать. Он все уже знал. И на удивление реагировал спокойно.
Мы с Миленой долго разглядывали друг друга.
— Как близняшки, ей Богу, — заключил Гоша. — Только одна беременная.
— Гоша, — зашипела на него Милена и перевела виноватый взгляд на меня.
Я вздохнула. Она не виновата, что все так получилось. Никто не виноват.
Просто за все надо платить.
Нас с папой тактично оставили накрывать на стол. Он попросил прощения за свое отношение ко мне после аварии: «Прости меня, дочка, я был виноват не меньше тебя, если не больше, но предпочел винить во всем тебя. Мне очень стыдно и горько за потерянные годы. Я люблю тебя». Сложно было сдержать слезы, обнимая родного человека после стольких лет. Я рассказала ему, что видела мамин дух. Теперь и папа не мог сдержать скупой мужской слезы.
Затем мы сели обедать. Что поделать, без традиционного обеда никак. Чего тут только не было. Рид с осторожностью пробовал новые блюда, а я накинулась на еду, будто месяц не ела. Особенно на селедку.
Перестаралась.
— Что-то у меня внутренний конфликт, — развалилась на диване, потирая живот.
— Пойдем со мной, — Милена хитро взглянула на меня, — у меня есть хорошее средство.