Страница 62 из 65
На плоском и довольно длинном эшафоте с одного конца выстроились странные люди в балахонах. Вовсе не гвардейцы.
— Любопытно, — была реакция Марка на этих балахонщиков. Он уже вовсю подключал экраны.
Они засветились, привлекая всеобщее внимание. Шепотки, проносившиеся по толпе собравшихся, усилились.
— Скорее! Прошу, поторопись, — меня трясло, я никак не могла унять нервную дрожь. Да и не пыталась.
Запись начала воспроизводится. Мелькали кадры, на которых были неопровержимые доказательства вины Фердинанда и в заговоре, и в гибели короля. Запись не успела подойти к концу, как мерзавец заорал:
— Не стойте, стреляйте!
Балахонщики направили заряженные боевые сферы вперед, на Рида, я со всхлипом задержала дыхание. И тут все стало происходить, как в замедленной съемке.
Один из балахонщиков резко скинул просторное одеяние. Профессор Кеншин!
Развел руки в стороны и стреляющих откинуло назад, но заряды выпустить они успели.
В тот же миг перед Ридом возникла ледяная стена, которая защитила его от попадания смертельных лучей.
К Риду подскочил Саша и утянул его в портал, но они тут же появились рядом с Фердинандом.
Тот отреагировал молниеносно и тоже вытащил сферу, защищаясь. Луч полосонул Рида по плечу. Я вскрикнула и рванула к двери.
Марк схватил меня и удержал.
— Ты помешаешь, Мила. Не смей! — он с силой откинул меня. Я полетела на пол.
— Пусти меня! — но Марк лишь замкнул дверь.
Мне ничего не оставалось, как вернуться к окну. Там все смешались, боролись. Я могла различить лишь женщин из королевской семьи, которых окружили гвардейцы, защищая. Искала глазами Рида, он мелькал то тут, то там. Отметила, что балахонщиков стало неимоверно много. Яркие лучи то и дело пронизывали темнеющий на закате двор.
Какое-то фантастическое кино. Но людей в нем ранят и убивают по-настоящему.
Неожиданно в дверь громко постучали.
Марк приложил палец к губам, показывая, чтобы молчала, и указал глазами на диван, чтобы я спряталась за ним.
— Господин Марк, откройте, это Рональд.
Марк осторожно приблизился к двери, вооружившись странным артефактом, похожим на кривой нож со светящимся кончиком.
— Пароль! — потребовал Марк.
— За свободу до конца! — ответили ему.
— Проходи, Рональд. Ты вовремя. Останешься охранять Милу, а мне надо вниз.
— Господин Марк, я принес вот это, — гвардеец держал на раскрытой ладони еще одну камеру.
Оказалось, что она находилась в спальне короля Дирка. Именно там записалось самое важное, но файл был недоступен удаленно из-за неисправности артефакта. Без лишних вопросов Марк приступил к загрузке записи на экраны.
— Не получается! — крикнул он.
— Попробуй еще, — я снова напряженно вглядывалась в происходящее внизу, картина так себе. У врагов боевые сферы и они не стеснялись их использовать.
— Сейчас! Мне нужно немного времени, — еще раз посмотрела во двор, мелькнула светлая рубашка Рид, на ней явственно проявились пятна крови.
— Нет у нас времени, Марк! — и я рванула к открытой теперь двери.
— Мила! — крикнул Марк, но я уже бежала наверх.
За мной рванул тот гвардеец, но я применила приказ заклинателя: «Стоять!» Вложила в эту технику все эмоции, что бурлили во мне, и мужчина подчинился.
Марк предусмотрительно трогать меня не стал. Лишь крикнул вслед: «Будь осторожна, я постараюсь скорей передать запись».
Еще по пути на чердак я заметила лестницу на крышу. По ней и начала взбираться. Слава Небу, люк не был закрыт. Тяжелый зараза, со всей силы толкнула его вверх. Вылезла на крышу. Подошла к самому краю. Борющиеся внизу меня не заметили.
Поднесла руку к шее и наложила на связки максимальную громкость. Сосредоточилась и запела.
Пела о том, как мне дорог этот мир, потому что в нем есть самый лучший, самый родной, самый любимый человек. Слова шли от души:
Ночная мгла скрыла твои глаза,
Но твоя любовь светит ярче звезд.
Сколько лет за тобою шла,
За спиною немало верст.
Другие миры, другая судьба,
А любовь лишь одна. Твоя.
Внизу все постепенно замерли. В свое пение я вплетала силу заклинателя. Как тогда, с потерявшими сына. Неумело, не слишком крепко, но я плела сеть оцепенения, стараясь накинуть ее на каждого внизу. Нам нужно время.
— Что вы стоите⁈ Убейте ее! — услышала знакомый мерзкий голос и зажмурилась.
— Нет! Мила! — теперь прозвучал любимый голос.
Продолжила петь, пусть еще мгновение, но я буду бороться за тебя, милый.
Открыла глаза от странного звука. Словно град бьет в окно. Передо мной ледяная стена, а за ней шквал из ярких тонких желтых лучей.
Улыбнулась. Спасибо, Раси.
И продолжила петь.
Но вдруг на стене появилась трещинка. Сначала небольшая, но разрасталась она очень быстро. Слишком быстро. Как молния прошивает небо.
Резко лопнув, стена рухнула, осыпавшись множеством хрустальных осколков. Я только и успела, что закрыть лицо руками. Кожу обожгло острым инеем.
Отвела руки от лица, чтобы увидеть, как в мою сторону снова устремились смертоносные лучи. Толпа внизу ахнула.
— Мила! — услышала срывающийся голос, и Рид помчался в здание. Жаль не увижу его в последний раз. Мог бы уже остаться на месте, все равно не успеет.
Но ни одна световая стрела не долетела до меня, ее поглотило сияние, которое возникло вокруг, заключив меня в золотистую сферу. Оглянулась. Позади стояла Люмис, глаза ее заволокло чернотой, она протягивала напряженные руки в обе стороны. Повернулась влево и всхлипнула:
— Мама⁈
— Я всегда с тобой, родная, ничего не бойся! Тебе нужно простить себя, ты ни в чем не виновата! — я кивнула и с трудом отвела от мамочки взгляд.
Повернулась в другую сторону, там стояла красивейшая синеглазая женщина. Я узнала ее — это мама Рида, Трия.
— Спаси моего сына, девочка. И передай, что я очень его люблю.
Мамы протягивали руки и из их ладоней лилось золотистое сияние, формирующее мою защиту. Сфера не пропускала лучи, но петь уже не пришлось. Началось воспроизведение записи, где Фердинанд показывает все свое поганое нутро. Он высказывал умирающему королю, как его достали никчемные слабаки, и как он наведет свои порядки в Хилале.
Сначала все смотрели на экраны, а потом возобновился бой. Но, учитывая, что вина принца Виджеты неопровержима, гвардейцы все как один перешли на нашу сторону. Балахонщиков быстро скрутили. Фердинанда тоже поймали.