Страница 2 из 65
Сунула покупку в сумочку и отправилась гулять дальше. Завтра лететь домой рано утром, а там снова энергичные выматывающие стримы, поклонники, поджидающие у подъезда, которые пугают меня до чертиков, и пустая московская квартира. Улыбки, шире, чем у чеширского кота и работа-работа. Но это будет завтра, а сегодня улочки лучшего города на Земле пахнут сыростью после дождя, напоминая беззаботное детство, шум вокруг создает ощущение, что ты в «домике» и ты идешь-идешь, и готов идти так всю свою жизнь. И никого тебе больше не надо.
Но вот случайно натыкаешься на влюбленную парочку, которая самозабвенно целуется прямо на мосту, не обращая внимание на многочисленных прохожих, и становится грустно. Хотела бы я подобным образом стоять с кем-то, кто мне очень нравится? Да нет, не знаю. Вряд ли кто-то сможет запасть в душу настолько, чтобы я забыла, где нахожусь. Такое бывает лишь в книгах о любви и в Париже, а моя реальная жизнь далека и от одного, и от другого.
Встала еще затемно, чтобы вовремя успеть на самолет. Будильник выдернул меня из волшебного сна, из которого я запомнила лишь неповторимые серо-голубые глаза и чувственные губы, которые без конца повторяли мне: Je t’aime (франц. Я люблю тебя).
Ненавижу будильники! Бесцеремонно врываются в твою жизнь, диктуя свои условия. В спешке собралась и успела-таки на самолет. А потом закрутилось все, как обычно.
Все эти мысли и воспоминания пронеслись в моей голове именно в тот момент, когда поняла, что меня действительно целует посторонний мужчина, а я лежу голая непонятно где! Как я тут оказалась, черт возьми⁈
Резко подскочила, практически не замечая, как ударилась обо что-то спиной, услышала сдавленный «ох» и отбежала от кровати. Потом охнула сама, ощущая прохладу на обнаженной коже, схватила простынь и потянула на себя, срывая с него, зажмурилась и попыталась завернуться в отвоеванную ткань. Она упала, но я по-прежнему держала глаза закрытыми, значит, не считается, меня никто не видел.
— Милена, что на тебя нашло? — от этого обращения я распахнула глаза и тут же пожалела, его обнаженный вид смутил еще больше.
— Я не Милена, меня зовут Милана, — голос прозвучал совершенно чужим, очевидно от волнения. — И кто вы? Очередной сумасшедший поклонник? Это похищение⁈ — до меня дошло, что это должно быть так и есть. Сколько раз меня уже подкарауливали у дома и признавались в неземной любви, пришлось даже охранника нанять. Обратная сторона популярности оказалась вовсе неприглядной. Но я-то была вечером дома! Никуда не выходила. Как это все получилось? Меня похитили из квартиры? Ничего не помню, лишь странный сон.
— Милана? — удивился мужчина и тихо добавил. — Странно, я думал иначе, впрочем, не важно.
— Верните меня обратно, немедленно! Так и быть, я подумаю, подавать на вас в суд или нет.
— Ты хочешь к себе? Но мы же хотели этот день провести вместе, сегодня выходной, — он говорил это мягким, вкрадчивым голосом, от которого мои ноги стали ватными.
Он протянул ко мне руки, поднялся и шагнул вперед, вовсе не стесняясь своего голого вида. Я очень старательно смотрела в его глаза, чтобы ни в коем случае не смотреть вниз. И это было сложно, его взгляд был искушающим, игривым, волнующим. Он смотрел на меня с усмешкой, забавляясь моей реакцией.
— Я ничего вам не обещала! Вы явно напридумывали лишнего, верните меня домой немедленно! — голос мой сорвался при переходе из шепота в крик.
— Ты можешь идти в свою комнату хоть сейчас, — мужчина оставил свои попытки меня вразумить и холодно поднял бровь. — Но советую одеться, в академии гуляют сквозняки.
— Мы на территории академии? — смутилась я, что-то новенькое. Теперь похитители не тащат жертву в заброшенный дачный поселок или куда-то еще, где нет людей, а решают привести ее в учебное заведение? Очень странный похититель. Но вроде не буйный, может удастся договориться. — А что за академия? — раз уж он отвечает на мои вопросы, решила уточнить, чтобы сориентироваться на всякий случай.
— Академия магии Несанета, — приплыли.
Я скептически глянула на мужика, уже как-то смирившись и пообвыкнув к его естественному виду, но все равно продолжая смотреть строго ему в лицо.
— Так что, будешь одеваться, Милена?
— Повторяю, меня зовут Милана, если не можете запомнить, зовите Мила, — топнула ногой, почему-то больше обидевшись, чем разозлившись. Поклонник, называется, имя путает. — И вам бы тоже не помешало одеться.
— О, это я всегда успею, обожаю воздушные ванны, — этот Аполлон недобитый еще и потягушки сделал. За что мне такие испытания, да еще с утра пораньше? — Ладно, смущенная моя, я оденусь, но что-то ночью ты не была против моего вида.
Кошмар! Какой ночью? Что этот гад делал со мной ночью? И что мне подлили, если я этого не помню? Мое лицо исказила гримаса отчаяния, и мужчина закатил глаза. Потом молча кинул мне платье, под стать стилю комнаты.
— Это не мое! — возмутилась, но под скептическим взглядом серо-голубых глаз мужчины, который все-таки стал натягивать брюки, смутилась и начала одеваться через голову, стараясь удержать простынь ногами. В итоге она свалилась, но я успела натянуть платье на все стратегические места, краем сознания отметив, что ткань чужого наряда ласкает кожу, очень мягкий материал. Белье бы не помешало, но и на том спасибо.
— Готова? — кивнула, обувая легкие туфли, тоже безумно мягкие. — Тогда пойдем, провожу тебя в общежитие.
— Куда?