Страница 51 из 68
Вечером после ужина семья разошлась раньше обычного. Эдвард читал в библиотеке, Элизабет устроилась на диване с письмом Энн. Когда она закончила последнюю страницу, в комнате было тихо. Эдвард сидел в кресле, запрокинув голову, с закрытыми глазами.
-Эдвард?
Ответа не последовало. Он уснул.
Элизабет никогда раньше не видела его таким беззащитным. Без нахмуренных бровей, без контроля, без готовности встать на защиту семьи. Просто усталый мужчина, который доверился дому достаточно, чтобы заснуть у огня.
Она взяла плед и накрыла ему ноги. Потом вернулась на диван, но читать уже не смогла. Через четверть часа Эдвард проснулся.
-Который час?
-Половина одиннадцатого.
Он посмотрел на плед.
-Вы накрыли меня.
-Нет. Домовой.
-У нас нет домового.
-Теперь есть.
Эдвард поднялся, подошел и поцеловал ее в макушку.
-Спасибо.
Ни один не сделал из этого события. Позже Элизабет почему-то вспоминала плед на его коленях и сонное «спасибо» чаще, чем многие красивые фразы.
Однажды ночью она лежала рядом с ним и слушала дождь.
-Вы когда-нибудь просто говорите людям, что любите их? -спросила она.
Эдвард повернул голову.
-Кого именно?
-Братьев. Розалинду.
-Они знают.
Элизабет повернулась к нему на подушке, пытаясь разглядеть выражение его лица в темноте.
-Откуда?
-Я не позволил Николасу умереть от собственной глупости. Дважды.
-Очень трогательно.
-Розалинда получила пони в семь лет.
-То есть «я люблю тебя» выражается в фунтах, шиллингах и спасении от дуэлей?
-Практичный язык.
Элизабет улыбнулась в темноте.
-А ваша мать говорила?
Он замолчал.
-Да, -ответил наконец. -Часто.
Ответ прозвучал после долгой паузы. В темноте Элизабет не видела его лица, зато почувствовала, как рука на ее плече стала неподвижной. Воспоминание о матери по-прежнему жило в нем там, куда он пускал немногих.
-Вам нравилось?
-Тогда я не думал об этом.
-А теперь?
Эдвард провел ладонью по ее плечу.
-Теперь иногда хотел бы услышать еще раз.
Элизабет едва не спросила: А мне? Вы можете сказать мне?
Не спросила. Она прижалась к нему ближе, и Эдвард обнял ее.
Пока это действительно казалось достаточным. На следующий день в деревне заболела жена кузнеца. Элизабет узнала об этом от миссис Паркер и отправила лекаря. Вечером Эдвард положил перед ней за ужином короткую записку.
-Что это?
-Счет врача. Уже оплачен.
-Я просила отправить его.
-Знаю.
-Тогда зачем показываете?
-Чтобы вы знали: в следующий раз не спрашивайте разрешения.
Она подняла глаза.
-Это мой дом тоже?
Эдвард ответил без паузы:
-Да.
Два простых слова тронули глубже, чем сапфиры, розы и свадебная церемония вместе взятые.
Элизабет протянула руку через стол. Он взял ее пальцы.
В дверях появился Николас, увидел сцепленные руки и тут же шагнул назад.
-Я приду, когда закончится сентиментальность.
-Никогда, -сказала Элизабет.
Эдвард задержал на ней взгляд. Она первой не выдержала и засмеялась. Николас из коридора простонал:
-Боже, что вы с ним сделали?
Эдвард отпустил ее руку только для того, чтобы бросить в дверь салфеткой.